Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

три трупа охранников и служанки, а также записка, прибитая ножом к стене, с сообщением о том, что покуда Мойша будет слушаться своего нового хозяина, его сын будет жить. А как хорошо и долго – зависит только от Золотых дел анжинерного мастера. Собственно, это был закономерный по мнению многих итог плотного общения с теневым миром Москвы, настоящие хозяева которого и так долго облизывались на слишком самостоятельного идиша и вот, видимо, решились-таки расставить все чёрточки над «ѣ».

Нет, Мойша не занимался ничем особо криминальным. Просто он действительно был хорошим Золотых дел анжинерным мастером, создателем «нейтральной артефакторики», очень ценимой как кланами, так и Перевозчиками, одно из отделений которых как раз недавно сделало Шнипельсону крупный заказ. Перевозчики вообще предпочитали именно анженерные или, как их иногда называли, «волшебные» вещи творениям даже самых знаменитых Кудесников. «Магические артефакты» почти всегда содержали активную живицу создававших их кудесников и, к сожалению, плохо работали в таинственных локомотивах Перевозчиков, рассекающих просторы необжитых земель между Полисами. Недаром ведь они так неохотно предоставляли свои услуги чародеям, да и возили их словно скот в особых экранированных вагонах. К тому же в аномальных местах, во множестве встречавшихся в Запретных Зонах, «магические» артефакты, в отличие от «волшебных», быстро теряли рабочий заряд живицы.

К сожалению, «волшебные» приборы и приспособления, которые делали Золотых дел анжинеры, сами не являвшиеся одарёнными, требовали не только знаний анжинерии и точных наук, но так же множества ценных компонентов. Не только драгоценных металлов и каменьев, но и редчайших частиц насыщенных нечеловеческой живицей деревьев, минералов и даже чудовищ. Вот только получить всё это абсолютно легальными методами было практически невозможно, зато теневой мир Полиса с лихвой обеспечивал мастеров нужными материалами, позволяя не тратиться на официальные заказы для чародейских пятёрок. Да и сбыть готовую продукцию там можно было значительно выгоднее, не отдавая с честно заработанного налог в двадцать пять процентов в Княжеский Стол.

«Выгода» – это слово всегда грело душу старого идиша и, видимо, в какой-то момент окончательно ослепило мастера, да так, что он не заметил, как своими манипуляциями привлёк внимание опасного хищника, который посчитал анжинера своей законной добычей. А теперь… Теперь ему оставалось только сидеть и ждать распоряжений от нового хозяина, молча молясь Древу о том, чтобы с маленьким Мойшей все было в порядке.

В «Волшебной астролябии» что-то щёлкнуло, и маховичок закрутился быстрее, привлекая внимание погружённого в тяжкие думы мужчины. Вот стронулись новые шестерёнки, мягко засветился золотой сердечник, в котором содержалась частичка сердца кроколиска, и мастер вскочил на ноги, с грохотом опрокинув стул, нависнув всем телом над прибором, стрелка которого, дрогнув, поползла к символическому изображению Древа.

* * *

Я стоял в одном из ответвлений последнего из исследованных мною тоннелей и в задумчивости чесал затылок, глядя на грубую каменную кладку стены. Собственно, меня интересовали вовсе не блоки, из которых она была собрана, а маленький тусклый, почти незаметный и едва-едва сияющий рисунок зелёного крылышка с небольшой стрелкой под ним, указывающей на перекрытый старой решёткой проход, уходящий куда-то вниз под небольшим уклоном.

«Колотушка» в ухе вдруг ожила и выдала код завершения операции. Учитывая, что на улице уже должен быть поздний вечер, а провозился я в этих тоннелях часов пять, не меньше, то очень вовремя. Никого я, к сожалению, так и не нашёл, кроме пары удравших от меня мелких чудищ, и очень надеялся, что моим коллегам по несчастью повезло больше. Жалко всё-таки детишек.

Последний раз взглянув на нарисованный на стене символ моего клана и на таинственную решётку, я сделал засечку в памяти, как будет возможность, прогуляться сюда целенаправленно и, развернувшись, побежал к выходу.

Глава 9

– Кельи? – наставник выглядел слегка удивлённым после моего вопроса, в то время как остальная группа на него даже не прореагировала, устало развалившись в своих креслах салона паровика. – Нет, это не секрет. А с чего ты вдруг заинтересовался?

Да я, собственно, задал Мистериону тот самый вопрос, который заинтересовал меня, пока я лазил по тоннелям. Всё-таки странно было видеть в стенах мрачной и сырой канализации многочисленные каморки, явно созданные для проживания людей. Пусть каменные, но кровати, небольшие выступы типа столиков и ниши, в которые, скорее всего, следовало ставить лампу. Ладно, если бы такие комнатки встречались изредка, их можно было бы принять за служебные помещения для, например, смотрителей участков или каких-нибудь ремонтников, но их множество, практически во всех стенах крупных коридоров, а в залах коллекторах и вовсе в два этажа, с лесенками на верхний ярус.

– Да просто странно как-то… – ответил я, пожимая плечами. – С одной стороны, это же, можно сказать, двойной объём работ надо было проделать. По сравнению с обычными тоннелями, конечно, ведь это не просто дырки в земле. Там всё камнем облицовано, да и входы сделаны, как полукруглые арки. А при том, что этим добром никто не пользуется, там специально созданы идеальные условия для гнездования монстров… К тому же кое-где я замечал реальные следы проживания людей. И это для них не очень хорошо заканчивалось, судя по тому, что я видел…

– Понимаешь ли какое дело. Секрета здесь действительно никакого нет, – хмыкнул Мистерион, поправляя маску и закидывая ногу на ногу. – Дело в том, что когда наш Полис только формировался, никакой канализации под ним не было. Ты же знаешь, что первые полсотни лет после заложения новой Москвы, это был не город в нашем понимании, а плотное скопление клановых «детинцев», крепостей, включавших в себя отведённую чародейским родам территорию, расстояние между которыми закладывалось на полёт стрелы самого умелого лучника в клане?

– Угу… – кивнул я, замечая, что к нашему тихому разговору начали прислушиваться как измотанный Алтынов, так и девочки.

– Так вот, канализации в те времена ещё не существовало, а вот древние катакомбы, то ли оставшиеся от уничтоженных очередным Великим Жором древних московитов, то ли построенные Древо знает кем ещё раньше, уже существовали, – масочник, откинувшись на спинку, привычным жестом сложил руки в замок. – Какое-то время подобное устройство города вполне устраивало как Князя, так и кланы, которые тогда были замкнутыми самодостаточными общинами, включающими и одарённых, и обычных людей. Как вы, наверное, знаете, после уничтожившего Старую Москву Великого Жора почти все окрестные земли были практически безопасны. Не существовало ещё никакой запретной зоны, а опасаться приходилось, в первую очередь, залётных чародеев неприсоединившихся кланов,