Highschool of the Dead: Генезис распада - SadDecorator

красовался значок с флагом конфедератов, а также имелись две круглые эмблемы, одна из них представляла собой брелок, воспроизводящий символ анархии, а финальный значок отображал знак мира. — Но у чудо-вещицы есть условность, могу поместить айтем, только если тот физически пролезет в отверстие, фуру туда не засунешь.

— Что у тебя по вооружению? — сказал ему, когда парень снова повернулся ко мне лицом.

— Рад, что ты спросил, — лица собеседника разглядеть не удавалось, но, считывая манеру речи, был уверен, что сейчас он широко улыбнулся. — Это мои модернизированные «цезешки», — в его руках возникли два пистолета с дополнительными фонарными модулями. — Для вторички чересчур хороший дамаг, впечатляющая скорострельность и много патронов, не перегреваются и не выходят из строя, — озвучил попутчик в общих чертах тактико-технические характеристики. — Только цены в магазине на боеприпасы к ним кусаются.

— В чем особенность этих пистолетов? — пытался разглядеть внешний вид парного оружия.

— Все указанные плюсы сливаются в унитаз, если использовать один в отрыве от другого, тогда «цезешки» превращаются в пятикратно переваренный кал наподобие ПМ, — парень принялся вращать стволами. — Но если всё же совершать акимбо-стрельбу, тебе за сам факт ношения парного оружия и нанесения урона сыпят не десять очков, а двадцать, а если ты ещё и поставишь хедшот, то это плюс пятерка. В общем, использую тактику кругового обстрела, сначала палю так, чтобы не убить сразу, а затем даю прямо в жбан. Хорошая фармилка очков, но бесит исчезновение трупов.

— Впечатляет, — оценил по достоинству его амуницию.

— Поверь, настоящая сказка начнется, когда ты увидишь этих малышек в действии, — вскинул кверху, как он сам выражался, «цезешки» и прислонил голову между оружейными затворами, копируя клишированный образ персонажа с постера голливудского блокбастера в стиле «Неудержимых». — Ладно, — дула пистолетов опустились вниз, — хватит лясы точить, очки сами себя не нафармят.

— Ты это к тому, что хочешь поскорее заполучить из колеса телепорт? — попытался разузнать, что собеседник вообще думает про телепортацию и всплывало ли аналогичное уведомление.

— Это тоже, — согласился парень. — Здесь круто и прикольно, обещаю, что поставлю этому месту пять звезд и даже отзыв напишу, как тут было классно, но хочу поскорее узнать, в какое аниме меня закинуло.

— Погоди, чего? — режиссер Шьямалан со своими сюжетными твистами наверняка в этот момент поперхнулся индийским чаем со специями в рабочем кабинете. — С чего ты взял, что это «аниме-мир», — обозначение выделил кавычками при помощи пальцев, — даже формулировка странная.

— Не веришь, что попал в аниме? — издал театральное «ха», в точности как тот актер азиатской внешности, сидевший за последней партой. — Чекай, — принялся загибать пальцы, — вокруг сплошная японщина, при этом даже на английском ничего не написано, а это как минимум подозрительно.

— Это похоже на попытку натянуть кое-какое пернатое животное на кое-что шарообразное из школьного кабинета географии, — парировал первый аргумент.

— Не стану отрицать, хотелось как можно больше всякого накинуть в общую копилку, — легко согласился парень, но сдаваться не собирался. — Идем далее: «фейковые» японцы. Ты кого-нибудь успел встретить, м?

— Одного да, — ответил ему, утаив о кончине бедолаги.

— Я-то побольше людей увидел, но речь сейчас не об этом. В чем цимес: азиаты похожи на европейцев. Я реально видел голубоглазого японца сорока лет со светлыми волосами. Голубые глаза, — руки потянулись влево, воспроизводя удержание воображаемого ведра, — светлые волосы, — теперь вправо. — Чувак, это две несовместимые вещи для васянов неправославного происхождения. Это нереалистично, вообще нереалистично, — незнакомец, помимо манеры разговаривать голосом небезызвестного маньяка из Винницы в этом сегменте предложения, скопировал даже его специфическую жестикуляцию, особенно характерный «пистолетик» из пальцев, когда стример рассуждал и чесал висок.

