Почти люди - Михаил Валерьевич Булыух

по склону. Они не участвовали в нападении, но дорога назад уже проходила через тех же людей, которые бежали от логова. Ребёнок упал, женщина остановилась поднять его, следующие налетели сзади. Мрииаа появилась ниже по проходу.

Я кричал им уходить в сторону, через кусты, не по основной тропе. Кто-то услышал. Большинство — нет.

Копья всё-таки находили цель: на боку Мриигру появилась длинная полоса крови, а Мрииаа начала беречь одну переднюю лапу.

Я увидел Мриигру с обломком древка в боку. Он хромал на заднюю лапу. На морде была кровь, часть её принадлежала ему. Мрииаа появилась на гребне с длинной раной вдоль живота.

После нескольких бросков между людьми уже не оставалось общей линии: одни пятились, другие пытались пройти вперёд, третьи разворачивали копья в проходах, где древки цеплялись друг за друга.

Кто-то закричал, что надо уходить.

Отступающие перекрыли проходы друг другу, а несколько людей всё ещё двигались к котятам; ррау оказались между двумя потоками людей и перестали искать свободный выход.

Мрииаа бросилась туда, где люди были ближе всего к детёнышам.

Хууу-фу-у оказался перед ней.

Я увидел его между двумя кустами. В руке было копьё. Он не ударил сразу.

— Мрииаа, стой, это я! — крикнул Хууу-фу-у.

Самка остановилась на долю мгновения.

Он произнёс её имя снова, тем же звуком, которым звал много лет. Уши Мрииаа на мгновение повернулись к нему. Из-под корней пискнул котёнок; самка резко оглянулась туда, снова увидела людей между собой и логовом и прижала уши. Хууу-фу-у сделал шаг.

Мрииаа оттолкнулась задними лапами и прыгнула прямо на него.

Он успел ударить. Наконечник вошёл ей в грудь сбоку.

Мрииаа дёрнулась от удара, но её масса уже несла обоих вперёд.

Они упали вместе. Когда самка поднялась, Хууу-фу-у остался лежать.

Я побежал к нему, но кто-то врезался в меня сбоку. Люди отступали через тот же проход, по которому ещё минуту назад шли вперёд. Один раненый лежал поперёк. Его пытались перешагнуть, кто-то упал сверху. Сзади кричали женщины и дети, которые увидели бегущих охотников и поняли только то, что всё пошло не так.

— Не бегите к ним! В сторону! — кричал я.

Сверху по склону послышался хриплый рык. Люди, которые ещё пытались отступать по тропе, шарахнулись к кустам.

Мриигру, уже тяжело раненный, двигался рывками и бил ближайшего, кто оказывался между ним и логовом. Он не преследовал одного выбранного человека: его внимание каждый раз перехватывало новое движение, поэтому брошенное оружие не делало бегущего безопаснее.

Иик-э-у оказалась возле большого камня с обоими нашими детьми. Ха-ха-топ стоял рядом с ней, младшего она держала одной рукой. В другой было короткое копьё. Она не могла уйти вверх: туда уже лезли люди. Вниз шли бегущие.

Я пробрался к ней почти вплотную.

— В кусты. Не по тропе.

Она посмотрела за моё плечо и сразу потянула детей в сторону. Ха-ха-топ споткнулся о корень. Я успел подхватить его за руку и поставить на ноги.

В этот момент снизу закричали. Мрииаа появилась между людьми. На груди у неё торчал обломок копья Хууу-фу-у. Она двигалась уже медленнее, но никто из стоящих возле нас не решился идти ей навстречу.

Иик-э-у толкнула Ха-ха-топа дальше в кусты.

— Уводи Ха-ха-топа через кусты, быстрее.

Я хотел взять младшего ребёнка, но сверху на нас вывалились двое отступающих мужчин. Один сбил меня плечом. Второй упал между женщиной и детьми. Всё снова смешалось.

Когда я поднялся, Ха-ха-топа уже не видел. Иик-э-у кричала имя Ха-ха-топа. Потом крик оборвался другим шумом.

Я двинулся на крик Иик-э-у, когда сверху снова посыпались камни. Один из мужчин бросал их через головы бегущих, пытаясь задержать Мриигру.

Один камень прошёл мимо кошки и ударил меня в висок.

Удара я почти не почувствовал.

Земля оказалась перед лицом слишком быстро.

Звук криков оборвался раньше, чем я коснулся земли.

Сознание вернулось от боли.

Сначала я слышал собственное дыхание. Потом понял, что вокруг больше никто не кричит.

Я попытался поднять голову. Мир дёрнулся, и меня вырвало рядом с рукой.

Люди лежали между кустами, на склонах, в проходах. Некоторые упали там, где пытались бежать. Несколько тел были придавлены другими. Дальше, возле более открытого места, лежали женщины и дети, до которых драка дошла после того, как передняя часть группы распалась.

Тум-аа-фу-у лежал неподалёку лицом ко мне. Я дотянулся до его кисти и сжал пальцы, но рука осталась тяжёлой и холодела. Дальше, возле детей, лежала Иик-э-у. Ай-ш-шр-у упала на бок, обеими руками закрывая живот. Ха-ха-топ лежал между кустами так тихо, что первое мгновение я всё ещё ждал привычного рывка, которым он всегда вскакивал после падения. Он не шевельнулся. Хууу-фу-у остался там, где упал вместе с Мрииаа, а Кха-кк-хо-у лежал возле сломанного копья. Я перестал тянуться к следующему телу: ни один из тех, кого я видел, не пытался подняться или звал других.

Первым среди лежащих рядом тел шевельнулся Мриигру.

Он лежал в нескольких шагах, весь в крови. Один бок поднимался плохо. Передняя лапа не держала вес. Самец увидел, что я двигаюсь, и начал ползти.

Каждый рывок продвигал Мриигру всего на несколько ладоней; задняя лапа волочилась, а бок оставлял кровь на земле.

Он добрался до меня, ткнулся мордой в плечо, потом лизнул лицо. Я почувствовал тёплую кровь на щеке вместе с шершавым языком.

Через несколько вдохов Мриигру перестал дышать.

Мрииаа лежала дальше, ближе к корням, где прятались котята.

Под её животом шевелились два маленьких тела.

Когда я пополз к ней, самка подняла голову. Глаза ещё следили за мной. Она не зарычала.

Один котёнок вылез наружу. Мрииаа слабо толкнула его мордой в мою сторону. Потом так же двинула второго.

Я подтянул обоих к себе.

Самка ещё некоторое время смотрела.

Потом голова опустилась на землю.

Я сидел, гладил котят и думал, как жить дальше. Голова болела всё сильнее. Казалось, это уже не просто сотрясение: кость треснула, и мозги вот-вот полезут наружу.

Потом пришли гиены. Мёртвые ррау их не пугали. Маленькие — тем более. А одинокий полумёртвый охотник не пугал совсем.

Одну я всё-таки перед смертью поймал на копьё.

Научная справка

Время и место. Действие главы отнесено примерно к 1,45 млн лет назад, к отложениям Окотского члена формации Кооби-Фора на восточном берегу древнего бассейна Туркана в Кении. Для этого интервала реконструируются неоднородные и быстро меняющиеся условия: открытые травянистые пространства соседствовали с древесной растительностью, пойменными и прибрежными участками, мелководьями и сезонно затапливаемыми зонами.