Луна освещает путь в тысячу ли. Том 2 - Александра Альва

Солдаты окружили Гэн Исюаня со всех сторон и направили на него не меньше десяти гуань дао. Кто-то выкрикнул команду, и воины одновременно двинулись вперёд, пронзая тело мужчины широкими лезвиями. Золотистая одежда сразу превратилась в изорванные лохмотья, а изо рта главы вырвался новый поток крови.

Чьё-то оружие безжалостно подрезало его икру сзади, и он рухнул на колени перед генералом, который взял в руки длинный имперский флаг с летящим драконом.

– Так-то лучше! – заговорил командующий, с долей уважения оглядывая пронзённое тело Гэн Исюаня, напоминающее теперь окровавленное сито для промывания риса. – Все изменники будут уничтожены. Город теперь принадлежит Великому и Благословенному Драконом Императору.

Гэн Лэй схватился за край деревянного помоста и выгнулся от боли: тьма, заполняющая его сознание, подавляла огненную ци и сковывала нерушимыми цепями, но другая сила всё явственнее ощущалась внутри, она бежала по его жилам, горячила кровь, требовала, чтобы её выпустили наружу…

Сын Дракона не смог дотянуться до утопающего в луже крови цзяня, который лежал недалеко от его ног, и провёл наполовину отросшим во время обращения когтем по собственной ладони, рассекая плоть до самых костей. Настоящая боль пронзила всё его существо и пробудила охваченное сумраком сознание. Кожа на лице мгновенно затвердела, изо лба вырвались два изогнутых рога, а драконий хвост, увенчанный шипами, с силой ударил о землю.

В тот день Гэн Лэй разгромил имперскую армию в одиночку, не оставив в живых никого.

Глава 4

Талисманы и тёмные знаки

Луна в эту ночь светила необычайно ярко, заливая мерцающим бледным сиянием ветхий двор, поросший высокой травой. Со всех сторон виднелись тени домов с обвитыми плющом стенами, а впереди, в том месте, где находился выход из поместья, дорогу преграждал высокий деревянный порог, какой обычно возводили в жилищах, чтобы защититься от цзянши[47].

Барьер против нечисти располагался несколько неудобно, и Фэн Мэйфэн, которая в одиночестве бродила по заброшенной резиденции, нахмурилась. Кто бы из хозяев стал возводить такие баррикады прямо посреди задних ворот, через которые могли прийти гости или заехать повозки?

Она двинулась дальше, перешагивая через разбросанные на земле вещи, и вздрогнула, когда под сапогом что-то хрустнуло – всего лишь тонкий деревянный гребень. Звук пронзил тишину, и с покосившейся крыши каменного колодца слетел чёрный ворон, который до этого сливался с цветом черепицы. Сердце на мгновение сжалось, и Фэн Мэйфэн совсем не весело усмехнулась: будь здесь гэгэ, он бы не постеснялся в выражениях, чтобы объяснить, насколько бездарно она использует бесшумную технику Скользящего шага и как глупо пугается какой-то птицы.

Повезло, что Ван Юн задержался в соседней деревеньке и не видел её двойного промаха. Он решил расспросить жителей о недавних нападениях на детей, что произошли в брошенном ещё пару лет назад поместье чиновника Лина, а Мэйфэн послал на разведку. Всё бы ничего, но гэгэ отобрал её кинжалы, заставив во время задания пользоваться новым оружием – боевыми веерами.

Она знала, что в каждом поступке Ван Юна имелся тайный умысел, поэтому быстро смирилась со своей участью и продолжила осматривать место, где совсем недавно нашли трёх крестьянских мальчиков, начисто лишённых энергии ян[48]. Подойдя к задним воротам, Фэн Мэйфэн переступила исцарапанный когтями деревянный порог высотой почти до колена и оказалась на пустыре. Впереди клубился туман и просматривались только невысокие заросшие холмики, огороженные каменным заборчиком. Видимо, прямо за поместьем располагалось кладбище семейства Лин.

Увидев эту картину, она устало выдохнула и достала из-за пояса сложенный тканевый веер со стальными заострёнными спицами, скрытыми с внутренней стороны. Какая бы тварь здесь ни обитала, убить её особым оружием школы Юэин может быть трудно, и всё же Фэн Мэйфэн не слишком беспокоилась: после обмена камнями её силы возросли в разы и лунная ци текла настолько же свободно, как вода по улицам во время сезона дождей.

Нога неожиданно провалилась в рытвину, и Мэйфэн опустила взгляд, заметив, что вся земля рядом с кладбищем исхожена, повсюду виднелись достаточно большие и глубокие следы, которые уводили прочь от пустыря. В голове мелькнула догадка, не предвещающая ничего хорошего, и наследница клана Фэн уверенно направилась туда, откуда пришёл предполагаемый яогуай.

Перешагнув через несколько холмиков, она оказалась около разрытой могилы, в которой находился полусгнивший гроб. Крышка, покрытая глубокими царапинами, лежала рядом, как будто её выкинули из ямы с какой-то нечеловеческой силой, и здесь же землю покрывали многочисленные отпечатки ладоней и ступней, явно принадлежащих одному существу.

– Неужели опять? – пробормотала Фэн Мэйфэн и заглянула внутрь гроба – дно оказалось устлано истлевшей тканью, напоминающей светлые накидки, какие обычно носят заклинатели.

Сзади послышался тихий скрип, словно ветер беспрестанно качал сухую ветку, а вместе с ним над пустырём разнеслись отголоски хриплого шёпота. Слов было не разобрать, и Мэйфэн, спиной ощущая чьё-то присутствие, повернулась. Сквозь густой туман виднелись очертания тёмной фигуры, которая медленно приближалась, неуклюже подскакивая и задевая волочащимися ногами комья земли.

Снова цзянши.

Нащупав на поясе кожаный мешочек, наследница клана Фэн запустила в него пальцы и достала оттуда моток ниток, который приготовила специально для таких случаев. Она несколько дней вымачивала их в чернилах, куриной крови и пепле сожжённых талисманов, и теперь маленький клубок представлял собой артефакт, способный помочь в борьбе с ожившим мертвецом.

Цзянши подпрыгнул, так сильно оттолкнувшись от старого могильного холмика, что земля вздыбилась, и оказался совсем рядом с Фэн Мэйфэн. Она еле успела отскочить назад – полусгнившие зубы щёлкнули прямо у её лица, отчего в нос ударил омерзительный запах разложения.

Ещё прыжок, и мертвец размашисто хлестнул руками, словно длинными плетьми, и наследница клана Фэн раскрыла веер, позволяя демоническим когтям пробить чёрную ткань оружия и застрять между лезвиями. Как учил Ван Юн, она схватилась свободной рукой за разошедшиеся павлиньим хвостом наконечники и с помощью лунной ци захлопнула веер – послышался вой, и четыре зеленоватых пальца отлетели в траву, а из обрубков полилась гнилостная жижа.

Капли попали Фэн Мэйфэн на лицо, кожу мгновенно разъело, но она сразу вытерлась рукавом и бросилась вперёд, уклоняясь от щёлкающих в воздухе зубов: цзянши рассвирепел и принялся вытягивать шею, напоминая бешеную собаку, которая всеми силами пытается укусить прохожего. На ходу она выхватила из-за пояса второй веер, но оставила его закрытым: один скользящий шаг, ещё один… Мэйфэн поднырнула под вытянутую руку мертвеца и полоснула его по шее остриём оружия, наполненным лунной энергией.

– П-последняя… – захрипел цзянши, не в силах дотянуться ладонями