Фантастика 2025-168 - Сергей Леонидович Орлов

class="p1">Я, не поворачивая головы, боковым зрением уловил движение. Двое мужчин в штатском, слишком уж «обычных», замерли у киоска, притворяясь, что выбирают прессу. Но их позы были напряжены, взгляды то и дело скользили в сторону скамейки.

— Гестапо? — тихо спросил я, медленно поднимаясь.

— Не уверен. Не похоже. — сквозь зубы процедил Леман. Лицо его побелело. — Но они не местные. И смотрят слишком пристально. Уходим. Раздельно. Я — налево. Вы — направо, в переулок. Не бегите. Идите спокойно. Я найду вас сам.

Я еле заметно кивнул. Адреналин резко ударил в кровь.

Я сделал вид, что поправляю воротник, давая Леману небольшое преимущество. Гауптштурмфюрер неспешно пошел в сторону S-Bahn. Откуда-то из-за кустов вывернула женщина средних лет. Леман взмахнул руками и направился к ней, словно именно ее и выглядывал все это время:

— Ева! Жду тебя уже десять минут!

Двое у киоска мгновенно среагировали. Один, более молодой, двинулся следом за Леманом. Второй, коренастый, с каменным лицом, направился ко мне, не скрываясь.

Я сделал вид, будто не заметил этих перемещений, повернулся и пошел в указанном Леманом направлении — в узкий переулок между двумя домами. Шаг мой был ровным, но сердце колотилось как бешеное. Я слышал быстрые, тяжелые шаги за спиной. Коренастый приближался.

Переулок оказался тупиковым. Он упирался в высокий кирпичный забор с битым стеком наверху. Я резко остановился, делая вид, что растерян. Шаги сзади замедлились. Коренастый был в десяти метрах от меня, но при этом переходить к более активным действиям не торопился.

— Эй, ты! — раздался грубый голос.

Я обернулся, изобразив испуганное недоумение.

— Что случилось, герр?

— Не подскажете, который час? — Спросил коренастый с таким видом, с которым обычно в темном переулке спрашивают закурить. Черт… Реально не похоже на гестапо.

Я медленно полез во внутренний карман пальто, будто за часами. Одновременно мой взгляд скользнул по стенам переулка. Старая водосточная труба, шаткая, но прикрепленная к стене коваными скобами. Мусорные баки у забора. Окно второго этажа слева — приоткрыто.

— Так что со временем? — рявкнул коренастый, подходя почти вплотную.

В этот момент я начал действовать. Мой жест был молниеносным. Вместо часов я выхватил горсть монет из кармана и швырнул их коренастому прямо в лицо. Мелкие монеты, летящие с силой, не ранят, но ослепляют и дезориентируют на секунду. Мужик инстинктивно вскинул руки, закрываясь.

Этой секунды хватило. Я прыгнул к стене, схватился за скобы водосточной трубы и рванул вверх. Старая жесть прогнулась, заскрипела, но выдержала мой вес. Я карабкался как обезьяна, не обращая внимания на рвущуюся одежду, чувствуя, как острая кромка скобы впивается в ладонь. Снизу раздался гневный вопль и щелчок снимаемого с предохранителя пистолета.

— Стой! Стреляю!

Пуля звонко ударила в кирпич в сантиметре от моей ноги, осыпав осколками. Я рванул еще сильнее, дотянулся до подоконника второго этажа, схватился за раму приоткрытого окна и изо всех сил подтянулся. Черт… Если хозяева дома, будет очень сложно объяснить им мое вторжение…

К счастью, мне неимоверно подфартило. Похоже, здесь вообще на данный момент никто не жил, а окно забыли закрыть. Или оставили для проветривания.

Я ввалился внутрь, кубарем скатившись на пол пыльной, заброшенной комнаты. Снизу раздался еще один выстрел и яростная ругань.

Я вскочил, бросился к двери — она не поддавалась, заперта или завалена с другой стороны. С улицы послышались крики, топот ног. Коренастый звал на помощь.

Я огляделся. Окно, через которое влез, было единственным выходом обратно — в переулок, где меня ждали минимум двое, один из которых с оружием. Это вряд ли гестапо, но действуют они как-то слишком нагло, уверенно. Тупик.

Однако уже в следующую секунду я заметил другую дверь — узкую, неприметную, в углу. Кладовка? Я рванул ручку — дверь поддалась с скрипом. За ней — крутая, темная лестница на чердак. Без раздумий я нырнул внутрь и побежал вверх по шатким ступеням, захлопнув дверь за собой.

Чердак был огромным, темным, пропахшим пылью, голубиным пометом и старостью. Лучи света пробивались сквозь щели в черепичной крыше и забитые досками слуховые окна. Я, пригнувшись, побежал вдоль конька крыши, отчаянно ища выход. Снизу, из переулка, доносились голоса, теперь их стало больше. Как я и думал, минимум двое. Значит, от Лемана отстали. Решили, он и правда — случайность.

— Они наверху! Перекрой выходы! — Крикнул один из преследователей.

Я наткнулся на небольшое слуховое окно, заколоченное гнилой фанерой. Ударил по деревяшке плечом — фанера поддалась с треском. За ней обнаружился крутой скат крыши соседнего, более низкого здания, склада или гаража. Без страховки, по мокрой от недавнего дождя черепице — это был сумасшедший риск. Но я уже слышал тяжелые шаги на чердачной лестнице.

Я вылез в окно, ухватился за край крыши и, переведя дух, сполз вниз по скользкой черепице. Сердце бешено колотилось, руки скользили. Я летел вниз, цепляясь за малейшие неровности, пока мои ноги не уперлись в желоб. Отсюда до крыши соседнего здания было метра три вниз по почти вертикальной стене. Времени на раздумья не оставалось. К тому же я услышал, как кто-то вылез в слуховое окно.

— Ну… Черт с вами…– Буркнул я себе под нос, а потом…прыгнул.

Удар о плоскую крышу здания отозвался болью в коленях и локтях, но я удержался. Сверху раздался выстрел — пуля ударила совсем рядом.

— Да вы кто такие, суки⁈ — Вырвалось у меня на эмоциях. Однако конкретно в данный момент я предпочёл остаться в неведении, избежав близкого знакомства.

Я вскочил и побежал к противоположному краю крыши. Внизу была оживленная улица, трамвайные пути. Трамвай как раз подъезжал к остановке.

Не раздумывая, я спрыгнул с двухметровой высоты прямо на мостовую, едва не угодив под колеса велосипедиста. Тот завизжал от неожиданности, вильнул рулем и рухнул на асфальт. Я, не останавливаясь, кинулся к подошедшему трамваю. Двери шипели, закрываясь. Я в последний момент протиснулся внутрь, едва не зажатый створками.

Трамвай тронулся. Я, тяжело дыша, прислонился к стенке вагона и оглянулся назад. На крыше здания стоял коренастый. Рзмахивая руками он что-то кричал в сторону переулка. Второго видно не было.

Я проехал две остановки, затем вышел из трамвая в плотном потоке людей. Свернул в первый же двор, пробежал через него, вышел на параллельную улицу. Снял пальто, вывернул его наизнанку — подкладка была темно-зеленой, совершенно другой фактуры. Скомкал шляпу и сунул в карман, придав волосам более растрепанный вид. Достал из