Матабар IX - Кирилл Сергеевич Клеванский

Через некоторое время под арку, отделявшую Звёздный проспект от небольшой улочки, ведущей к парковке Университета, подъехал роскошный «Энтио» с откидным верхом. Несмотря на обширную коллекцию колёсного транспорта, лорд Фахтов, после того, как дождался своей очереди на экземпляр знаменитого автомобиля, последнее время пользовался именно им.

Сняв очки и водительскую кепку, Борис оставил трость в салоне, а с собой забрал посох. О том, чтобы закрывать купол крыши из плотного, похожего на парусину, материала или накрывать автомобиль чехлом, лорд Фахтов даже не задумывался. Сложно было представить себе ситуацию, чтобы на парковке Императорского Магического Университета, в котором на один квадратный метр приходится больше магов, чем где бы то ни было в мире, случился эпизод автомобильной кражи.

Они пожали друг другу руки и на мгновение посмотрели в глаза. Вчерашний разговор не оставил ни грамма неловкости или недосказанности. Так что они сделали то, что и должны были сделать друзья в данном случае, — продолжали общаться так, будто всё было по-прежнему.

Потому что всё и оставалось — по-прежнему. А то, что произойдёт (или нет) в будущем, пока так же туманно, как и само будущее.

— Ну как, господин новый и, надеюсь, счастливый автовладелец? — спросил Борис, пока они огибали служебный корпус и двигались в сторону Звёздной площади.

Отдельный выход на парковку предназначался исключительно под нужды обслуживающего персонала и профессорского состава.

— Мхм, — промычал Ардан.

— Вечные Ангелы, Ард! — воскликнул, смеясь, Борис. — Мне никогда не понять твою любовь к лошадям.

Арди проворчал что-то нечленораздельное.

— Там ведь ни педалей, ни сиденья, а ещё и прёт, куда ей вздумается, — перечислял Борис. — И запах… О Свет, если что меня и убивает в седле больше, чем качка и мошкара, так это вонь.

— К ней довольно быстро привыкаешь.

— Да, — не стал спорить лорд, — но в том-то всё и дело, дружище, что я не хочу к этому привыкать.

Друзья вошли в атриум и вновь оказались посреди гудящей толпы, отдалённо напоминающей закипающее на сковородке масло.

Протиснувшись сквозь толпу студентов самых разных курсов и факультетов, они подошли к громадной доске объявлений, размещённой поодаль от стойки информации. Простое, ничем не примечательное пробковое полотно, к которому обычно прикалывали какие-то совсем процедурные листовки. Иногда, если те касались Звёздного сообщества или студенческой среды в частности, на доске могли появиться газетные вырезки.

Так что обычно та не собирала вокруг себя какое-то значимое число любопытствующих. Но только не сегодня. Борису с Ардом пришлось приложить приличный объём усилий, чтобы подойти поближе. Арди, в целом, не требовалось, но он решительным образом, используя локти в качестве аргументов против совсем уж наглых студентов, составил лорду компанию.

— Ну, хоть не сваливаюсь за нижний предел, — с облегчением выдохнул Борис. — Было бы обидно даже с контракта вылететь.

Всё дело в сегодняшнем исключении из правила: на доске, в течение всей сессии, на следующий день вывешивали результаты дня прошлого.

Так Арди, к примеру, знал, что на Истории Магии набрал три балла из двенадцати возможных. На Звёздной Инженерии — максимальный (даже несмотря на то, что и сам понимал, что его установка оставляла желать лучшего и, скорее всего, обошлась бы в производстве и обслуживании дороже, чем позволил бы себе разумный делец), а вот профессор Ковертский поставил ему оптимистичные восемь. Так что Арди уже не попадал под критерии повышенной стипендии, но мог всё ещё надеяться на обычную и, скорее всего, не вылетел из Большого.

Чтобы потерять спонсорство Короны, нужно было набрать на сессии восемьдесят баллов, что лишь на десять меньше, чем стипендия. А вот чтобы вылететь со второго курса — тридцать пять. Причём данный порог относился ко всем.

На первом курсе порог отчисления составлял двадцать пять сессионных баллов. На второй и третий год обучения уровень отчисления вырастал на десять баллов, а затем, каждый последующий год обучения, на четыре.

— Знаешь, что мне интересно, Арди?

— М? — вопросительно промычал Ардан.

— Как так получилось, что у тебя на два балла по истории магии меньше, чем у меня, если я на каждой лекции занимаюсь тем, что отсыпаюсь?

Ардан только отмахнулся от друга, прекрасно понимая, что тот в ближайшее время не даст просто так забыть о данном факте. И вообще, как говорил Иорский, если не готовиться к экзамену, но иметь пару лишних извилин в голове, то отметка от одного до шести баллов становится скорее вопросом удачи, нежели показателем знаний.

Постепенно от толпы Зелёных плащей выделилась весьма значимая часть обладателей нашивок второго курса. Распределяясь по лестницам, чтобы не ждать очереди около лифтового холла, они уже вскоре оказались в подземных помещениях.

Занятия по Военной подготовке довольно-таки нечасто собирали весь курс, так что было немного непривычно видеть переполненную мужскую раздевалку. Господа снимали свои регалии, вешали тонкие, летние костюмы и сорочки на вешалки, после чего доставали типовую форму, чем-то напоминающую ту, что носили матросы.

— Да это несправедливо… — ворчали многие из присутствующих. — Ты только посмотри. Тут же и те, кто в первых группах тренируется. Вот что я им сделаю на дуэли?

— Можешь помолиться, Калеб. И, пожалуйста, не действуй на нервы.

— Да, Калеб. Мы все тут в одной лодке.

— Ага, в лодке, — взвыл некто «Калеб» с того же факультета, что и Иорский. — А молиться я могу разве что о том, чтобы не вытянуть жребий и не встать в пару с Его Высочеством, Великим Князем или Эркеровской.

— Фахтова предпочтёшь?

— Справедливо… демоны, а может, можно как-то договориться, чтобы в ничью?

— На щитовой дуэли не может быть ничьей, Калеб.

— Да… действительно…

— И вообще, я бы лучше молился, чтобы мне Эгобар не выпал.

Ардан мысленно отсёк себя от звуков несмолкающей раздевалки. Не снимая верхней части комплекта нательного белья, чтобы не смущать никого ещё не зажившими последствиями путешествия на север, Арди довольно быстро переоделся и проверил часы. Время ещё оставалось и…

— Какая у тебя своеобразная репутация, дружище, — из-за угла вынырнул абсолютно счастливый Борис.

Лорда Фахтова даже не требовалось уговаривать, чтобы принять как данность прошлогоднюю реформу образования. Хотя чего ещё ожидать от искреннего фаната Магического Бокса.

Арди же вновь, как и на парковке, что-то проворчал.

— Да ладно тебе, — фыркнул лорд.

Слившись с остальной толпой, уже вскоре они вышли на главную испытательную площадку Большого. Привычным образом гудели генераторы в отсеке, а кончики пальцев изрядно покалывало из-за выдающегося над полом бортика. Там, внутри бетонного тоннельчика, укрытого тонкими листами из Эрталайн-сплава, вился Лей-кабель, опоясывающий площадку и являвшийся основой всей