Вирус Aeon. Нева - Татьяна Кравченко

свертка с одеждой.

Нева, увидев его, коротко мотнула головой.

— Дейв, сюда. Они здесь.

Он молча подошел. Шарлот протянула ему один из свертков.

— Это Грегу, — тихо сказала она.

Нева смотрела на него, ее глаза были двумя щелями во тьме.

— Соври что-нибудь. Нам шум тут не нужен. Понятно?

Дейв кивнул, его горло сжалось. Он взял одежду и, не глядя ни на кого, зашел в палату к Грегу. Дверь закрылась. Снаружи было слышно лишь смазанный гул приглушенных голосов. Через пару минут он вышел. Лицо его было серым.

— Сейчас выйдет.

Потом он замер перед дверью Дженны. Рука не поднималась постучать. Шарлот молча вручила ему второй сверток. Дейв замер, сжимая грубую ткань, и вдруг повернулся к Неве, его голос сорвался на шепот, полный отчаяния:

— Куда их? Убьете?

Нева не моргнув глазом, устремила на него холодный взгляд.

— Нет. Мы не монстры. Отвезем в полицейский участок. Иногда… иногда проносит. Шанс есть.

Она солгала. И он это понял. Но это была та ложь, которая позволяла ему сделать следующий шаг, не превращаясь окончательно в палача. Он кивнул, в его глазах была пустота, и зашел к Дженне.

Снова несколько минут тягостного ожидания. Он вышел, выглядел еще более разбитым.

— Сказал… что их переводят в основное поселение. Что для них там все готово.

Нева коротко, почти без прикосновения, положила руку ему на плечо.

— Врать у тебя отлично получается. Только предупреждаю — меня обманывать не стоит. Это может плохо кончиться.

Он снова кивнул, уже ничего не говоря, и отошел к стене, прижавшись к ней спиной, словно пытаясь стать ее частью, раствориться, исчезнуть. Он сделал свою грязную работу. Теперь ему оставалось только ждать и слушать, как за дверьми палат начнут двигаться люди, которым он только что подарил последнюю в их жизни ложную надежду.

Дверь госпиталя открылась, и они вышли в холодную ночь. Нева шла впереди, ее тень была длинной и черной. За ней, пошатываясь, вышли Грег и Дженна, которую Дейв и Грег почти несли, поддерживая под руки — слабость уже сковывала ее тело. Замыкал шествие Вилли, его автомат был наготове, а взгляд метался между темнотой и спинами двух обреченных.

— Грузитесь в кузов, — бросила Нева через плечо, указывая на свой джип.

Дейв и Грег помогли Дженне залезть в открытый задний отсек. Она была как тряпичная кукла, ее ноги почти не слушались. Вилли вскочил следом, устроившись напротив них, положив автомат на колени. Его лицо было бесстрастным. Нева села за руль, резко завела мотор и тронулась, не глядя в зеркало заднего вида.

Дорога до полицейского участка заняла не больше десяти минут. Когда джип с глухим стуком остановился перед темным зданием, в кузове началось волнение.

— Мы… мы сюда? — растерянно спросил Грег, вглядываясь в мрачное строение.

Дженна, увидев, куда их привезли, вдруг встрепенулась. Слабость отступила перед волной адреналина и ужаса.

— Нет… — прошептала она. — Нет, Дейв, ты… ты сказал, в поселение! Ты обманул нас!

Она попыталась вылезти из кузова, но ее ноги подкосились. Она упала на колени на холодную землю и разрыдалась, громко, истерично, вцепившись руками в грязь.

— Ты обманул! Я не хочу сюда! Я не хочу!

Нева, обойдя джип, резко подошла к ней и, не целясь, направила дуло пистолета в ее сторону. Ее голос прозвучал тихо, но с такой ледяной яростью, что Дженна моментально замолкла, захлебнувшись слезами.

— Детка, ты сейчас всех мертвецов в округе перебудишь. Замолчи.

Она перевела взгляд на обоих.

— Вы что, не понимаете? Если вы превратитесь там, внутри, вы первыми сожрете всех своих друзей. Всех, с кем шли. Здесь посидите. Если все будет нормально — вернетесь ко всем. Если нет… — она сделала театральную паузу, давая им додумать остальное. Потом добавила уже без эмоций: — Вы не превратитесь. И мы вас похороним по-человечески. Как людей, а не как тварей.

Дженна, стоя на коленях, смотрела на Дейва. Слезы беззвучно текли по ее грязным щекам, отражая лунный свет. В ее взгляде был не просто страх, а крах всей вселенной, которую она себе выстроила за последние часы. Дейв не выдержал этого взгляда. Он подошел и обнял ее. Девушка разрыдалась снова, но теперь тихо, уткнувшись лицом в его грудь.

— Ты с первого раза не поняла? — безжалостно бросила Нева.

Дейв сам отвел Дженну в здание, его рука была у нее на плече. Грег молча последовал за ними, его плечи были ссутулены, взгляд пуст. Внутри царил хаос и запах плесени. Вилли, освещая путь фонарем, провел их в блок камер. Звук захлопывающихся железных дверей прозвучал оглушительно громко в мертвой тишине участка.

Вилли расставил у решеток два фонарика, чей неровный свет выхватывал из мрака пыль и отчаяние.

Было прохладно. Нева, осмотрев камеры, сказала Вилли:

— Найди что-нибудь, куртки какие-нибудь, одеяла. Дай им.

Пока Вилли обыскивал помещение, Нева отвела его в сторону, в дальний угол коридора, где их не было слышно.

— Слушай внимательно, — ее голос был чуть громче шепота. — Как только кто-то из них отдадут богу душу… не ждешь превращения. Понял? Контрольный. В голову. Мы не дадим им превратиться.

Вилли молча кивнул, его лицо в полумраке было серьезным. Он понял.

Из камеры Дженны доносились приглушенные рыдания. Она держалась за руки Дейва через прутья решетки.

— Дейв… не может быть… — всхлипывала она. — Мы прошли полстраны… в поисках… а когда нашли… я просто так умру? Я не хочу…

— Все будет хорошо, — глухо говорил Дейв, сам не веря своим словам. — Все будет хорошо, держись.

Грег сидел на голой скамье в своей камере, отвернувшись к стене. Казалось, он уже смирился. В нем не было ни злобы, ни страха — лишь пустота.

Нева, закончив инструктаж, подошла к Дейву.

— Нам пора.

Он еще раз обнял Дженну через холодные прутья, его пальцы сжали ее ладонь. Потом отошел к камере Грега и так же, через решетку, молча пожал ему руку. Больше нечего было сказать.

Он вышел из участка, сгорбленный, не оглядываясь. Дверь захлопнулась, оставив внутри двух живых людей, которые ждали своей смерти в заперти, под присмотром автомата, единственная милость которого заключалась в том, чтобы не дать им воскреснуть.

Нева, уже развернувшись, чтобы уйти, резко обернулась. Ее взгляд, острый и тяжелый, уперся в Вилли.

— Не спать на посту, — ее голос прозвучал как удар