Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

Я подмахивала тазом, сжимала бёдра и делала всё, чтобы вакханалия, в которой меня заставили участвовать, поскорее завершилась. Моё лоно хлюпало, тело, не подчиняющееся разуму, было всем довольно. Внутри меня проснулось похотливое животное, тающее и текущее от одного прикосновения братьев.

Зрение временами возвращалось, я видела белое с цветочным рисунком покрывало кровати, и снова погружалась во тьму.

— Ещё-ещё, не останавливайся, — шептали мои губы в такт резким движениям мужа. Он вколачивал меня в кровать, словно знал, что сейчас нужно девушке, одурманенной неизвестным зельем.

Чувствуя спиной разгорячённое тело Дракона, я была готова на всё, только бы доставить ему удовольствие. Потому что от этого зависело, погасит ли его семя огонь, зажжённый братьями. Или они смогут иметь меня снова и снова, всего лишь подлив в вино очередную настойку, пока не лишат здоровья или жизни.

Магическая часть в глубине души чувствовала, что надолго меня не хватит. Сосредоточившись и в очередной раз поймав ритм движений Рикарда, я ждала разрядки как освобождения из темницы. И она наступила, накрыв помимо воли волной удовольствия, очередное семяизвержение, и истерзанному телу дали покой.

Муж кончал долго, сжав меня в объятиях и уткнувшись носом в шею. Я слушала его сбивчивое дыхание и, вынырнув из липкого экстаза, думала о том, что непременно отомщу обоим. За подобные действия приговор Совета может быть только один — смерть.

Глава 5

Заснула я в тот вечер быстро. Братья оставили меня, стоило только им утолить страсть. Напоследок Рикард наклонился ко мне, всё ещё лежавшей на животе, и легонько коснулся губами макушки. А потом ласково произнёс:

— Поспи, моя дорогая Эмили! Ты заслужила отдых. Приду позже, — мужчина поцеловал руку, словно ничего необычного не случилось. Мне было жаль не иметь возможности видеть выражения его лица: зрение вернулось лишь частично, я различала только силуэты и светотень падающую от электрических рожков на стенах.

— Ты ведь Маг, Эмили! Вот и покажи свои способности, — добавил муж и аккуратно прикрыл дверь с той стороны.

Я осталась одна и некоторое время молча плакала. Действие отвара заканчивалось, и страсть испарилась без следа, словно дождевая лужа под летним солнцем. Вместо похоти в душе поселились стыд и ненависть, прежде всего, к самой себе. А ещё брезгливость.

Моё тело, осквернённое чужими руками, губами, казалось покрытым грязью, которая прилипла к нему намертво. Закрыться бы в ванной и не выходить, пока не сотрёшь с кожи память о липких прикосновениях. А потом вытереться насухо и жить дальше, постаравшись никогда не оглядываться назад. Но как разорвать брак, ставший ненавистным всего за несколько дней? Как не допустить повторения сегодняшнего вечера?

Эти мысли заботили гораздо сильнее потерянного зрения. Я прошептала заклинание, заученное с детства, и успокоилась: через пару часов моё тело восстановится. А настойка из имбиря и майорана, которую я принимала втайне от мужа, поможет не зачать нежеланное дитя.

Встав с постели, я почти наощупь дошла в соседнюю комнату. Горячая вода напоминала об их ласках, поэтому я долго лежала в холодной ванной, не чувствуя ничего.

Поздно ночью вернулся муж, но, к счастью, не делал попыток к соитию. Я притворилась спящей и вскоре услышала мерное дыхание Дракона.

Наутро мой план был готов. Я не буду собирать вещи, чтобы лишний раз не возбудить подозрения, а, дождавшись, пока братья отвлекутся, тихонько выскользну через заднюю дверь. Родители, без сомнения, дадут мне кров и пищу, а когда я буду вне зоны досягаемости братьев, они согласятся отпустить меня. Под угрозой раскрытия их мерзкой тайны.

Развод состоится только через пару месяцев, но я потерплю. Лишь бы быть свободной от пут порочной связи!

Я оделась и причесалась, твёрдо решив делать вид, что всё в порядке. Будут ли они снова приставать ко мне? Я старалась не думать об этом, чтобы не расплакаться и не выдать ненароком тайные мысли. Уже сегодня вечером я буду ночевать дома. Там, где меня по-настоящему любят.

Но эти планы были жестоко разбиты моими мучителями тем же утром.

Спускаясь в столовую, я надеялась застать там Викорию, но супругов за столом не было. Рикард сидел в гордом одиночестве, намазывая серебряным ножом масло на белую, ещё горячую булочку. Запах свежей выпечки возбудил аппетит, я вспомнила, что со вчерашнего обеда толком ничего не ела.

— Доброе утро! — его вкрадчивый голос заставил меня вздрогнуть. Рикард привстал и пододвинул мне стул. Безмятежная улыбка играла на его губах. — Ты прекрасно выглядишь. Нам очень повезло друг с другом, правда?

Выделив последнее слово, Рикард заставил меня кивнуть. Я накинулась на еду, чтобы утолить голод и избежать разговоров.

— А где Виктория? — спросила я, когда пристальный взгляд мужа стал совсем невыносим. О Кеннете я узнавать не стала, мне было радостно, что хотя бы одного из братьев нет дома.

— Осталась ночевать у родителей, — улыбнулся Рикард и продолжил, сделав небольшой глоток кофе из миниатюрной чашки, выглядящей игрушечной в его руках. — Пока нет слуг я хотел сказать, чтобы ты не беспокоилась насчёт вчерашнего. Все секреты останутся внутри семьи. Ты ведь поклялась мне в верности, помнишь?

— Но вчера я не была тебе…

— Почему же? — прервал меня муж, нахмурившись. — Наоборот, ты доказала, что достойна стать матерью Дракона. Сильная, стойкая, здоровая и выносливая. Поэтому я и говорю, что нам повезло друг с другом.

— Прости, я не так всё поняла, — поспешила я усыпить подозрения мужа. И поспешно добавила: — Ты, безусловно, прав

Рикард посмотрел на меня, но ничего не сказал. Остаток завтрака прошёл в рассуждениях супруга о ремонте, который надо затеять в Дримфисте, нашем новом поместье. При выборе декора он предлагал мне посоветоваться с Викторией:

— У неё прекрасный вкус. Она просто образцовая жена, так что прислушивайся к её рекомендациям.

В голосе прозвучала плохо скрываемая насмешка. Но я сделала вид, что не поняла этого.

Совместная трапеза окончилась только, когда Рикард, устав от моего немногословия, встал, кинув салфетку на стол.

Пока всё складывалось удачно. Муж должен был вот-вот уехать в министерство и пробыть на работе до позднего вечера.

Поднимаясь по лестнице в спальню, я улыбнулась, представив его ярость, когда он обнаружит мой побег.

Ожидание длилось целую вечность. Наконец, внизу стукнула дверь и я поспешила к окну. Рикард, высокий и красивый, одетый с иголочки, словно почувствовав мой взгляд, посмотрел наверх и помахал рукой. Первым порывом было отпрянуть, спрятаться