Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

— Кирилл, — произнёс он, не спрашивая.

Затем взгляд сместился к Алексею.

— Алексей Сергеевич, — представился он и чуть наклонил голову. — Третий сын графа Толстого.

Ему не требовалось прилагать усилий, чтобы показать кто тут главный. Его сила просто занимала пространство, не оставляя места для лишних движений. Архимаг — или что-то рядом. Разница здесь была условной.

Он сложил руки на столе и снова посмотрел на меня. Потом — на Алексея.

— Преподаватели здесь не для сопровождения студентов, — сказал он. — И няньками вас тоже никто не назначал.

Алексей чуть выпрямился, но не возразил.

— У вас есть занятия, — продолжил заместитель. — И обязанности. Займитесь ими.

Алексей посмотрел на меня. Взгляд длился мгновение. Затем он кивнул.

— Разумеется, — сказал он. Развернулся и вышел, закрыв за собой дверь. Звук щелчка прозвучал отчётливо.

Мы остались вдвоём.

Заместитель директора не менял позы. Пространство вокруг него оставалось под контролем. Поддержка исчезла, и это было сделано демонстративно.

Он смотрел на меня, как на объект, который нужно рассмотреть со всех сторон. Здесь не требовалось слов, чтобы понять расстановку.

Хозяин был определён.

— Стоять, — сказал он.

Я остановился в центре кабинета. Стул рядом так и остался пустым. Он не предложил сесть и не пояснил почему. Сам он остался за столом.

— Рассказывай, — сказал заместитель.

Пауза растянулась. Я не спешил заполнять её.

— Шёл в академию, — сказал я. — Очнулся в портале.

Он ждал продолжения.

— Три дня искал выход. Нашёл.

Он смотрел, не перебивая. Затем задал следующий вопрос.

— Где?

— Не знаю, — ответил я.

Пауза.

— Почему выжил?

— Повезло.

Пауза стала длиннее. Воздух в комнате оставался плотным, но не усиливался. Он не давил. Он ждал.

— Кто ещё был с тобой?

— Никого не видел.

Он откинулся на спинку кресла и сцепил пальцы. Взгляд снова прошёлся по мне, медленно, без спешки. Я чувствовал, как внимание задерживается на деталях: ткань накидки, края швов, потертости на сапогах. Под накидкой — доспех. Он не вызывал интереса. Для него это была обычная форма, скрывающая всё лишнее.

— Три дня, — повторил он.

— Да.

— Без еды.

— Да.

— Без ориентиров.

— Да.

Он кивнул, будто отмечал пункты в невидимом списке.

— Ты понимаешь, что звучишь неправдоподобно?

— Понимаю.

Его бровь дрогнула. Он наклонился вперёд, положив локти на стол.

— И всё же ты здесь.

Я молчал.

Он снова осмотрел меня. Теперь дольше. Взгляд скользил по плечам, по груди, по линии талии. Под накидкой не читалось ничего лишнего. Он не знал, что я носил раньше, и не искал отличий. Для него я выглядел как студент, переживший неудачный выход.

— Ты не усилился, — сказал он. — Не ослаб.

Я не ответил.

— Следов искажений нет.

Он выпрямился. Несколько секунд смотрел в пустоту перед собой, затем снова на меня.

— Ладно, — сказал он. — Здесь ты ничего больше не добавишь.

Он откинулся назад, и давление в комнате чуть ослабло. Допрос закончился, так и не став разговором.

— Зачем тебе академия? — спросил заместитель.

Вопрос прозвучал спокойно. Почти буднично. Давление не усилилось, но воздух в комнате стал плотнее, словно он сузил пространство.

— Ты универсал, — продолжил он, не дожидаясь ответа. — Это тупик. Все это знают. Универсалы не развиваются. Они не растут. Учёба здесь для них бессмысленна.

Он говорил уверенно, как человек, много раз повторявший эти слова и ни разу не услышавший возражений.

— Ты тратишь своё время, — добавил он. — И наше.

Я стоял молча, позволяя ему закончить мысль. Затем ответил.

— Я хочу учиться.

Он приподнял бровь.

— Зачем?

— Хочу найти путь, — сказал я. — Даже с такой силой.

Он смотрел на меня несколько секунд, будто примеряя фразу к привычным шаблонам. Ничего не сказал, но что-то в выражении лица изменилось. Не интерес — скорее несоответствие ожиданиям.

— Хорошо, — сказал он и опустил взгляд на мои руки. — Тогда следующий вопрос.

Он поднял голову.

— Я вижу, ты без концентратора. Мне говорили, что твоим является перстень. Хотелось бы на него взглянуть.

— Сейчас он не у меня, — ответил я.

Он не стал уточнять. Не спросил где и почему. Просто кивнул.

— Главное, чтобы ты его не потерял, — сказал он. — На втором курсе будет инициация. Без концентратора тебя отчислят.

— Буду с ним, — сказал я.

Он посмотрел внимательно, будто проверяя вес слов, и перешёл дальше.

— У тебя назначены визиты к магическому психологу, — сказал он. — Они не отменены.

Я молчал.

— Более того, — продолжил он. — Я считаю нужным продлить их до конца года. Или до того момента, пока специалист не решит, что с тобой всё в порядке.

— Ваше право, — сказал я.

Он кивнул, принимая ответ.

— И ещё, — добавил он. — Учебную программу нужно нагнать. В полном объёме. Без поблажек.

— Всенепременно, — ответил я.

Слово повисло между нами. Он смотрел на меня дольше обычного, будто пытался уловить реакцию, которой не было. Что-то в нём оставалось недовольным, но причины он не озвучивал.

Ограничения были расставлены. Точки давления — обозначены. Всё остальное его больше не интересовало.

Заместитель некоторое время смотрел на меня, не произнося ни слова. Взгляд оставался тяжёлым, внимательным, но в нём больше не было интереса. Что-то в услышанном его не устроило, однако зацепиться было не за что.

Он медленно выпрямился в кресле.

— Свободен, — сказал он.

Формально поводов задерживать меня больше не было.

Я развернулся и пошёл к двери. За спиной не последовало ни слова. Дверь закрылась мягко, почти бесшумно.

Коридор принял меня сразу. Шаги отдались знакомым эхом, но пространство ощущалось иначе. Потолки те же. Камень тот же. Люди проходили мимо, спешили, разговаривали, но воздух был плотнее, будто в нём стало больше границ.

Я шёл, не ускоряясь. Взгляд скользил по стенам, по дверям аудиторий, по знакомым поворотам. Всё было на своих местах и в то же время смещено на полшага.

Где-то в этом пространстве оставался кабинет заместителя, и вместе с ним — взгляд, который не отпускал. Администрация запомнила меня. Психолог тоже станет частью маршрута. И где-то за пределами академии