Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

— Дамы и господа, — говорил старый казак, — полагаю, доводы, которые предоставили нам господа Ставров, Разин и Жижневский, в полной мере закрывают поднятый вопрос. В погоне за эффектом внезапности, проверки того, как будут действовать ученики в экстренной ситуации, а также, полагаю, кажущейся очевидности границ, полноценный инструктаж был упущен. — Он глянул на Горынина, но не с укором, а с уважением, признавая благие намерения. — Поэтому винить ребят в том, что они нарушили правила, которые им не объяснили — мы попросту не вправе.

— Согласен! — басовито прорычал Казимир Якубович.

Этот был помоложе Ивана Тимуровича, но Пламя в его Источнике жарило так, словно явилось из самого Ада.

— Вне всяких сомнений! — твёрдо заявила Лена.

Причём с такой осанкой, с таким голосом и с таким взглядом, что весу в её словах было чуть ли не больше, чем у обоих умудрённых жизнью мужчин рядом.

Я же обернулся в сторону Алины Леонидовны и Николая Ильича. Им предстояло решить судьбу нашей троицы.

В глазах Алины Леонидовны мелькнула предательская нерешительность. Её возмущал факт нарушения правил, но ещё больше возмущал факт собственной ошибки. Николай Ильич же, как всегда, был безмятежен. Впрочем, он и взял решающее слово:

— Хорошо, дамы и господа. Полагаю, вопрос решён, и мы можем…

Но тут взгляд невозмутимого директора слегка дёрнулся, сам он замолк.

А затем посыпались взволнованные и встревоженные взгляды всех остальных. Даже Лена, Казимир Якубович и Иван Тимурович сбросили невозмутимость со своих лиц и приоткрыли рты. Тимоха и Дариуш заметили это и обернулись в сторону экрана.

Я же…

Я просто улыбнулся. Мне и оборачиваться не пришлось, потому что уже видел всё, что происходило на утёсе, с помощью Ока. И куда лучше всех поставленных камер.

Час на целое испытание? Хех! Кажется, Алина Леонидовна и Николай Ильич слегка переоценили сложность второго этапа. Надо признать, Дубенские, Штоцкие и Адриановские ученики сражались отчаянно, смело, выше всяких похвал. Но двенадцать команд против трёх — слишком большая разница даже для фаворитов Турнира.

В итоге этого жаркого противостояния обе стороны обессилили. Магические снаряды начали взметаться всё реже и реже, вспышки света поблекли. Часть учеников и вовсе выдохлись, скатились вниз по склону и уселись отдыхать у подножия. А троица команд-фаворитов ушла в совсем глухую оборону.

Вместо магии всё чаще ребята прибегали к обычному физическому воздействию. А медики, которые дежурили вокруг утёса, теперь совсем зашевелились, чтобы подбирать выбывших из игры или не допустить критического урона.

В какой-то момент наступило затишье. Ребята единогласно, хоть и не сговариваясь, решили устроить перерыв.

Именно в этот момент появились они.

Те, кто первым забрался на вершину и установил свои флаги.

Те, кто, взглянув на надвигающуюся орду, сказали «Ну вас на хрен!» и сбежали… кхм, извиняюсь, тактически отступили в лес.

Те, кому не сказали, что есть какие-то правила, и те, кто нарушил бы их в любом случае.

Те, кого я обучал целый год…

…

И, кажется, немного перестарался.

— ВА-ХА-ХА-ХА-ХА, ЛОВИТЕ, ГАДЫ! — с диким воплем из леса появились шестеро моих бесят.

Единым кулаком, тараном, низвергающимся с небес, они взметнулись вверх, загораживая солнце, и теперь пикировали прямо на шаткую крепость трёх уставших и ошалевших от происходящего команд.

Все — как один.

Гордей был на острие тарана. Он умудрился использовать свой энергетический щит в качестве ударного молота.

Сразу за ним — Данила. Чтобы поддержать друга молниями и направить таран с помощью гравитации.

Следом Анжела — она осуществляла контроль объединённых Источников. Никто, кроме этой девушки, не справился бы лучше.

Аристарх… Ох, наследник Беловых более чем оправдывал свой титул! Я видел, как именно он выбрал самый подходящий момент для удара. Ни мгновением позже или раньше — в самый раз. И сейчас они с Марком, объединив стихии воды и земли, прямо на лету готовили каменно-ледяной молот, который уже накрывал тенью верхушку утёса, чтобы ударить сразу после Гордея.

И следом за ними всеми — Саня.

Пацан, который устроил настоящий трындец в первый же мой день в качестве учителя. Шкет, настолько же талантливый, насколько безрассудный и безалаберный. Капитан команды. Простолюдин, который завоевал уважение всех — и хулиганов, и умников, и бастардов, и наследников кланов.

Повелевая всеми четырьмя стихиями, он усилил натиск команды по всем фронтам. И именно ему принадлежал дикий, восторженный возглас:

— ПРОЧЬ С НАШЕЙ ГОРЫ-Ы-Ы-Ы-Ы!!!

А затем…

БАБАХ-Х-Х-Х!!!

Удар бесовского тарана (а именно так я назвал эту технику, и пускай меня кто-нибудь переубедит!) мигом накрыл весь утёс облаком пыли и ошмётков камня и земли.

Судьи подскочили. Все, кроме Николая Ильича, хотя и он сам едва не дрогнул.

Вообще-то это было мощно. Очень мощно! И несмотря ни на что, я видел главное. В глазах всех этих собравшихся, вредных и не очень, ворчливых и ядовито молчаливых педагогов, которые пытались помешать моим ребятам победить в турнире, первой эмоцией был страх. Страх не за результат испытания, а за своих учеников, которых накрыло ударной волной.

— Мои ученики!!! — подскочил с места завуч Академии Штоцкого, Василий Павлович Кольцов. — Быстрее, они наверняка ранены! Мы должны им помочь!

— Не надо, господа, — успокоил я его и прочих, что уже были готовы ринуться на выручку. — С вашими учениками всё в порядке. Академия Дубенского предоставила самых что ни на есть лучших медиков. И проворных, ко всему прочему, — улыбнулся я и встретился взглядами с Николаем Ильичом. Он ответил благодарным кивком.

Горынин уже понял. Всё понял. И что всех участников вовремя убрали из-под удара, и что целились мои бесята не прямо в своих соперников, а рядом, чтобы никому не навредить слишком сильно. А ещё он понял, что турнир снова пошёл не по плану. Потому что когда пыль осела и утёс снова предстал перед нашими взорами, все замолкли в удивлении, ужасе и, уверен, с немалой толикой восхищения.

Утёс был расколот на две части. На остриях образовавшегося ущелья по обе стороны обрыва стояли мои бесята.

На флангах их прикрывали казачки Тимохи и лехиты Дариуша. Они сбрасывали с утёса тех, кто умудрился не попасть под раздачу и всё ещё карабкался наверх.

Даже было забавно наблюдать: вот они лезли, лезли, достигли такой неприступной, желанной вершины, уже готовы сражаться за место в финале… а тут — БАХ! — пыль, грязь,