Сиротка в Академии Мрака. Королева Теней - Мария Александровна Ерова

— Пожалуй, мне пора, — попыталась ретироваться я, и, хвала всем богам, никто меня задерживать не стал. Лишь Ваалант, напоследок одарив меня странным взглядом, сделал нечто вроде приглашения:

— Я пришлю за тобой, Росали. Может быть уже даже сегодня. Будь готова. Нам нужно поговорить.

Я кивнула, не слишком вдаваясь в смысл услышанных слов, и быстрым шагом покинула смотровую площадку. Краем уха я услышала, что Себастьян тоже попытался уйти, но Ваалант грубовато попросил его остаться.

Не важно. Пусть мужчины сами разбираются со своими проблемами, не втягивая в это дело меня. Тем более, что я пока что всё более запутывалась в получаемой информации относительно своего прошлого, но вразумительного ответа или подтверждения так ни разу и не услышала. А потому мне попросту было не до чужих проблем…

После всей этой суматохи мне отчаянно хотелось есть. Желудок предательски урчал, напоминая, что последний раз я ела... Боги, даже не помню когда.

Академия в этот ранний час казалась вымершей. Тени от факелов дрожали на каменных стенах, создавая причудливые узоры. Я брела по коридорам, прислушиваясь к собственным шагам, пока не наткнулась на слабый свет, пробивающийся из-под двери… буфета. Да-да, именно буфета, как гласила надпись на двери!

— Неужели открыто?! — произнесла я вслух, отчаянно надеясь, что это действительно так.

Дверь поддалась с легким скрипом. Внутри пахло свежими пирогами и пряными травами. Полутьма. Пустые столы. Лишь одинокий светильник на стойке освещал помещение. Он-то и выдал мне того, кто недавно с такой прытью улепётывал от гнева ректора…

— Николас?

Глава 23

Парень дёрнулся, резко вскинув голову, но поняв, что это я, немного расслабился.

— Не пугай меня так! — он демонстративно схватился за сердце, а после опасливо вернулся взглядом к двери. — Надеюсь, ректор не с тобой?..

— Нет, — я уселась напротив, чувствуя себя здесь несколько более уверенно, чем там, на смотровой площадке. — Но почему ты так его боишься? Ты же вроде бы его фамильяр…

Кот шумно выдохнул, а после, ещё раз осмотревшись по сторонам — не появился ли кто здесь волшебным образом, задрал край своей рубашки адепта академии магии…

Моё дыхание перехватило.

Его тело, которое в первый день нашего постыдного «знакомства», показалось мне таким изящным и ухоженным, было испещрено шрамами. Глубокие, неровные рубцы пересекали его живот и бока, будто кто-то раз за разом вспарывал кожу когтями или… магией. Некоторые из них уже побелели от времени, другие, более свежие, ещё сохраняли розоватый оттенок. Самый страшный шрам тянулся от ключицы до самого низа живота — длинный, зубчатый, будто его оставили чем-то раскалённым.

— Видишь? — Николас провёл пальцем по самому свежему рубцу, только начавшему затягиваться. — Это было вчера. Я… осмелился задать лишний вопрос своему хозяину.

Он опустил рубашку, но образ увиденного уже врезался мне в память. Особенно один шрам — аккуратный, круглый, прямо над сердцем. Словно кто-то намеренно выжег там клеймо.

— Неужели Ваалант позволяет себе такое? — я не могла подобрать слов.

— Только когда злится, — Николас горько усмехнулся, обнажив острые клыки. — А злится он часто. Но ты же не расскажешь ему о нашем разговоре, правда?

В его голосе звучала мольба, которую он тщетно пытался скрыть за привычной бравадой. И в тот момент я поняла — его страх был вовсе не притворным. Это был животный, всепоглощающий ужас, въевшийся в плоть вместе со шрамами.

— Но…

В моей голове всё никак это не укладывалось. Ваалант, уважаемый ректор, и вдруг — такое…

— Послушай, Росали… — перебил меня Ник. — Я магически связан с ним печатью моего рода. Но это вовсе не значит, что я хочу служить этому чудовищу. Я просто пытаюсь донести до тебя, что он вовсе не тот, кем пытается иногда казаться! И тебе тоже стоит держать с ним своё ухо в востро!

— Но раньше я не видела на твоём теле ни единого шрама! — попыталась я ещё хоть как-то удержать известную мне реальность в своей голове.

Николас взглянул на меня с некоторым укором, и криво усмехнулся.

— Какая же ты наивная, Росали! Ума не приложу, как ты до сих пор выживала… Хотя, в другом мире, может быть это и норма…

— Расскажи мне всё! — попыталась потребовать я. — Что здесь вообще происходит?! Почему все постоянно пытаются что-то донести до меня, но говорят загадками и ничего не объясняют! Как я могу понять то, о чём понятия не имею!

Кот не спешил отвечать, меря меня взглядом, который я никак не могла распознать: не доверяет? Смеётся? Издевается?

— Возможно, Волк прав… — задумчиво произнёс он, наконец. — И тебе рано знать всю правду…

— А мне кажется, я имею на это право! — горячо возразила я, не зная, какие ещё аргументы могу привести.

Но тот явно не торопился посвящать меня во все тайны бытия, оттягивая время. Николас вдруг показался мне совершенно другим — не тем насмешливым котярой, каким я его успела узнать. В его глазах читалась глубокая усталость, а привычная игривость куда-то испарилась. Но вместо того, чтобы продолжить объяснения, он резко щёлкнул пальцами.

Меню, висевшее у стойки, ожило и плавно поплыло к нашему столу, страницы зашелестели, как крылья птицы. Оно развернулось передо мной с почти театральным изяществом.

— Давай сначала поедим, — сказал Николас, и в его голосе снова появились знакомые нотки легкомыслия. — На пустой желудок такие разговоры в любом случае не ведут. — Что будем брать?

Я машинально ткнула на пару позиций, совершенно не задумываясь об этом. Магией меня уже было не удивить, я начала привыкать к тому, что всё здесь было построено на ней. Ник же в отличие от меня долго что-то выбирал и не реагировал на мои попытки вновь заговорить с ним, хотя я настойчиво пыталась это сделать. Да и после, когда меню отчалило обратно, он продолжал задумчиво молчать, пугая меня переменами, которые я в нём наблюдала.

— Ник! — вновь не выдержала я в очередной раз, но он лишь покачал головой и процедил сквозь зубы:

— Не сейчас…

Я хотела возразить, но в этот момент из кухни выплыли наши заказы. Тарелка с дымящимся рагу мягко опустилась передо мной, а стакан с какой-то мутной жидкостью завис в воздухе, прежде чем аккуратно приземлиться справа от меня. Блюдо Николаса — какая-то острая на вид похлёбка с кусочками мяса — подплыло к нему, источая пряный аромат. Вилка и нож грациозно устроились по бокам тарелок, а салфетки сами развернулись у нас на коленях.

— Вот видишь, — Николас поддел кусок мяса вилкой, —