Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

начали исчезать. Спустя мгновение они возникли снова, но уже в уменьшенном шрифте, и в самом верху страницы, оставляя лист практически пустым. Кощей прищурился, и добавил еще парочку символов, которые так же растаяли, но верхняя строка при этом не обновилась.

У меня что-то мелькнуло перед глазами, словно сетка настроечная какая, по ощущениям некий шаблон, и исчезло, оставив чувство радости. Как будто, ко мне вернулось нечто, утерянное раньше, хотя я и не подозревал, что оно у меня было. И это что-то было очень важной частью меня. Не знаю, как это описать. Ну наверное так мог бы почувствовать себя ребенок, живущий в детдоме, у которого вдруг нашлись родители. Жить можно и без них, но…

А еще появилось сильнейшее желание найти Кощея (вот тут не понял, чего его искать, вот же он?), и оторвать ему башку. Ах вот в чем дело. Сомневаюсь, что Кощей прописывал последний пункт в своем заклинании, видимо у меня такое желание возникло само по себе. Ну да, всего не предусмотришь. А может быть те самые грузди внесли все же свою лепту в состав отвара, что бы там Яга ни говорила.

— Готово! — радостно сообщил Кощей. — первая часть моей задумки выполнена. Приступим ко второй.

На этой же странице он снова стал выписывать замысловатые руны. Писал он их долго, даже язык пару раз высовывал и прикусывал. Яга аж на свою табуретку успела присесть, пододвинув ее к столу.

Но наконец писанина закончилась. Книга так же убрала размашистую надпись, которая только что занимала почти всю страницу, в убористый текст наверху, а Кощей, перевернув книгу обложкой вверх, и оставив эту страницу болтаться одной, осторожно поднес ее к котелку, и окунул в него.

Не знаю, чего ожидал Кощей, но у меня возникло ощущение, будто мне в рот хотят насильно влить воду. Нет, не в рот, просто так привычнее сказать, а в мозг. Ну а как в мозг можно воду влить? По физиологии ощущения были схожие с насилием над телом, а по факту я понял, что через меня, как через какой-то перегоночный аппарат, хотят переправить некую субстанцию. Возможно, будь я в будущем, это и получилось бы, но я был здесь и сейчас. Кому такое понравится? Я, естественным движением, даже не задумываясь, отхаркнул ее обратно. Мозгом. Не знаю, как по-другому передать это действие.

На деле это вылилось в то, что «Книга Cудеб» куда-то моментально исчезла, а весь отвар Яги, мощной струей из котелка, словно из брандспойта, обрушился на Кощея. Я подумал, что сейчас Кощей сварится, так как жижа в котле только недавно кипела и бурлила пузырями, и мое желание оторвать ему голову исчезнет само по себе, но нет. Тот лишь выглядел словно мокрая курица, с распахнутыми от удивления глазами, и с распущенной и растрепанной бородой, в которой застряли какие-то веточки из варева. Только лысина налилась краснотой, и исходила паром.

Яга подскочила, как будто это ее ошпарило, и забегала вокруг котла и Кощея. Не знаю насчет чего она больше беспокоилась, но котел, удивительным образом, оказался в углу сарая, заполненный водой, а Кощей превратился в груду тряпок и полотенец. Только глаза растерянно сверкали из щели получившейся арафатки.

— Книга! Сука, — застонал он. — У меня запасных вампиров не осталось!

— Яхонтовый ты мой, успокойся, — причитала рядом Яга, отирая его полотенцами, — сейчас я баньку организую! Отмоешься, и подумаем вместе. А и зачем теперь-то тебе книга? Отвергла она отвар, сам видишь, видать в будущее простые вещи нельзя перенесть. Я хотела тебе об этом сказать, но подумала, что ты более меня знаешь. Видать нет.

Бабка то ли переживала, то ли издевалась, сразу и не поймешь. Кощей видимо склонился к варианту сочувствия.

— Были у меня сомнения по этому поводу, — поделился он с Ягой, подтверждая ее слова, пока та натирала ему лысину, — и, пожалуй, соглашусь с тобой, главное — я Ивана-дурака отправил на поиски себя в будущем. Это заклинание точно сработало.

Ага, сработало, точно. Я тебя уже нашел.

— Ну так что, уговор я выполнила, ась? — между тем бабка начала удалять полотенца с одежды и лица Кощея. — Давай и ты выполняй свою часть. А там и баньку устроим.

Яга требовательно протянула руку, перекинув полотенца на другую, согнутую в локте.

Кощей, нехотя полез за пазуху, и вынул оттуда заветную скляночку.

— Уговор исполнен, — мрачно сказал он, протягивая ее старухе одной рукой, а второй проведя над склянкой, от чего жидкость внутри ее превратилась в туман. — Честно скажу, думал еще какую выгоду получить от тебя, ну да ладно, раз ты заговорила про договор, то там и пропишем ее. Вдыхай. Только отойди подальше от меня. Все что одето на тебе, если оно самотканое, исчезнет, боюсь и меня зацепить может.

Бабка выхватила склянку, и позабыв про полотенца, да и вообще видимо обо всем, перепрыгнула костер, который после того, как с него сняли котелок, разгорелся ярче, добавив света в сарае.

Она вытащила крючковатыми пальцами пробку, и с жадностью вдохнула потекший из сосуда туман. Бац! И ее тело тот же туман и окутал! Да прямо так густо, что исчезла бабка в нем. Внутри его что-то потекло. Плавно, переливаясь серыми сумрачными тенями. И словно издалека послышался крик боли. Яга страдала. С каждой серой тенью, что опускалась вниз, а затем поднималась наверх. Одна, другая, третья… десятая… вскорости я потерял счет волнам, а крики Яги каждый раз заставляли вздрагивать, столько боли было в них.

— Рождение обратно. Наверное, это неприятно, — усмехнулся Кощей, наблюдая за трансформациями внутри тумана, с каким-то гадким блеском в глазах, явно получая удовольствие от мучений старухи. — Я, конечно, мог добавить в заклинание немного ослабляющий эффект, но знаешь, Яга, я подумал, что тебе будет полезно испытать эту муку, что бы в следующий раз ты была посговорчивей, да умоляла меня добавить обезболивающее.

— Сууууука! — донеслось из тумана. — Ааааааа! Ублю…ааааа!

И вдруг раз! Все затихло. Кощей придвинулся вперед, с жадностью вглядываясь в опадающий туман. Я же, наоборот, отскочил, на всякий случай назад, на следующую перекладину, что бы не попасть под раздачу, которую наверняка сейчас устроит бабка.

Бабка?! Какая нахрен бабка! Туман спал. А на его месте оказалась голая рыжая бестия. Она стояла в наклоне, упираясь руками в колени, и тяжело дыша, будто только что пробежала многокилометровый марафон. Но