Сиротка в Академии Мрака. Королева Теней - Мария Александровна Ерова

под бормотание древней старушки, на цыпочках крались к выходу, желая незаметно выскользнуть из аудитории. Но едва их руки касались дверной ручки, профессор Киги приподнимала одно из опущенных век, делала лёгкий пас рукой, и неудачливых беглецов ждала одна и та участь — триумфально и довольно-таки жёсткое возвращение за парту, строго на своё место.

Это шоу было единственно развлекательным моментом, и мне показалось, что пройдёт вечность прежде, чем закончится это занятие.

— Премилая бабулька, правда? — кто-то хихикнул мне над ухом, и я, резко обернувшись, едва не врезалась в круглое и бледное лицо Лиззи, что каким-то неведомым образом оказалась рядом со мной. Неужели так тихо подкралась?

— Д-да, — пробормотала я шёпотом, а после решила не показывать своей растерянности, а впредь быть внимательнее к академии и её обитателям. — Не понимаю, почему она до сих пор читает лекции адептам? Профессор Киги и себя, наверное, с трудом помнит…

— В том-то и дело, — усмехнулась Лиззи. — Она много раз получала расчёт по выходу на пенсию, но каждый раз забывала об этом, и возвращалась на работу как ни в чём не бывало. Руководство первое время пыталось объяснить ей это, напомнить, что она уже вольна от исполнения своих обязанностей, но… Она вспоминала, соглашалась, но каждую ночь всё повторялось с точностью до мелочей. И, в конце концов, все махнули на это рукой.

Мне даже стало жаль эту древнюю бабушку, хотя история была вовсе не печальной, а, скорее, весёлой. Но тут мне в голову пришло, что Лиззи могла бы кое-что знать о других двоих моих знакомых, и мне как-то аккуратно нужно было выспросить её об этом.

— Лиззи, — начала я, наблюдая, как голова профессора Киги вновь подозрительно склоняется на бок. — А что ты знаешь о Николасе и Себастьяне? Вы же знакомы?

Бледные щёки девушки тут же залились румянцем.

— О, Николас! — воскликнула она, мечтательно закатив глаза. — Он невероятно мил, не правда ли?! Неужели он и тебе тоже…?

Она не договорила, но я уже почувствовала нотку ревности в её голосе. А потому поспешила успокоить девушку.

— Что? Нет! Мне больше по нраву брюнеты…

— Значит, Себастьян? — вновь переменилась моя новая знакомая, вернув себе мечтательное выражение лица.

— Нет, нет, ты не так всё поняла, — попыталась остановить её я, пока Лиззи всё сама не додумала. — А ты что, с Николасом?..

— Нет! — настала очередь милой гаргулии подать возмущённый возглас, который, впрочем, тут же смягчился. — Но я, если честно, не отказалась бы…

— Лиззи! Коты же, они…

— Да-да, я всё знаю! — остановила она меня. — Похотливы, неверны и любвеобильны! Я всё это знаю, Росали, но…

Она замолчала, отведя свой взор.

— Но? — поторопила её я.

— Мне кажется, я люблю его! Ведь Николас такой замечательный! Сексуальный и такой… ааааа!

Последний возглас моей собеседницы не только привлёк внимание всей аудитории, но и разбудил профессора Киги, отчего та тут же начала энергично продолжать свою лекцию, а другие адепты возмущённо на нас зашикали.

— Простите! — виновато прошептала Лиззи. — Я не хотела мешать… Извините!

— Ну так что? Себастьян и Николас — друзья? — продолжила я ещё тише, чтобы на этот раз никому не помешать: ни профессору уснуть, ни адептам спокойно заниматься своими делами.

— Хм, нет, не думаю, — задумавшись ответила девушка. — Они учатся на одном курсе, но я редко видела, чтобы они даже разговаривали друг с другом. Не то, что… дружили. А почему ты спрашиваешь?

Я надеялась, что этого вопроса смогу избежать, но Лиззи тоже была любопытна, как все девчонки. К тому же, если дело касалось её любимого Николаса…

— Нет, ничего такого! — тут же улыбнулась я. — Просто я здесь новенькая, и мне всё интересно. А на прошлой перемене я видела, как они разговаривали, вот и подумала, что они дружат.

Но Лиззи уже мало волновал мой ответ.

— Скажи, Росали, я красивая? Ведь со своей внешностью я могу рассчитывать, что и Ник меня когда-нибудь полюбит?

Я, в свою очередь уже насмотревшись на этого хвостатого пройдоху, всё же не смогла так прямо в лицо сказать Лиззи, чтобы лучше поискала другой объект любовного вожделения.

— Да, конечно! — даже громче, чем надо, воскликнула я. — Он будет полнейшим дураком, если не обратит на тебя внимания…

Лиззи опять завизжала, чем вызвала недовольство слушающей мерное посапывание профессора Киги аудитории. Но в тот же миг прозвенел утробный звонок, означавший начало перемены, и мы все с облегчением выдохнули, устав от этой бесконечно долгой сонной лекции.

Глава 19

Это была долгая учебная ночь в прямом смысле слова, но мне понравилось. Не всё, конечно, но в целом это не то, что я могла ожидать от учёбы в родном мире. Вернее, в том, где я, как думала, родилась и выросла. Ну, выросла — это уж точно. А вот насчёт моего происхождения я бы сейчас сильно поспорила.

И всё же под утро, когда нас, адептов, отпустили с занятий, я долго не могла уснуть, рассуждая над тем, кем я была на самом деле. Может быть, меня с кем-то перепутали?

В детстве я была самым настоящим гадким утёнком, но Ваалант уже не в первый раз намекал мне, что здесь я была кем-то особенным. Да и паучиха Бекка тоже что-то упоминала про «королевскую кровь», но я даже слышать это боялась. Надежда — её страшно терять, особенно когда тебе начинает казаться, что твоя жизнь в твоих руках и теперь уж точно всё будет по-другому.

Я сжала кулаки, чувствуя, как под кожей бегут странные импульсы. Может, это была магия, а может, просто дрожь от предвкушения. А что, если я и правда была не той, кем меня считали всю жизнь? А кем-то... больше?

За окном занимался рассвет, окрашивая шпили Академии в розовато-золотые тона. Новый день. Новая я? Вопросов пока было больше, чем ответов. Но впервые за долгое время мне действительно хотелось их найти.

Мои соседки по комнате — Айлиан и Лиззи, посапывали во сне. Должно быть, они давно привыкли к такому графику и образу жизни, а мне пока что всё было в диковинку. Стоило бы поспать, но мысли лезли в голову, как навязчивые мухи, и не давали мне даже расслабиться.

А после… после я неожиданно вспомнила про Николаса и Себастьяна. Вернее сказать, про них я и не забывала, и всё ещё дулась, сама не понимая почему. Наверное, стоило спросить их об этом напрямую, хотя бы Себастьяна. Николас был слишком легкомыслен и серьёзного разговора с ним вряд ли бы получилось.