Газлайтер - Григорий Володин

— Ага, сгоришь и всё, — бросает второй.

Я моргаю.

Это что сейчас было?

Секундное ощущение, что не в срубе на окраине мира нахожусь, а в спальном районе в Будовске у загаженного подъезда. Потому что звучит это не как дипломатический визит, а как предъявочка от местного гопника. Да и пускай— от гопника в шелках.

Багровый, насколько я знаю, не уличная шпана. И Зар, его лорд-посланник, всегда держался с достоинством. Не думаю, что настоящие послы пришли бы с таким вот… акцентом.

Мысленно связываюсь с Леной:

— Свяжись с Заром. Скажи, ко мне пришли двое дроу. Галахад и Ивейн. Говорят, что от Багрового, но у меня сомнения. Уточни, официально ли они от него.

Параллельно ментально тянусь к Золотому, пасущемуся неподалёку. Пусть будет настороже. Даже если это и впрямь послы — Красивая уже своя. А я своих не сдаю. Неважно, кто за ними придет, пускай хоть само воплощение Астрала.

Вслух произношу:

— То, что вы сейчас говорите — это официальное требование Багрового Властелина?

— А чьё же ещё, по-твоему, человек? — улыбается Галахад едко.

Ответ — ни о чём. Скользкий, увёртливый. Прямо соврать боятся — ведь за ложь легко может прилететь от самого Багрового, даже если и притащат Красивую.

Я надавливаю:

— Прямо так и сказал — привезти сударыню во дворец? Или, может быть, он имел в виду другое место? Переговоры, скажем, в нейтральной зоне?

— Тебе уже сказали! Во дворец ее поведем! — раздражается Галахад. — Его Багровейшество велел забрать ведьму!

Ага, они сказали это прямо. Теперь только осталось узнать, правда ли это.

И тут в голове звучит торопливый голос Лены:

— Даня, это не послы. Я только что говорила с лордом Заром. Он говорит, Багровый никого официально не отправлял. Но предупредил: среди его знати хватает рьяных лизоблюдов. Могут пытаться угодить, выполнять якобы его волю. Зар подтвердил — эти самозванцы не санкционированы.

— Спасибо, понял, — мысленно отвечаю Лене.

Всё более чем ясно. Пришли без приглашения, наврали, будто от имени Властелина. Я вслух выбил из них эту ложь. Отлично. Этого воспоминания хватит, чтобы Властелин их потом лично вздёрнул. Если, конечно, доживут.

— Ну что ж, лорды, — бросаю с покорным лицом, будто смирился с их наездом. — Раз выбора нет, пойдёмте, господа. Вы получите то, что заслужили.

Дроу переглядываются самодовольно. Уже, похоже, радуются мыслям, как Багровый их отблагодарит за приведенную Красивую.

Пусть радуются.

Я веду их к дальнему срубу — тому, что стоит почти у самого берега. Пустой, незанятый, внутри — ни души.

По пути ментально тянусь к желточешуйчатому:

— Золотой, держись низко, но в сторонке, — дотягиваюсь и до квартиры группы «Тибет». — Мерзлотник, ко мне срочно. Остальных можешь не звать.

По пути достаю кольцо Буревестника и надеваю его на палец. У порога сруба, прежде чем открыть дверь, бросаю через плечо:

— Можете пообщаться с гостьей.

Галахад с Ивейном заглядывают внутрь и видят тигрицу, сто сидит у печки, облизывая лапу. Смотрит на них сквозь полуприкрытые веки, как кошка на дохлую мышь.

Фантом, разумеется. Ментальная иллюзия поверх щитов дроу. Я очень старался повторить пренебрежительный взгляд Красивой, но вышло даже какое-то презрение.

— Ну, ну, посмотрите-ка! — усмехается Галахад с липким предвкушением. — Мы уж поговорим с ней. Горячо будет, ох, как горячо…

— Ведьмы с Фемискары, говорят, чертовски красивые, — фыркает второй. — Сначала заставим обратиться и глянем на личико, а потом прямиком к Его Багровейшеству.

Я опускаю голову и прошу робко.

— А можно ей не делать больно? Она не заслужила.

— О, ей понравится, человек, — захихикал Галахад, довольный как хорёк. — Ещё как понравится.

Оба дроу уже облачились в огненные доспехи и топают к тигрице. Я хмыкаю на прощание и захлопываю дверь за их спинами.

Действовать надо быстро. Отойдя от сруба на несколько шагов, «включаю» легионера-друида. Обледенелая земля под срубом вздрагивает. Из неё, с хрустом, тянутся лианы — толстые, как корабельные канаты. Обвивают сруб снизу доверху: охватили дверь, заткнули окна, заползли на стенцы, сцепились в кольца на крыше. Дом мигом превратился в зелёный кокон.

Но на этом веселье только начинается.

— Мерзлотник, — бросаю, не оборачиваясь. — Ты вовремя.

Григорий Володин

#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 27

Глава 1

Я ощутил, что Грандмастер льда нарисовался за спиной.

— Заморозь сруб сверху. Землю и сваи не трогай. А вот крышу и стены накрывай толстым ледяным слоем.

— Ого ну и заданьице! — удивившись, он приступает. Морозный туман охватывает сруб. Ледяной панцирь смерзается, накрывает сруб поверх моих лиан. Мерзлотник –мощный ледовик. Ледзор тоже, но не такой опытный пока еще. Надо бы и мне легионера-ледовика раздобыть, кстати, да что-то не попадаются никак.

Так, теперь очередь третьего участника.

Как раз над нами хлопают гигантский крылья. Золотой подлетел на мой зов.

— Хватай и выкидывай, — указываю на дом.

Лианы тем временем сползают вниз. Сруб стоит на сваях — в тундре так принято: вечная мерзлота, грунт нестабильный, потому дома приподнимают, чтобы не увело фундамент. Но долго это не продлится. Я направляю корни на опоры. Раздаётся хруст, глухой треск — балки ломаются одна за другой. Дом начинает накреняться.

Изнутри доносится слитный крик. Дроу уже поняли, что попали в ловушку. Но поздно. Даже если бы у них было десять минут — не выбрались бы.

А у них нет и одной.

— Куда? — уточняет Золотой, немного зависнув от нетривиальной задачи.

— На запад, — указываю рукой направление. — За береговую линию как можно дальше.

С последним щелчком сваи рушатся. Золотой проносится, подхватывает сруб когтями. Слышен грохот изнутри, вопли, удары — дроу мечутся, может, они и пробили бревна, но там еще слой из лиан и ледяного панциря.

Золотой уносится к морю — и сбрасывает груз над глубиной.

Сруб летит дугой. Приземляется в воду с красивым всплеском, проломив тонкий слой наледи. Волны разлетаются кольцом. Пена вздымается и оседает. Всё.

Обледеневший сруб пошёл ко дну — корпус не герметичен, внутрь хлынула морская вода, полости заполнились, и вся конструкция потянула себя в глубину. Тем более что печка внутри — тяжеленная, утянула за собой, как якорь.

— Красивую они захотели, ишь ты… — хмыкаю,