Обезьяний лес. Том 2 - Мари Штарк

Кэсси стала ждать. Она смотрела по сторонам. Ее не покидало чувство тревоги. Оставшись здесь совсем одна, она уговаривала себя, что все будет хорошо. Что Юншен выплывет, а потом они вернутся в поместье Нацзы. Но чем дольше Кэсси глядела на воду, тем больше начинала паниковать.

Косо глянув на лук, она вдруг прикинула, смогла бы она выстрелить из него, если ей придется возвращаться одной, а на нее кто-нибудь нападет.

Позади раздался всплеск. Кэсси резко развернулась.

К лодке плыл Юншен, прижимая к груди светлый ящик. Кэсси помогла его вытащить. Забросив фонарик на пол, Юншен легко забрался в лодку. С него потоками лилась вода. Он смахнул с лица капли и взъерошил волосы рукой. Несколько брызг попало и на Кэсси.

– Ща. – Он сел на перекладину и повернул ящик дверцей к себе.

Кэсси заметила, что у парня практически не было одышки. Будто он не двадцать метров проплыл, а на матрасе полежал.

– Туда положим твой талисман.

Вода стекала на пол, набралась уже целая лужица. Кэсси приподняла кеды, чтобы их не залило.

По размеру ящик напоминал небольшой сейф, на нем была кодовая панель. И все работало. Даже несмотря на то что ящик лежал под водой. Дверца открылась, когда Юншен ввел код. Порывшись внутри, он вытащил прямоугольную коробку. Кэсси подумала, что ее просто заварили намертво, не оставив шанса открыть. Коробка как кирпич, как ни крути.

Юншен протянул ее Кэсси:

– Откроешь? – С его болтающегося крестика в ухе капала вода. Как и с подбородка.

– Я? – Она показала на себя рукой. – Но как?

– Эта коробка закрыта магической печатью, а ты как полукровка можешь ее разрушить.

Кэсси взяла ее в руки. Она была легкой, но ужасно холодной. Оторвав от нее пальцы, как от мерзлого железа в мороз, Кэсси зашипела от неприятного чувства.

– Она очень холодная. Там на дне минус, что ли?

– Нет, – посмеялся Юншен и забрал коробку. – Ты уже ее открыла.

Растирая онемевшие подушечки пальцев, Кэсси недоуменно уставилась на парня, что сидел напротив. Между ними находился ящик. Юншен пальцами дернул край коробки, и тот отвалился. В руку ему упала флеш-карта. Судя по озадаченному выражению лица, он не ожидал ее увидеть.

– Флешка? – спросила Кэсси.

– Сам в шоке.

Юншен покрутил ее перед лицом. Самая обычная флешка, черная без опозновательных знаков. Тяжело вздохнув, он выпрямился и положил ее в боковой кармашек на рюкзаке, застегнув молнию.

– Видел ее раньше? – осторожно поинтересовалась Кэсси, растирая от нервов голени ладонями.

– Нет, но потом гляну, что в ней. – Он нахмурился.

Юншен сидел перед ней в одних черных трусах. Кэсси даже не думала больше разглядывать его ниже пояса. Парень засунул тетрадь в рюкзак и полез в ящик.

– А вот это можешь посмотреть, кому принадлежит?

И протянул тетрадь. На ее обложке был нарисован кактус в шапке.

– Попробую.

Взяв ее, она закрыла глаза и постаралась успокоиться. Шум воды, всплески от хатанату и рыбы, что близко подплывали к поверхности, шелест листьев и мерное покачивание лодки.

Появился свет. Его закручивало в водоворот. Кэсси только подошла к нему, протянула руку, и ее затянуло.

* * *

– Два полудохлых, недоразвитых манлио. – Все презрение, что было у него, он вложил в эти слова.

Джеён уверенно вошел в помещение. Заходить в ловушку было глупо, но если эти двое проникли в хонучоль, то вся хонучоль теперь ловушка. Он вскинул катану и положил на плечо, глядя на лысого пацана и изредка на худощавого. «Лысый – пишем, худощавый – в уме», – думал Джеён.

– Ворвались в хонучоль?

Свет от настенных ламп отражался на каменном полу вдоль рядов умывальников и длинных зеркал, на отполированных раковинах и на черном обнаженном лезвии катаны. Дальше к душевым – тьма. Джеён видел в отражении огромных зеркал лысый, покрытый шрамами затылок пацана, его худую спину.

Джеён шел неторопливо, расслабленный с виду, но нервы были натянуты как струна.

– Хонучоль – лишь первая точка на карте наших планов. – Звонкий голос наполнился злорадной низкой твердостью. – И в этой точке ты сдохнешь, младший мастер Масуми! – Он по-птичьи склонил голову, безумно широко улыбаясь, округлил глаза. – Не выжи-и-ить мастера-а-ам…

Где мастера чибритури, что с ним случилось – Джеён даже не представлял. Догадки по своей кошмарности были недалеки от тяготящего душу незнания.

– Как вы вошли? – спросил Джеён, остановившись напротив лысого пацана.

Он ухмыльнулся. Или он и не переставал ухмыляться. Джеён отчетливо понимал, что этот парень не так прост, – далеко не всем живым под силу войти в хонучоль.

– Связи с демонами бывают очень полезны. – Постучав керамбитами по острым коленным чашечкам, он дополнил: – Отдай нам чернила. Мы знаем, что они у тебя. Ты, сука, забрал их у моего Дэвида!

Взгляд этого парня резко переменился: стал холодным, серьезным. Он ловко прокрутил керамбиты в руках и провел острым лезвием по языку. Крови не было, язык оказался раздвоенным. Парень захохотал, мерзко шевеля змеиным языком.

Масуми резво кинулся на пацана и вогнал катану ему в живот. Но вместо плоти острие врезалось в зеркало.

«Нианзу!»

Фигура, громко хохоча, растворилась в воздухе. Смех исчез, как и лысый пацан. Джеён обернулся на другого парня. Тот вынул из-за спины две сабли.

Осколки зеркала посыпались в умывальник и на пол, когда Джеён, упершись ногой в раковину, в два рывка выдернул меч и тут же отразил удар на развороте. Две сабли скрестились с его катаной, высекая искры. Лезвие свистнуло, выскальзывая из плена изогнутых мечей. Джеён наносил удар за ударом, куски мрамора откалывались от раковины, худощавый манлио извернулся и отскочил от летящего на него меча, кубарем покатившись по полу.

Лысый пацан появился так же внезапно, как исчез, и с тем же безумным хохотом бросился на Джеёна.

Ровно в этот момент издалека раздались кошмарные вопли красных обезьян.

* * *

Джеён лежал в гамаке, накрыв лицо тетрадью с кактусом на обложке. Яркий солнечный свет проникал сквозь широкие листья дерева, под которым он отдыхал. Он не выпускал из пальцев шариковую ручку, положив руку на грудь.

Гамак закачался, но Джеён не пошевелился.

– Учишься? Какой молодец! – с доброй издевкой сказал подтянутый высокий мужчина.

Джеён медленно убрал тетрадь с лица, стянув на грудь. Мужчина склонился и заботливо погладил парня по голове. Но обида в глазах Джеёна не угасала.

– Ну что? Будешь меня провожать? М? Посидишь со мной, пока я в сознании? – поглаживая Джеёну то макушку ладонью, то виски пальцами, мужчина тепло улыбнулся. – Ну не злись, пожалуйста. Это же необходимо, сам понимаешь.

– Ты говорил,