Вирус Aeon. Нева - Татьяна Кравченко

— А у тебя-то как? Слышали, ты неделю из госпиталя не выходила. Больные? Отравление?

Нева отпила глоток воды.

— Всё отлично, — отрезала она, всем видом показывая, что тема закрыта. — Разобрались. Завтра с утра пораньше я с вами. На «Хамви».

Она поставила стакан на стол с чётким, твёрдым звуком.

— К вечеру надо успеть на мост. Встреча с Эдом и Балтом. На том «Хамви», что они уже переправили, хочу кого-нибудь отправить по следам. Выследить надо тех троих огромных уродов из Вантауна. Хочу знать, если к Пальмонту приблизятся. Чтобы не было сюрпризов.

Джина переглянулась с Сетом.

— Кстати, о сюрпризах, — сказала она. — Бен там, в карьере, ловушку соорудил. Говорит, теперь ожившие сами туда прут, как мотыльки на огонь.

На лице Невы мелькнуло что-то, отдалённо напоминающее одобрение.

— Отлично, — произнесла она без эмоций, просто констатируя факт. — Значит, идея рабочая.

Она доела последнюю ложку, встала из-за стола.

— Ладно. Завтра в пять. Светает — выезжаем. Без опозданий.

— Без опозданий, — подтвердил Сет.

Нева кивнула, коротко и ясно, развернулась и вышла в ночь, оставив за спиной тепло и свет дома. Она села в джип, но не завела сразу, сидя в темноте. Завтра — снова в путь. Но сейчас, после ужина за нормальным столом и короткого, дельного разговора, усталость была другой. Не беспросветной, а привычной, рабочей.

Она резко повернула ключ зажигания. Рёв мотора нарушил тишину. Пора. Дела не ждут.

Глава 87. Спасти или нет?

Пять утра. Свинцовый предрассветный сумрак только начал светлеть, окрашиваясь грязно-синими тонами. Нева открыла глаза, уставившись в потолок. Мозг, заточенный годами на выживание, уже был активен, но тело, изможденное за неделю в лазарете и вчерашней поездкой, отчаянно сопротивлялось. Она повернула голову к окну, за которым царила неподвижная, серая тишина.

«Еще десять минуток», — прошептала она хриплым от сна голосом и снова закрыла глаза, уткнувшись лицом в подушку.

Спустя пару минут, ее сознание пронзил резкий, шипящий звук из рации на тумбочке. Голос был сдавленным, взволнованным, прерывался от быстрого дыхания.

— Нева, прием, срочно! Нева, прием, срочно!

Она с силой выдохнула, не открывая глаз, и еле протянула руку, нащупывая рацию. Схватив ее, она нажала кнопку, ее голос прозвучал глухо, пропитанный сном и раздражением.

— Рон, прием. Ты что, будильником заделался? Пять утра.

— Нева, срочно! — голос Рона не успокоился. — Вижу группу! Движутся к нам с севера, по старому шоссе!

Слова, наконец, долетели до сознания. Нева резко открыла глаза. Несколько секунд она лежала неподвижно, мозг отказывался переключаться с режима «десять минуток» на режим «угроза». Потом, будто ее ударило током, она соскочила с кровати, сердце заколотилось где-то в горле.

— Рон, живые или мертвецы? Вооружены? Ты на въезде? — ее голос стал резким, металлическим, без тени сна.

— Да, на вышке! — доложил Рон. — Живые! Но за ними… за ними шлейф тянется. Мертвых, наверное, пару сотен. Не меньше!

— Черт! — ее рука сжала рацию. — Я сейчас. Держи в обзоре. Любое движение — сразу в эфир.

Она бросила рацию на кровать. Одежда летела на нее с лихорадочной скоростью. Штаны, свитер, плащ, ремень с кобурой. Ни секунды на раздумья, только мышечная память. Через минуту она уже выскакивала из дома, влетая в холодный утренний воздух.

Бегом к своему джипу, на ходу крикнула в сторону главных ворот, где темнела вышка:

— На вышке! Срочно ворота! Открывай!

С вышки спрыгнул человек и бросился к тяжелому механизму. Скрежет цепи и лязг железа нарушили утреннюю тишину. Нева даже не дождалась, пока ворота отъедут полностью, втиснула джип в образовавшуюся щель и вылетела за периметр, нажав газ в пол.

Через несколько минут она уже заскакивала по лестнице на вышку, где дежурил Рон, бледный, но собранный. Он молча сунул ей в руки бинокль.

— Вон. С севера.

Пока она ехала, в голове проносились картинки: хорошо вооруженный отряд мародеров, целенаправленно ведущий за собой орду, чтобы штурмовать Пальмонт. Тактика выжженной земли. Она прильнула к окулярам. В предрассветных сумерках детали различались с трудом. Движущиеся точки. Десятка полтора, не больше. Они шли, но походка была не уверенной, а уставшей, почти шаркающей. Никакого строя. И за ними, на расстоянии, действительно, темнела масса — медленно ползущая, но неотрывная, как хвост кометы.

Она смотрела несколько минут, стараясь уловить детали. Потом поднесла рацию к губам.

— Сет, прием.

Через несколько секунд в эфире раздался сонный, голос:

— Быстро Джину в охапку и в Вантаун, — отрезала Нева, не отрывая взгляда от бинокля. — Вам минут двадцать. У нас гости с севера. Если то, что за ними идет, перекроет трассу, вы не проедете.

— Нева, что за гости? — голос Сета мгновенно протрезвел.

Она продолжала смотреть в бинокль, ведя с ним диалог на автомате.

— Пока неясно. Группа живых. Непохожи на бандитов. Но за ними хвост — сотни две, три мертвых. Очень большой хвост.

Она на мгновение отвела бинокль, глядя прямо перед собой, потом снова прильнула к нему.

— Ваша задача — проскочить, пока путь свободен. Задание прежнее. В Вантаун.

— Понял, — голос Сета стал жестким. — Выезжаем.

— Сет, как приедете в Вантаун, сразу выйди на связь с Эдом, — резко добавила Нева. — Передай: сегодняшний визит отменяется. Пусть сидят у себя, пока я не выйду на связь. Понятно?

— Понятно. Отменяем.

Связь прервалась. Нева снова прильнула к окулярам. В этот момент первые лучи солнца, пробившиеся из-за горизонта, осветили группу. Теперь видно было четче. Оборванные, грязные фигуры. Мужчины, женщины. Двое детей, которых несли на руках. Они шли, спотыкаясь, их плечи были сгорблены от усталости и отчаяния. Никакого оружия, кроме, возможно, ножей за поясом. Не банда. Толпа беженцев. Изможденных, загнанных в угол.

Расстояние стремительно сокращалось. Она сунула бинокль обратно Рону.

— Минут через двадцать они будут тут. И, конечно же, не пройдут мимо. Притащат эту волну гнили прямо к нашим воротам. Что думаешь?

— Вроде не похожи на банду, — неуверенно произнес Рон, всматриваясь. — Смотри, того парня, впереди, чуть ли не волочит ногу. Беженцы.

Нева с силой ударила кулаком по деревянному столбу вышки.

— Черт! Как разобрать — враг или друг? Если друг — то самый дорогой в мире. Орда