Матабар IX - Кирилл Сергеевич Клеванский

В таких обстоятельствах срабатывал природный механизм защиты аномалии.

Металлическая шерсть Агронала смыкалась вокруг тела, образуя плотную, серебристую куколку. И в таком виде зверь мог пролежать целые годы, пока кто-нибудь его не разбудит. Те самые куколки, к слову, до распространения сталелитейного дела и фабрик, в эпоху Галесса и ранней Империи представляли громадный спрос у людей из-за высочайшего качества металла.

Так что для усыпления Агронала, вопреки всякой логике, требовалось не охладить его, а наоборот — перегреть.

Арди тут же воплотил «Искру» в её сильно модифицированной, площадной разновидности. Базовая «Искра» обычно действовала через направленный пучок пламени, проникающий в цель и поджигающий её изнутри, но Ардан, после событий в квартале Ночников и в пещерах с немертвыми, поставил себе задачу (пусть и на неопределённое будущее) немного расширить арсенал своих стихий. Так что, в свободное время, он работал над единственным, отработанным им до автоматизма, огненным заклинанием. И, вспоминая события той ночи, в пути на севере и обратно, он придумал, как превращать «Искру» в широкое полотно пламени.

Не то чтобы это было полезно в каких-то серьёзных ситуациях, но Арду требовалось от чего-то оттолкнуться.

Из навершия посоха вырвалась не привычная спица пламени, а широкое, с виду даже тёплое полотно огня, накрывшее Агронала с головы до копыт. Огонь, тёплым пледом, укрывавшим дитя, стелился по металлической шерсти аномалии.

Аномалия, всё ещё скованная тающими «Ледяными Цветами», пыталась вырваться, но по мере того, как ослабевали снежные путы, пламя лишь набирало силу. В какой-то момент жар лизнул её металлическую шкуру, и Ардан заметил, как шерсть Агронала начала смыкаться, сжиматься, словно сама собой свиваясь в плотный кокон.

Сначала соединились волоски на боках, потом на ногах, затем на животе — кокон буквально формировался изнутри наружу, постепенно поглощая в себя само тело аномалии, так что через несколько секунд от громадного Агронала осталась только серебристая, тускло поблёскивающая куколка размером с большую бочку.

— Тепло… — прошелестел удаляющийся голос. — Тепло. Теперь можно спать… Было весело… Спасибо, странный брат…

Вновь захрипели динамики, а следом прозвучал одновременно высокомерный и раздражённый голос Кштовского:

— Эгобар, шесть баллов, — произнёс он без всякого энтузиазма. — Не ожидал, признаюсь, от вас подобного… откуда узнали про слабость Агроналов?

— От Гильдии Охотников, — используя науку Скасти, коротко ответил Ардан.

— Ну да… ну да…

Арди бросил быстрый взгляд на металлическую «бочку» и вернулся обратно на балкон. Иолай Агров, стоявший у самого стекла, посмотрел на него так, будто Ардан только что перевернул стол, на котором Великий Князь пару часов строил карточный домик.

Ард ответил вежливой, ровной полуулыбкой.

— Великий Князь, — Магистр Фихтова сверилась с листом и нахмурилась. — Прошу пройти к лестнице. И будьте, пожалуйста, предельно аккуратны. Следующая особь находится в особом положении.

В особом положении?

Арди скосил глаза на маршрутный лист в руках Магистра Фихтовой и успел заметить, что напротив одной из строк, той самой, которая относилась к аномалии Иолая, стоит небольшая, аккуратно выведенная пометка «прямой запрос зам. декана Алирова».

Арди нахмурился. Кажется, он начал понимать причину возникновения недавней бюрократической проволочки.

Вот только с какой именно целью Алиров отправлял запрос? Неужели Агров настолько переживал, что не справится с экзаменом, что ему потребовалось заранее знать, с кем именно он будет сражаться?

Да нет.

