Луна освещает путь в тысячу ли. Том 2 - Александра Альва

Пусть Сын Дракона бывал в городе крайне редко и уже не помнил лиц многих старых знакомых, но эту семью он узнал сразу по характерной манере держаться надменно, что бы ни происходило вокруг. Это были двоюродный старший брат Гэн Цичжан, двоюродная старшая сестра Гэн Сяолин и их мать.

Руки пленников оказались связаны за спиной, и как только глава клана увидел эту картину, его охватил настолько неконтролируемый гнев, что он со звоном выхватил цзянь из ножен и сделал несколько уверенных шагов вперёд, но остановился, стоило генералу схватить Гэн Сяолин за подбородок.

– Ну-ну, не выходите из себя, глава Гэн! – сказал он, цокнув языком и грубо повернув голову девушки влево и вправо. – Вы слишком подвержены чувствам, вам так не кажется? Думаю, нам стоит допросить всю вашу семью, раз вы до сих пор не согласны с выдвинутыми условиями.

– Быстро убери руки от моей сестры! – прорычал наследник клана Гэн Цичжан и попробовал разорвать путы, но его тут же схватили за плечи.

– Не то что? – усмехнулся генерал.

– Вы все пожалеете, что сунулись в Люцзэ!

Над площадью снова разнёсся хохот мужчины, словно его невероятно забавляли жалкие потуги заклинателей оттянуть неизбежное. Сколько бы глава клана ни пытался договориться, все попытки проваливались, и это наталкивало на одну мысль: империя с самого начала собиралась поставить клан и школу на колени, и её совершенно не интересовали мирные переговоры.

Гэн Исюань оказался меж двух огней: за спиной – жители города, а впереди – жена и дети. Он не двигался с места, но и оружия не опускал, продолжая прожигать генерала взглядом.

Долгое молчание, воцарившееся на сцене, нарушили крики. Какой-то имперский солдат ударил адепта школы Шэньгуан древком гуань дао, а в ответ его шею опутала верёвка шэнбяо, которая затянулась настолько крепко, что у воина глаза вылезли из орбит. Он беззвучно зашевелил губами, опускаясь на колени, но заклинатель оказался неумолим и дёрнул оружие на себя, отчего неприятель закряхтел и повалился навзничь. Имперцы, что стояли вокруг площади кольцом, сразу выставили вперёд гуань дао, угрожая задеть жителей.

– Мы не отдадим нашу землю захватчикам! – выкрикнул тот же юноша, который только что задушил солдата своим шэнбяо. – Тесните их!

Но он не успел повести остальных в бой: одно из вражеских лезвий неожиданно вошло в его живот, и послышался высокий истошный вопль. Заклинатель сначала попробовал голыми руками вытащить из себя залитое собственной кровью оружие, но вскоре безвольно повис на нём, словно насекомое, насаженное на иглу.

Народ затолпился, где-то заплакали дети, а имперские солдаты без приказа пошли в наступление. Адепты школы Шэньгуан сбивались в группы, матери прятали своих чад за спины и тоже обнажали цзяни – в одночасье площадь Девяти священных деревьев города Люцзэ превратилась в место бойни.

– Скажи своим воинам отступить! – прокричал Гэн Исюань, направляя меч в сторону генерала.

– Это твои заклинатели подняли бунт! Изменники!

Глава клана больше не колебался и кинулся вперёд, но его вновь заставили остановиться: стрела с ярко-красным оперением вонзилась прямо перед его сапогом, преграждая путь к семье. Три заклинателя, что стояли неподалёку и внимательно следили за происходящим, тут же запрыгнули на помост, закрывая собой главу Гэна.

– Вы совершаете ошибку! – продолжал Гэн Исюань, не сводя глаз с жены, которая испуганно смотрела на него. – Вы не понимаете, что все умрёте на этой площади?!

– Даже если умрём мы, на жалкие остатки вашей школы сразу начнётся настоящая охота! – По лицу генерала пробежала довольная ухмылка, кажется, он был совсем не против столь кровавого исхода, а может, таким и являлся первоначальный приказ императора. – Советую подохнуть сразу!

Он вдруг схватил жену главы клана за волосы и оттащил в сторону от детей. Вопреки традициям, эта женщина с неприметной внешностью не совершенствовала ни один путь, а была всего лишь обычным человеком – дочерью магистрата из небольшого городка в южной провинции. Много лет назад необычная история любви наделала шума в империи Чжу, и о ней шептались на каждой тропинке, но со временем злые языки утихли, ведь Гэн Исюань, несмотря на всеобщее порицание, всё же сделал девушку из семьи Си своей женой. Ко времени обучения Гэн Лэя в школе Шэньгуан эту пару уже называли драконом и фениксом, счастливыми супругами.

– Моя госпожа! – крикнул глава клана, порываясь сдвинуться с места хоть на цунь, но ещё несколько стрел предупреждающе вонзились в помост.

На площади Девяти священных деревьев становилось слишком опасно, и не стоило даже надеяться, что обе стороны вдруг сложат оружие, поэтому Гэн Лэй поднялся с земли и посмотрел на своих спутников. Наконец и в их глазах читалась решимость.

– Мы ждали достаточно, в этом больше нет смысла, – сказал Гэн Лэй и снова накинул на голову серый капюшон своей накидки, чтобы скрыть часть лица.

– Согласен! – признал Гэн Цичжи. – Но не думай, что мы зря здесь сидели столько времени, – я вычислил, на каких крышах разместились лучники.

– Тогда вы с Мэй Шан займётесь ими?

Подруга детства кивнула сразу и растянула в руках верёвку шэнбяо, скрученную в несколько витков, а двоюродный брат задумался на мгновение, как будто всё ещё сомневался, можно ли отпускать Гэн Лэя одного.

– Знаю, ты сильный заклинатель, но у имперцев в руках тайное оружие…

– Я защищу семью любой ценой!

Гэн Цичжи явно не хотел доверять такое важное дело мальчишке, который только вернулся в родные края после многих лет скитаний, но стычка на площади уже началась, и любое промедление могло привести к гибели дорогих людей.

– Уж постарайся! – небрежно бросил он и добавил: – Сяо-Лэй, не геройствуй слишком сильно, мы скоро к тебе присоединимся.

Кивнув, Сын Дракона перемахнул через живую изгородь и помчался вдоль неё, пытаясь как можно скорее поравняться с деревянной сценой. Он пригнулся, чтобы не привлекать к себе внимания, но и без того никому не было дела до одного бегущего человека, когда вокруг разверзлась настоящая бездна. Повсюду свистели «летающие» дротики, которые с глухим стуком врезались в доспехи и оборачивались вокруг шей врагов удушающими змеями, но со стороны городских улиц продолжали стекаться новые и новые имперские солдаты, что размахивали гуань дао и отрезали заклинателям пути к отступлению.

И всё же на земле, теперь окроплённой кровью, уже лежало множество тел в тёмно-красных доспехах, и Гэн Лэй подумал про себя, что надежда ещё есть, ведь здесь собрались десятки последователей небожителя Гуаншу, которые готовы защищать свой дом