Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

Ладно, буду по-твоему изъясняться. Украл я «Книгу Судеб» у своего учителя, да научился читать заклятия в ней. Но очень они мудреные. Буквы, знаки, символы в ней сами по себе местами меняются. Если не угадаешь в какое время какую руну правильно нарисовать, да в нужном порядке поставить, то тут тебе и конец. Ну и не только тебе. Поняла? Так что иметь эту книгу в руках, не значит, что уметь ею пользоваться. А еще она — сама по себе. Когда хочет исчезает, когда хочет проявляется. Не просто отыскать ее, не знаючи методов, да специальных обрядов.

— Вот теперь поняла, — закивала Яга, — ну давай, реки дальше, очень интересно послушать, что ты там со учителем своим сотворил.

Бабка в предвкушении, потерла руками, чуть не выронив свой черпак.

— Думаешь, где он сейчас? Лежит в своей пирамиде, по его наставлению, да по моему чертежу сделанной, дожидается оживления. Придурок. Загубил напрасно тысячи слуг, закопал их вместе с различным барахлом под пирамидою. Зачем? Ну золото еще понимаю, ну а горшки ему зачем? Ходить в них по малой и большой нужде? А слуг надо было выпить, а не просто зарезать, как он это делал раньше, что бы книгу призвать раз в сто лет! Пропустить их кровушку через себя, прежде чем наполнить ее свою усыпальницу, да книгу ее напитать, уж больно хорошо она что кровь, что души в себя забирает на одной из страниц своих. Тогда бы привязал он ее к себе, а не к точке в пространстве. Глядишь и проснулся бы с ней в обнимку, хе-хе. Самого главного он и не понял в ритуале жертвоприношения. Не без моей помощи, конечно, хех, ведь я его главным лаборантом был, — Кощей покосился на Ягу, и пояснил, — помощником то бишь. Ну, положим, даже угадал он с решением уравнения, ожил бы спустя столетья или тысячелетия, думая, что в будущем будет больше возможностей и средств для вычисления массивов информации, пригодился бы ему прах его рабов? Самому нужно думать, а не на будущее надеется. Самому это будущее и ваять. Как я! Подправил пару символов на саркофаге, пока этот старый хрен Рамсес, жертвенным ножом животы рабам вспарывал, да отвлекся от того, как его ученик письмена наносит, и ссохся он в одночасье, как возлег в ложе вечное. Это он так свой будущий гроб называл. Может конечно и возродится когда, все же чародей он сильный был, таких просто так не заморишь, ну да я потом придумаю что-нибудь, например подкину мысль людишкам, что пора разрушить пирамиды, мол навлекают они гнев небесный, и ждет людей кара из вне, ну или что-то в этом роде. Надо бы правда перед этим свои сбережения оттуда вытащить.

Кощей заволновался видимо от нахлынувших воспоминаний, и начал нервно перебирать пальцами, проводя мизинцем, безымянным, средним и указательным по большому. Неожиданно он засмеялся.

— Это был отличный рекламный ход. Я неплохо потом обогатился на нем, под разными именами построив многим царям их усыпальницы. Да посоветовав побольше добра забрать с собой на тот свет. Так сказать, сделал для себя схроны сокровищ чужими руками. И называл их банками личного пользования. Или сберегательными банками. Надо будет и здесь завести нечто подобное в будущем, — задумчиво побарабанил он пальцами по столу, — выгодное дельце, скажу я тебе, когда людишки сами, добровольно, отдают нажитое годами. Больше всего золота, конечно, в банке Рамсеса, хотя это не самая большая пирамида, и память о ней я постарался стереть из людских умов, так что бы она затерялась среди других. Но именно она стоит в правильном месте, и имеет нужные углы и наклоны к светилу.

Бабка, как и я, с интересом слушали разоткровенничавшегося колдуна. Золото говоришь под пирамидой? Ага. Не слышал, что бы находили. Значит запрятано оно не там, где археологи копали. Узнать бы теперь в какой пирамиде лежит его учитель. Да, блин, о чем это я? Сначала надо понять, как отсюда обратно выбраться. Хотя зарубочку на память сделаем.

Кощей вновь поднялся с кресла, и заложив руки за спину, начал мерить землю шагами.

— Да, веселые были времена. Рабов можно было тысячами убивать для своих нужд, сваливая все на стройку, хе-хе. Но что пирамиды? Так, развлечение. Главный мой интерес был в раскрытии секретов книги. Я, в отличие от Рамсеса, использовал кровь и души людские, более рационально. Загубить надобно множество людишек, что бы книгу выманить из небытия. Она и сама по себе может проявиться конечно, но как это заранее определишь? Бегай за ней по всему миру, как почуешь, что возродилась она вновь, да от таких же соискателей отбивайся! Хорошо, что кто-то из древних нашел в ней ту самую страницу, что кровушку да души любит впитывать в себя, да дал попробовать ей это лакомство. Вот и можно теперь книгу за счет слабости той странички выманить, да призвать к себе. Только прошли те времена, когда в одном месте можно законно столько людей загубить, да кровь и души их в дело нужное вложить. Ну разве что войну какую устроить. Так тут и конкуренты не сидят сложа руки, тут же словно мухи на говно слетаются, иди забери все себе! Приходится делиться! Придумал я кое-что, на комаров глядючи. Создал себе помощников, ущербных правда, света солнечного боятся, да чеснока, да осины, да серебра, в общем не совсем удачный опыт, но зато сильные они, и кровь людская — пища их. Называю я их банком крови!

— Чой-то у тебя сплошные банки, — заметила старуха, как-то весело прищурившись. Брр, это я от ворона понял, что весело. — То сберегательный банк Рамсеса, то банк крови, нечто другое слово не подобрать? Кровосос, например?

— Да они себя по-другому и называют. Как создал я их, так и сказал я им: идите, и да будет вам пир на земле, из крови людской. С тех пор они себя вампирами и кличут. Как осушает один такой комарик человека, так концентрация его собственной крови в разы повышается и делает его сильнее. За десятки лет получается из такого вампира прекрасная кровавая жертва, но малая. Что бы призвать «Книги Судеб» надобно таких с дюжину выпить. А вампира старше сотни лет, и одного вполне может хватить. Правда не так просто такого кровососа заставить отдать жизнь свою мне на благо, так как силу приобретает он не слабую, да еще и в заклятиях начинает разбираться.