— Рациональное зерно в твоих высказываниях есть, — принял его размышления, поскольку сам успел подметить схожие странности, но мне хотелось послушать дальнейшие рассуждения.

— Света тут кот наплакал, но все оттенки вокруг воспринимаются насыщеннее, присутствует кислотная палитра, да и люди выглядят привлекательнее, что ли? Нет, не так, — помотал он головой, отвергая собственное изложение, — тот сорокалетний васян под это определение не особо подходил. Эстетичнее, вот, — вскинул руку и выставил ладонь вперед, имитируя жест со щелчком, обычно выполняющийся, когда внезапно вспоминают упущенную мысль или подбирают идеальное выражение.

— Чем еще подтвердишь? — приготовился выслушать всю оставшуюся цепочку доказательств.

— Гача — это база культурного кода Японии, — фразу «это ба-а-а-аза» парень озвучил специфически, сымитировав престарелого доцента, кандидата технических наук.

— Если бы ты точно выяснил, в какое аниме угодил, как бы это знание изменило ситуацию? — у меня отсутствовали причины вступать в дискуссию по поводу его гипотезы, потому что не видел в споре смысла, меня скорее занимало, куда в итоге выведет этот разговор.

— Как человек, активно поглощавший аниме с двенадцати до семнадцати лет, а потом забросивший это дело ради чтения комиксов, манги и ранобэ, пускай новеллы со временем тоже забросил из-за помойного качества тайтлов, уверяю, что это поменяло бы всё, — отчеканил попутчик.

— Позволь узнать, каков твой возраст? — из-за толстовки с двумя красными полосами, идущими по внешней стороне рукавов, а также мешковатых джинсов с наколенниками и цепочкой-брелком из заднего правого кармана визуально определить параметры не представлялось возможным, тем более дезориентировали его рост и вес, полностью совпадавшие с моими физическими показателями.

— Мне как раз сегодня девятнадцать исполнилось, — отозвался парень.

— А мне сколько дашь, на первый взгляд? — решил заодно проверить точность его глазомера.

— Двадцать три или двадцать четыре, но раз носишь халат, окажешься постарше, — резюмировал собеседник.

— Забыл спросить, как тебя зовут? — поинтересовался, намереваясь убраться отсюда в компании этого парня.

— Знаешь, лучше обращайся ко мне «Скалли», — представился он прозвищем, позаимствованной у кого-то другого.

— Андрей, — закрепил знакомство озвучиванием собственного имени.

— Ты доктор или по приколу халат напялил? А может, появился голым, как Т-800, поэтому нацепил первое, что подвернулось под руку? — по-доброму пошутил «Скалли», покидая «подсобку» одновременно со мной.

— Я врач, — а вот сообщать ему, что ещё и учёный с «дыпломом доктара навук», пожалуй, не стоило, незачем грузить парня лишней информацией. — Сомневаешься, проэкзаменуй.

— Вот и проверим тебя, — он, подобно конферансье, объявляющему победителя конкурса, прокашлялся. — Заболевание легких с самым длинным названием.

— Пневмоно-ультра-микроскопик-силико-вулкано-кониоз, — проговорил с таким невозмутимым спокойствием, что удав обзавидовался бы. — Между прочим, сорок пять букв.

— Ожидал, что ответишь, — фыркнул «Скалли», не смирившись с моим триумфом. — Давай ещё.

— Жги, — предоставил ему полный карт-бланш.

— Имеется у меня знакомый, абсолютный трезвенник, но порой, после обычной тарелки пасты или пары французских булочек, его развозит так, будто он оприходовал бутылку водки. Шатается, разит перегаром, впадает в неадекват. Он что, тайком прикладывается к спиртному и прикидывается трезвенником? — поступила новая загадка.

— Скорее всего, у твоего знакомого синдром автопивоварения, или синдром