Почти люди - Михаил Валерьевич Булыух

Однажды оба пропали почти на половину дня.

Следы привели нас к небольшой антилопе, лежавшей в высокой траве. Мриигру рвал мясо с бедра. Мрииаа лежала возле живота.

Я остановил людей дальше.

Я несколько мгновений смотрел на тушу, прежде чем позволил людям приблизиться: впервые Мриигру и Мрииаа убили добычу без нашей помощи.

Я позвал Мрииаа знакомым звуком.

Она подняла голову, посмотрела на меня и осталась у туши.

Мриигру встал. Передние лапы оказались по обе стороны добычи. Когда Хууу-фу-у сделал шаг, самец зарычал.

— А говорил, будем толстеть, — сказал Хууу-фу-у.

Вокруг сразу раздались смешки, потому что старое обещание помнили многие.

— Пока они толстеют лучше нас, — ответил Тум-аа-фу-у.

Я подошёл ещё на шаг. Мрииаа не двигалась, но уши слегка ушли назад. Этого было достаточно.

Мы отступили на несколько десятков шагов и оставили кошек возле их добычи.

Кошки действительно научились охотиться. Только никто не объяснил им, что добыча должна принадлежать людям.

Я несколько месяцев исправлял не их поведение, а собственную ошибку в задаче.

Заставить взрослого хищника отдать свежую тушу против его воли значило рано или поздно получить зубы в теле. Нам было достаточно другого: после насыщения ррау должна терпеть знакомого человека рядом.

С Мрииаа получилось первой.

Когда она однажды убила небольшое животное и уже наелась, я сел в нескольких шагах. Она смотрела, но не рычала. Через некоторое время я приблизился, коснулся туши и снова отошёл. В следующий раз остался дольше. Потом отрезал небольшой кусок.

Мриигру на те же попытки отвечал рычанием ещё много недель. Я не спорил. Если он был сыт, а сестра спокойно лежала рядом, расстояние постепенно сокращалось и с ним.

Так мы получили не двух охотников, выполняющих приказ, а возможность пользоваться частью чужой добычи.

Этого было достаточно: кошки ели первыми, а после насыщения часть мяса доставалась нам.

В сухой период несколько бегемотов выходили далеко от воды по ночам и иногда задерживались на суше после рассвета. Один молодой зверь оказался отделён от остальных и слишком далеко от глубокого берега, когда его заметили ррау.

Мрииаа первой отделилась от нас и начала обходить бегемота сбоку.

Она не бросилась прямо. Долго держалась сбоку и вынуждала животное разворачиваться. Бегемот широко раскрывал пасть, делал короткие быстрые броски, и каждый раз кошка уходила раньше, чем зубы могли достать её.

Мриигру атаковал с другой стороны.

Первый прыжок ничего не дал. Он отскочил, едва избежав удара головой. Во второй раз зацепился когтями за бок, но бегемот развернулся так резко, что самца отбросило на землю.

Мы наблюдали издалека и не вмешивались. Подойти с копьями означало только добавить людей в место, где огромное разъярённое животное и две кошки и без нас едва успевали следить друг за другом.

Мриигру поднялся, но после удара некоторое время берёг бок.

Охота продолжалась долго. Ррау не пытались удерживать добычу любой ценой. Они наносили раны, отходили, снова заставляли зверя поворачиваться. Крови становилось больше. Бегемот всё чаще останавливался и тяжело дышал.

Когда он наконец упал на передние ноги, Мриигру вцепился в шею сбоку. Мрииаа держалась с другой стороны. Даже после этого животное ещё пыталось подняться.

Через некоторое время тяжёлые движения бегемота ослабли и наконец прекратились.

Несколько мгновений никто из людей не говорил.

Мы бы могли убить молодого бегемота большой группой, если бы загнали его в удобное место и приняли риск. Но добровольно лезть к здоровому зверю такого размера ради мяса никто бы не стал, пока вокруг была другая добыча.

Две ррау сделали это без нашей помощи. Кошки ели долго, а мы держались на расстоянии и ждали.

Когда Мрииаа отошла и легла в стороне, я подошёл. Мриигру поднял голову и зарычал, но не двинулся. Я остановился и ещё раз посмотрел на следы впереди. Через некоторое время он снова начал есть.

Я подошёл ближе и отрезал большой кусок мяса с дальней стороны туши.

Мриигру следил за рукой, но не бросился.

После первого куска подошёл Тум-аа-фу-у. Потом ещё один мужчина.

Через час возле туши уже работали люди, а обе ррау лежали в тени, набив животы.

Хууу-фу-у отрезал себе толстую полосу мяса и поднял её передо мной.

— Теперь уже можно начинать толстеть?

— Сначала донеси до стоянки.

Он засмеялся и перекинул мясо через плечо.

В тот день никто больше не называл Мриигру и Мрииаа бесполезными ртами.

Перемены вскоре заметили и соседи.

Через несколько недель мы встретили дружественную группу возле большого открытого участка, где обе стороны иногда останавливались на день. Они знали наших ррау маленькими. Тогда котят можно было взять на руки, если те не успевали укусить. Теперь Мриигру вышел из травы выше колена взрослого мужчины в холке, а Мрииаа шла следом, не торопясь приближаться к чужим.

Соседи остановились так резко, что задние налетели на тех, кто шёл впереди.

Мы уже успели обменяться криками и узнать нескольких людей, но после появления кошек расстояние снова увеличилось. Один мужчина поднял копьё. Другой схватил ребёнка и поставил за себя.

Мриигру не обратил на них внимания. Он подошёл к нашему костру, понюхал землю и лёг. Мрииаа остановилась возле Хууу-фу-у. Тот привычно протянул ладонь к её морде.

Соседи смотрели так, будто ждали, что сейчас она откусит ему руку.

Кошки не двинулись к чужим и не изменили позы. Только после этого люди начали подходить ближе.

Один из мужчин дружественной группы недавно повредил ногу на охоте. Он ещё хромал и не мог нормально бегать. Из разговора стало понятно, что последние несколько охот у них были плохими. Они потеряли мясо после схватки с гиенами и несколько дней жили почти одной мелкой добычей.

Мы в тот момент сушили часть бегемота.

Соседи несколько раз переводили взгляд с сохнущего мяса на лежащих ррау, а затем на собственные пустые корзины.

Сначала соседи спрашивали, не нападают ли ррау ночью. Потом — едят ли они человеческое мясо. Потом один мужчина показал на Мрииаа и спросил, что будет, если у неё появятся дети.

— Вырастут, — ответил Хууу-фу-у раньше меня.

— Один может уйти к нам.

Люди вокруг засмеялись, но мужчина не шутил. Он показал на хороший каменный отщеп, который принёс с собой, потом на запас сушёного мяса своей группы.

— За котёнка мы дадим это и ещё мясо.

Я покачал головой и отодвинул предложенный камень обратно.

— У