Глупость какая-то. Иолай Агров ничуть не менее одарён в военном искусстве и увлечён им, нежели Борис. Так что он справился бы и так.

Что-то здесь было не так…

Иолай Агров, не торопясь, спустился по лестнице и, буквально вразвалочку, вышел на полигон. Замерев на поляне, он повернул голову к балкону и, поймав взгляд Арда, медленно, демонстративно улыбнулся.

С противоположной стороны полигона распахнулась дверца, и оттуда осторожно, мягко ступая, вышла следующая аномалия.

Ардан прижал ладонь к стеклу.

Рысь Весеннего Луга…

Крупная, размером с большую охотничью собаку, рысь с шерстью оттенка свежей, изумрудно-зелёной луговой травы. Её мех, словно покрытый утренней росой, переливался под Лей-светильниками. Сверкали большие и мягкие золотые глаза, а кончики ушей украшали тонкие, тёмно-зелёные кисточки.

Рысь аккуратно ступала по обугленной, выжженной земле полигона, оставшейся после боя Арда с Агроналом. Осторожно и бережно, словно жалея каждую горелую былинку. И там, где её мягкие лапы касались земли, обугленная почва прямо на глазах покрывалась короткой, тонкой травой и маленькими белыми цветами.

И всё бы ничего, если бы не её округлый, явно слишком большой живот…

— Рысь Весеннего Луга, — мягко произнесла Магистр Фихтова с прежде не появлявшейся в голосе теплотой. — Аномалия Алькадской горной цепи. Достоверно неизвестно, какие именно природные механизмы привели к её появлению. Возможно, так сказались Лей-линии, поскольку Рысь Весеннего Луга компенсирует постоянные пожары из-за бурь и гроз Алькады. У нас всего несколько образчиков. Их довольно трудно поймать, и они весьма неохотно размножаются в неволе. Это наш первый удачный эксперимент по зачатию. Категория агрессивности — крайне высокая. Господин Агров, помните — обезвредить, не более того.

Рысь, только заметив Иолая, наклонила голову, прищурила золотистые глаза и сделала несколько мягких, осторожных шагов в его сторону. Пока не нападая, а скорее присматриваясь.

Спящие Духи!

Арди понял всё за долю секунды до того, как Иолай ударил посохом о землю, но сделать уже ничего не мог.

Из навершия посоха Иолая Агрова сорвалась тонкая, ярко-оранжевая нить, мгновенно растянувшаяся в воздухе в исполинский лавовый клинок длиной в два человеческих роста. Воздух вокруг меча заплясал от жара, а само оружие, повинуясь короткому, резкому движению посоха, описало в воздухе широкую, рубящую дугу.

Рысь даже не успела поднять голову.

Лавовый клинок прошёл сквозь её зелёное, переливающееся тело, надвое рассекая аномалию вместе с округлым животом. Кровь, неестественно яркого, изумрудного цвета, брызнула на ту самую траву, которую аномалия только что взрастила из обугленной земли. Два обожжённых, дымящихся обрубка упали на землю, дёрнулись несколько раз и затихли. Маленькие белые цветы и тонкая трава, не успев окрепнуть, постепенно увядали, пока и вовсе не обратились пеплом.

На балконе на мгновение повисла полная, оглушительная тишина.

— Господин Агров! — взвилась Магистр Фихтова, схватив руками микрофон. — Что вы наделали⁈

Полковник Кштовский попросту скрестил руки на груди и дёрнул плечами. Его лицо не выражало ровным счётом ничего: ни одобрения, ни осуждения, ни удивления. Полное, абсолютное равнодушие, какое бывает у людей… заранее знавших, что произойдёт.

Иолай Агров, всё ещё держа в руке посох с угасающим лавовым клинком, неторопливо обернулся к балкону и с ехидностью произнёс:

— Это ведь крайне агрессивная аномалия. Она точно собиралась меня разорвать, госпожа Магистр, — произнёс