Отданная дракону. Истинная поневоле - Анастасия Александровна Гудкова

с собой. Так я сейчас расскажу. Много лет назад один дракон влюбился. Всем сердцем, а оно у драконов большое и пламенное. По секрету скажу, потом это назовут истинной парой, и любовь там и рядом не стояла, но бедолага об этом не знал. Его избранница была обычной деревенской девушкой, правда, прекрасной, как лунная ночь и горячей, будто пламя в жерле вулкана. Разумеется, как и полагается порядочному дракону, он собирался взять ее в жены. Но не тут-то было. Виной всему глупые предрассудки и ее упрямый отец, не желавший породниться с темным владыкой. Да-да, речь о дальнем родственнике твоего Аэрдана.

Я затаила дыхание. Происходящее мне не нравилось, да и Лардан никакого доверия не внушал. А дракон, явно наслаждаясь моим страхом и растерянностью, продолжал:

— Тогда дракон не придумал ничего лучше, чем ее выкрасть. Противиться инстинкту темный ящер не мог, ждать и готовиться вообще не в драконьей природе, так что он, особо не скрывая своих намерений, рванул в злополучную деревушку, что-то там понаразрушал, утащил свою зазнобу в когтистых лапах прямиком в горную пещеру. Вот в этих самых горах, между прочим. Вот только в порыве страсти он как-то малость позабыл, что девушка жила на территории, ему неподвластной. И нетрудно догадаться, что местный владыка от такой наглости опешил, собрал войско и устремился бить нахала мечом.

История была захватывающая, но мне не давало покоя то, что Аэрдан до сих пор не появился. Зато Лардан сделал ко мне еще несколько шагов.

— И была там битва кровопролитная и смертоносная, пали жертвой пламенной драконьей любви воины с обеих сторон, — явно издеваясь, рассказывал Лардан. — И бились драконы не на жизнь, а на смерть, пока не появилась на краю горы эта самая прекрасная дева, не закричала истошно, увидев, что ранен ее возлюбленный... Не смотри на меня так, разумеется, она этого дракона любила. Только по-настоящему, у людей никакой истинности не бывает. В общем, дракон падал, а она не придумала ничего лучше, чем прыгнуть следом за ним.

— Разбилась? — охнула я, забыв о том, что должна была молчать. И тотчас об этом пожалела, увидев хищную ухмылку на губах Лардана.

— Разбилась, Лейна, — пророкотал он, подходя совсем близко, настолько, что я чувствовала холод, исходящий от его тела. Ощущение было жуткое. — А дракон выжил. Дальше было скучно. Драконы собрали совет, договорились о том, чтобы каждая истинная была представлена другим, чтобы не подвергать опасности владык разных земель. Вопреки остальному, наличие сильного владыки — гарантия процветания для простых смертных. И никому не хотелось получить выжженные пустынные земли по соседству. Здесь построили замок в память о той, кто принесла себя в жертву ради дракона. Ну и моим черным друзьям традиционно не везет — на сотню лет ни одной драконицы.

— У тебя вообще никого, — вырвалось у меня, и я тут же прикусила язык.

— Это как посмотреть, — зло прищурился Лардан, сокращая расстояние между нами настолько, что мне пришлось ладонями упереться в его ледяную грудь. — Голос девушки будит в драконах древние инстинкты, Лейна... А ты заговорила со мной. Так что никто не упрекнет меня, если я не смогу с ними совладать...

— Пусти! — закричала я, чувствуя, как холодные руки Лардана зарываются в мои волосы, поднимают мое лицо так, чтобы он мог коснуться меня губами. — Пусти!!! Аэрдан!!!

Миг — и зарвавшийся беловолосый дракон, будто порывом ветра подхваченный, отлетел от меня в сторону, разбив одну из стеклянных стен оранжереи. Я не удержалась, упала, больно разодрав колени. А когда подняла взгляд, увидела стоящего передо мной разъяренного Аэрдана.

Его глаза были полностью черными, даже зрачков видно не было. На скуле темнело пятно, которое, стоило мне приглядеться, чуть сверкнула, и я догадалась, что это проступающая драконья кожа. Темный владыка был зол настолько, что тьма клубилась вокруг него, сбивалась в щупальца, которые пробирались к кряхтящему на земле Лардану, с корнем выдирая попадающиеся на пути растения.

— Явился за своей игрушкой, брат? — кулаком вытирая кровь с окровавленной губы, бросил Лардан.

За спиной Аэрдана появлялись другие драконы. И не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что бойня ничем хорошим не закончится. И что я понятия не имела, кто из них встанет на сторону черного дракона, а кто — бросится помогать Лардану.

Глава 25

Честно говоря, я бы с радостью уехала в тот же день. Оставаться в замке, где от каждого дракона веяло неизвестной опасностью, мне было невероятно сложно. Да еще и Аэрдан не рассказывал ничего, хотя с его стороны было бы правильно выдать мне мини-справку на каждого из присутствующих. Хотя бы для того, чтобы я понимала, кто друг, а кто враг.

Сейчас же я напоминала себе раненого зверя, который, стоило кому-то на него посмотреть, тотчас бросался за защитой к хозяину. Я старалась держаться рядом с владыкой. А он, будто чувствуя мой страх, не отпускал меня ни на шаг. Впрочем, к себе тоже не приближал, держался отстраненно и сухо, словно и не было между нами этого мимолетного проблеска взаимопонимания, возникшего после нападения Лардана.

Наказанием ледяного дракона стали браслеты на запястьях, от самого наличия которых он недовольно морщился и недобро на меня косился, но подойти не решался, к счастью. А я не могла собраться с духом и спросить у Аэрдана, что это такое. Он же не счел нужным ничего объяснять, впрочем, как и всегда. Возможно, прав был Лардан, когда назвал меня игрушкой черного дракона. Он и относился ко мне так, не как к равной, а как к существу, о котором заботился со старанием ребенка: накормить, спать уложить, другому мальчику не отдать. О том же, что игрушка может чувствовать, Аэрдан, казалось, снова позабыл.

Еще одна вещь, которую я успела понять: драконы до безобразия много едят. Все разговоры проходили исключительно за столом. Мужчины нудно обсуждали какие-то территориальные споры, что-то про ресурсы, магические источники, руду, торговлю... В общем, мне довелось присутствовать на унылом политическом сборище в качестве отвлекающего элемента: я то и дело ловила на себе внимательные взгляды присутствующих.

И всякий раз, когда кто-то поворачивал голову в мою сторону, я видела, как стискивает зубы Аэрдан. Кажется, драконья традиция приводить истинную на знакомство, доставляла ему только отрицательные эмоции. Его раздражало буквально все, но он отчаянно пытался держать себя в рамках приличия.

Лишь однажды, когда он заметил, что на меня смотрит Лардан, на лице владыки отразилась такая неистовая ярость, что я неосознанно схватила