Где демон выжигает небеса - Ирина Игоревна Голунцова

Воровать он привык с детских лет, а оправданием для текущего случая стали его… сны. Или, вернее сказать, видения? Вэй Лу до последнего сомневался в их природе, пока не вспомнил, что его бабушка по материнской линии была сильной гадательницей. Он никогда не замечал за собой способностей к предсказаниям, однако последние несколько месяцев с его сознанием творилось что-то ненормальное.

И всё после столкновения с Синь Юем и Хао в мире снов.

Место Разлома, обратившееся выжженной пустыней, пугающие образы смерти Вэй Учэнь, кинжал в собственном сердце. Но снизойти до ошеломительного откровения Вэй Лу заставило совершенно иное. Мучаясь догадками, он воспользовался преимуществом перед другими тёмными заклинателями и дни напролёт тратил свободное время в библиотеке, пытаясь отыскать хотя бы что-то о ритуале, способствующем сращиванию Разлома. В свободном доступе подобных сведений не оказалось, но по тому, что удалось отыскать, Вэй Лу пришёл к неутешительному выводу: для проведения ритуала необходима была жертва. Добровольная или принудительная – неважно, ведь для закрытия столь огромных Разломов требовалось колоссальное количество энергии.

«Тебя не принесут в жертву», – слова Асуры раз за разом отдавались в его памяти эхом болезненных воспоминаний.

Значит… тёмных заклинателей могли принести в жертву?

И так он собирал крупицу за крупицей, воспоминание за воспоминанием. И за ними его настигал страх, проскальзывающий в душу холодными липкими щупальцами. Неужели ему действительно досталась от бабушки способность к ясновидению? Вэй Лу мог придумать что угодно, но не предугадать столь точные события и факты. Тогда получалось, что и другие видения… сбудутся?

После того как Вэй Лу изучил информацию о Разломах, он преисполнился такой тревоги, что, выхватив поверхностные сведения, принялся действовать. Если в нём в самом деле пробуждался дар ясновидения, стоило убедиться в этом наверняка.

Лучше всего у него получалось проникать в сновидения. Через них он надеялся пробудить те пугающие образы за счёт трав из запасов Синь Юя. Погружаться в транс у себя в комнате Вэй Лу счёл гиблым делом, поэтому отправился в павильон на территорию медицинского блока, где находилась хотя бы какая-то защита, подавляющая колебания ци.

В полной темноте, тишине и одиночестве он разместился в павильоне. Каждый звук отражался гулким эхом под высоким потолком.

Отвар из трав возымел практически моментальный эффект. Вэй Лу не сразу сообразил, что погрузился в сон: он увидел знакомую картину спокойствия и праздной будничности. Понимание, где он находится, пришло не сразу. Лучи утреннего солнца пробивались сквозь сетчатую штору, приглушая свет, в котором Вэй Лу обнаружил себя лежащим на широкой кровати с двумя дремлющими любовницами.

Хуан и Хуа.

У Вэй Лу невольно дрогнуло сердце. Он в смятении уставился на милое личико Хуа, столь безмятежным оно выглядело во время сна. Однако Вэй Лу не контролировал своё тело; едва его взгляд зацепился за миловидную любовницу, как он устремился к вещам, лежащим на стуле. К парному кулону, который в тусклых предрассветных лучах пульсировал тёмной ци.

Девушки знали, что он тёмный заклинатель, но, пока им платили, их рты оставались закрыты. Как оказалось, ненадолго.

Беспокойство обожгло Вэй Лу, заставило подняться с кровати и взять парный талисман, который в тот же миг обратился обычным украшением: ни следа колдовской энергии, только беспокойная мысль о Вэй Учэне… Вэй Учэнь.

Одевшись, Вэй Лу открыл дверь, и сознание перенесло его к храму, окружённому высокими деревьями. Дорога размыта от дождя, в воздухе стоял аромат влаги и свежести – ещё никогда во снах запах не передавался столь чётко. Всё происходило сумбурно, но, отыскав Тай У, он получил ответ, что Вэй Учэнь не вернулся с задания.

«Но ведь Вэй Учэнь вернулся с задания, пусть и запоздало, он… спас меня», – пронеслось в голове Вэй Лу.

А затем он сообразил, что всё складывалось совершенно не так, как он помнил. Вместо того чтобы прийти в храм посреди ночи и заглянуть в сон беглого аристократа, он провалялся до утра в обнимку с любовницами. Объятый нарастающей паникой, Вэй Лу попытался достучаться до Вэй Учэня через парный талисман, однако в ответ последовало лишь молчание. Он всё ещё думал о тёте как о брате, что казалось совершенно привычным и нормальным.

Вэй Учэнь уходил на задание… но куда? Что он ему говорил? Двигался на север в небольшую деревеньку, чтобы решить проблему с мелким гадливым демоном, охотящимся на скот, а дорога лежала через Холодный перевал.

Холодный перевал. Тропа, ведущая напрямую к столице. Название так чётко всплыло в памяти, что Вэй Лу не раздумывая бросился на поиски Вэй Учэня. Пробежал в зарослях несколько чжанов, но тут же вынырнул перед пейзажами поселения, в котором ни разу не бывал. Или бывал? Парный талисман не отвечал, однако чем меньше оставалось расстояния между половинками, тем теплее он становился. Скудная зацепка, но Вэй Лу не думал останавливаться, и, как только сделал шаг, земля под ногами осыпалась пылью.

Всё закрутилось, завертелось, и мигом позже сознание выплюнуло его на порог хижины. Лёжа на лопатках, Вэй Лу чётко запомнил несколько вещей: беспокойное кудахтанье бегающих поблизости кур, ослепительный блеск солнца… и остриё меча в цунях от своего лица, как и парный талисман Вэй Учэня, покачивающийся на цепочке в кулаке светлого заклинателя… в одеждах цвета песка и серебра.

– Без резких движений. Этот достопочтенный не намерен причинять заклинателю вред.

Вэй Лу и не знал, что сказать, его тело не реагировало, двигалось по закону сновидений, но сердце взволнованно затрепетало при виде Асуры. Невозмутимость и холод во взгляде, сравнимый лишь со снежной вьюгой. Это точно он. Асура. Его Асура. Но что же тут происходило?

Только Вэй Лу открыл рот, собираясь выдавить из себя слово, как его моментом унесло в череду картин, сменяющих друг друга: пёстрые, яркие, вызывающие жгучую боль и головокружение. Попытка побега по пути в духовную школу Тайян, будничная жизнь в её стенах, улыбки и разочарования, ссоры и примирения, Вэй Учэнь, носящий мужское одеяние на протяжении долгих месяцев. Но уже не было той теплоты между ним и Асурой: тот смотрел на него словно на пса, которого следовало выдрессировать и приучить к охоте.

Череда событий ослепила Вэй Лу финальной вспышкой молнии, за которой на него обрушились гром и буря. Сухой воздух с тысячью мелких песчинок ударил в лицо. Не в состоянии пошевелиться, Вэй Лу едва ли мог что-то рассмотреть. От стоящего грохота раскалывалась голова, тёмная энергия буйствовала под стать разрушительному тайфуну. Кто-то кричал, десятки голосов слились в звучании заклинания.

– Вэй