"Фантастика 2026-51". Книги 1-19 - Екатерина Боровикова

и вытащила то, что собиралась использовать в ритуале: пучок льна, клубок грубой нити из овечьей шерсти, несколько стеблей крапивы, вязальные спицы и крючок. А ещё стеклянную банку, полную разноцветных бусин.

Стараясь не смотреть на Шевелёва, Марина в определённом порядке разложила, рассыпала и расставила ингредиенты перед дубом. Потом взяла в руки охотничий нож. Сердце опять взбрыкнуло — застучало часто, а потом и вовсе заныло. Эдуард, видимо, всё понял, потому что заёрзал и замычал.

— Извини, но я должна это сделать. — Сказала и тут же пожалела об этом. Слова прозвучали, как издевательство.

Шевелёв рванулся, свалился набок и попытался уползти.

— Мамочки! — Прошептала ведьма и вогнала нож в мужскую спину.

Двоедушник взвыл и задёргался. Рыдая в голос, Марина вытащила нож, с трудом перевернула человека и нанесла удар в сердце.

* * *

Она лежала на траве и смотрела на облака сквозь дубовые листья. Рядом таяло тело Эдуарда — спицы и крючок вытягивали плоть в тонкую багровую ниточку, сплетали её с шерстью, льном и крапивой, а затем превращали в полотно. Под дубом стремительно вывязывался коврик.

Марина не смотрела на этот процесс и пыталась не обращать внимания на тихое постукивание орудий вязки. После того, как стало понятно, что Высшие откликнулись на зов, она приготовилась к долгому ожиданию. На душе было гадко. Ведьма и раньше убивала, но в бою, защищая себя или других людей. Но вот так — запланировано, целенаправленно, связанного и беззащитного — никогда. Сычкова чувствовала себя премерзко, совесть топорщилась сотнями иголок, ворочалась и причиняла нестерпимую боль.

— Это нужно Приречью, — периодически шептала она облакам. Те важно ползли по небу и презрительно молчали. Не верили.

Постукивание спиц прекратилось. Колдунья поднялась и приготовилась встречать потусторонних гостей.

От Шевелёва не осталось ничего. Ни одна капля крови не напоминала о том, что произошло здесь час назад. Под дубом лежал небольшой квадратный ковёр красного цвета, кромки которого вместо бахромы украшали яркие бусинки.

На поляне стало сумрачно. Женщина посмотрела в небо и увидела, что облака потемнели и слились в одну плотную тучу. Поднялся ледяной ветер, а по траве пополз лиловый туман. На ближайших деревьях почернели листья.

Приход Высших в человеческий мир всегда сопровождался спецэффектами.

Ведьма перевела взгляд на дуб. Под ним на коврике из Шевелёва сидели две женщины. Они изучающе глядели на Марину — Доля и Недоля должны были решить, достоин стоящий перед ними человек общения, или же нет. Пауза затягивалась.

Доля сидела справа и выглядела как мечта ретрограда — толстая длиннющая коса пшеничного цвета, голубые глаза, серые пушистые ресницы, веснушки на круглом лице, маленький симпатичный носик и сочные губы, которые явно привыкли улыбаться. Полная грудь, тонкая талия и широкие бёдра целомудренно прятались под длинной, до пят, белой льняной рубахой.

Недоля перед Катастрофой имела бы бешеный успех на подиуме. Очень высокая, настолько, что её рост угадывался даже в сидячем положении, худая, с узким бледным лицом и острым, но изящным носом. Чёрные всклокоченные волосы, пронзительные глаза стального цвета и тонкие, презрительно поджатые губы. Тёмно-синее, почти чёрное одеяние придавало женщине сходство с хищной птицей.

Обе не оставили свою работу, придя сюда. Рядом с Долей стояла прялка — доска с расширением наверху. Она выглядела очень старой. Вместо кудели клубился лиловый туман. Высшая, ловко орудуя пальцами, вытягивала его в тонкую, ровную ниточку, которую перехватывала Недоля и сматывала в пышный клубок — в её руках нить слабо вспыхивала и обзаводилась катышками, узелками и утолщениями. В какой-то момент нить обрывалась, и чья-то судьба отправлялась в небольшую плетёную корзину, прикрытую отрезом белой ткани.

— Здравствуй, колдунья из Полесья. Прекрасный коврик. Мягкий и удобный, — нежным, ласковым голосом проговорила Доля.

— Одно тело на две души? Оригинальный узор, — отрывисто добавила Недоля.

Марина немного расслабилась — Высшие решили снизойти до беседы. И вежливо поклонилась:

— Приветствую вас.

— У нас много работы, здесь тяжко дышится, говори, зачем позвала. — Улыбнулась светловолосая. — Мы можем единожды ответить на вопрос и выполнить единственную просьбу.

— Переплетать чью-нибудь судьбу не будем, и не надейся. — Недоля спрятала очередной клубок в корзину.

Сычкову на данный момент волновало одно. Поэтому она выпалила без запинки:

— Зачем та, кто сейчас в теле Иры Марушкиной, наслала на Приречье Чуму?

Доля удивлённо захлопала ресницами:

— Ты вытащила нас сюда, чтобы задать такой глупый вопрос?

— Конечно, чтобы в Приречье не осталось никого, кроме тебя, — фыркнула Недоля.

— Но не волнуйся. Люди в безопасности. Судьбы твоих односельчан предопределены. — Успокаивающе добавила Доля. — Большинство проживёт долгую, хоть и тяжёлую жизнь.

— Выкладывай просьбу. Ваш мир давит. — Брюнетка поморщилась и слишком сильно натянула нить. Появился толстый, грубый узел. — Видишь, у человека судьба перекроилась. Теперь его настигнет горе, которого не должно было быть. Так что побыстрее, иначе ещё кто-нибудь из-за тебя пострадает.

Марина с трудом сдерживала слёзы. Шевелёв умер напрасно — полученный от прядильщиц судьбы ответ не устраивал совершенно. Наверное, следовало сформулировать вопрос по-другому, но сказывалось отсутствие опыта. Впрочем, оставался шанс всё исправить. Главное, не ошибиться с просьбой.

— Покажите, пожалуйста, ниточки людей, о которых я забочусь. Увижу, что они большие, длинные, и успокоюсь.

— Ишь, чего захотела! — Возмутилась Недоля. — Может, тебе ещё и о каждом узелке рассказать?

— Сестрица, не злись, — сказала Доля. — Лично я ничего возмутительного в просьбе не вижу. Она хорошая девочка, переживает. И откуда это высокомерие? Ни ты, ни я не знаем, какие именно горести несут дефекты нити.

— Я об этом читала. Поэтому сначала хотела пригласить Макошь, но не нашла описание ритуала. — Призналась Сычкова.

— Ха-ха-ха! — Зло рассмеялась брюнетка. — Макошь очень могущественна, слишком занята и чересчур тяжела. Она не общается с людьми. Да и мы не особо жаждем.

— Недолюшка, прекрати. — Сморщила носик блондинка. — Мне всё хуже. Давай выполним просьбу и вернёмся в Вырай.

Они впервые за всё время беседы прервали работу. Доля отогнула уголок ткани и засунула руку в корзинку по самое плечо — внутри хранилище судеб явно было больше, чем снаружи. Пошарила и вытащила чей-то клубок. За ним неожиданно вытянулись ещё.

Недоля гневно вскрикнула, её сестра ахнула. Марина непонимающе смотрела то на одну, то на другую, то на сбившиеся в неприглядный колтун туманные нити.

— Как такое могло случиться? — Прошептала Доля.

— Что это? — Спросила Сычкова.

Это был уже второй вопрос, но Высшие всё же ответили:

— Это судьбы приреченцев. Видишь? Все нити спутались, сплавились. Перекорёженные судьбы, слитые в одно, — прошептала испуганная Недоля. — Так не должно быть. Макошь приносит кудель, мы её прядём.

Доля добавила:

— Неизменность и последовательность. Когда клубок готов,