"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

— Нет. В ближайший месяц-два ожидаю ответ от свейского короля.

— Ты собираешься воевать, а согласие союзника ещё не получил?

— Он его даст, — махнул рукой я. — Для свеев вопрос с Карелией — исторический.

— То есть, это ты инициатор?! — Полибий, зная моё отношение к войнам, излучал крайнюю степень удивления.

— Не кричи. Об этом даже родственникам не следует намекать.

— Но если известно Генеральному штабу, то…

— Даже министр не знает. Он в своём приказе действительно написал правду об учениях и пиратах. То есть, на самом деле думает, что предстоит облава на морских и речных разбойников.

— Вот это да-а-а! — и Шаликов потянулся к бутылке. — То есть мы пойдём без всякого проработанного плана?

— План составлен, да и нет в нём ничего этакого, — я неопределённо повертел рукой в воздухе. — Далее Карельского пролива мы не пойдём.

— Как?! Ведь практически все важные территории находятся за ним! Ты, что… Хочешь отдать самое лакомое союзнику?

— Именно так. Зачем нам земли, находящиеся за двумя водными преградами, которые нужно почти героически преодолевать? К тому же ничем особо полезным Карелия не владеет. Нет там ни богатых руд, ни плодородных пахотных земель. Лес и то никакущий, да и его ценность лишь в том, что растёт несколько ближе к Европе, чем наш.

— И в чём тогда выгода?

— В том, что если датчане с гётами возмутятся, то свеям придётся разбираться за двоих: за себя и за нас. Сильным флотом в Солёном море мы похвастаться не можем. Ведь жемайтские корабли хоть и многочисленны, но малы и слабо вооружены. К тому же немало моряков погибло во время последних известных событий, а чтобы хороших выучить надо время. Ежели поляндский король захочет вписаться в войну, то нам и его за глаза хватит. Так что я расплачиваюсь чужими землями за свейскую готовность пролить свою и вражескую кровь. Как видится, так почти равноценный обмен. Мне свои солдаты важнее карельских камней и палок, изображающих деревья.

— Так-то так… — лейтенант явно не ожидал услышать такое объяснение. — Может, ты и прав…

— …Но ты со мной не согласен, — продолжил я за своего друга. — Никакая империя не может бесконечно расширяться во все стороны. Ты же знаешь, что Карелия всегда была бедным государством. То, что на него веками зарятся свеи — это исторический казус. Им скоро станет тесно на своих неуютных землях, а ни на кого другого напасть не могут. Таким образом, захват Карелии виделся лишь вопросом времени. Нам же во важнее плодородные земли на юге, поскольку именно там можно выращивать много зерна. Как видишь, никакого смысла отодвигать северную границу, если ожидает богатый юг. Да, там булгары, но оно того стоит. Карелия же не стоит ничего с точки зрения человека, живущего на чернозёме.

— Мне тебя всё равно не понять.

— Потому что ты мыслишь как воин, а я — как император. Тебе важнее завоевать славу, а мне — накормить народ. Без сытых подданных армия превратится в ничто, а Империя — в страну нищих.

— Согласен, — нехотя ответил Полибий. — Вся гвардия будет воевать?

— Гвардия будет. Насчёт лейб-гвардии не знаю.

— Как?! — лейтенант аж подпрыгнул. — Как сие возможно!

— А кто будет охранять императрицу? — остудил я собеседника. — Гвардейской коннице в Карелии делать почти нечего. Там любой коннице почти не разгуляться. Воевать на лошадях в лесу с валунами — удовольствие ниже среднего. Только пехота.

— Я готов слезть с седла!

— Это серьёзное заявление, — кивнул я. — Но вряд ли смогу согласиться. Ты ради нескольких дней опозоришь себя на всю жизнь. Кавалерист, участвующий в пешем сражении! Подумай о будущем!

— Сидеть в столице в то время, когда все пойдут на войну — ещё больший позор.

— Возможно, кого-то из лейб-гвардии всё равно придётся взять с собой. Мне без доверенной охраны никак нельзя. Так что не переживай. Будешь у меня на посылках… Ха!

Ещё минут пять я подтрунивал над Шаликовым, но разумно не стал развивать эту тему. Конечно, он повоюет. Иначе Пётр Ипполитович обидится.

— Так как насчёт плана военных действий? — чуть захмелевший лейтенант вернулся к вопросу, на который я не дал ответ.

— Ладно, смотри, — я положил на стол карту. — Вот устье реки Новая, где на многочисленных островах прячутся пираты. Понятно, что воевать за Карелию они не будут, но причинить неприятности могут. Вот тут, — ткнул я пальцем в несколько мест, — уже начали строить крепостицы. Вот сюда, сюда и сюда прибудут роты и пушки. Постепенно они начнут наводить переправы и вычищать острова. Задача сложная, но при должной последовательности выполнимая. К тому же далеко на север солдатикам идти не придётся. Только до Карельского пролива.

— Почему против пиратов хочешь использовать пушки?

— Пушки против кораблей карел, которые задумают зайти к нам в тыл. Теперь вот здесь, — я обвёл территорию между озёрами Нево и Онегой. — На мой взгляд, это самый сложный участок фронта. И проблема даже не в наличие укреплённых городов Анус и Сортавала, а что сия местность несколько столетий назад была дном пролива, соединявшего ближайшие два озера, а ныне представляет болота и множество мелких водоёмов.

— Откуда ты это знаешь? — удивлённо посмотрел на меня Полибий. — В книгах, что я читал, об этом ничего нет.

— В Риге случайно увидел корзину с ворохом бумаг, которые хотели использовать для растопки, заинтересовался и вытащил несколько старых карт, не представлявших для местных никакого интереса. Вот на одной из них явственно прочерчены как берега широкого пролива, соединявшего Солёное и Белое моря, так и совершенно другие очертания озёр Нево и Онега. Кто-то из нынешних жемайтцев посчитал, что карта ложная и единственная польза от неё в растопке камина.

— Удивительно!

— Как видишь, территория сложная и кавалерии там воевать будет непросто.

— А далее на северо-восток?

— Там боевые действия не предусмотрены, так как поселений мало и никаких крепостей нет. Просто займём Кемскую волость, которую мой прадед из-за небольшого ума подарил карелам ради укрепления дружеских отношений между государствами, позабыв, что в международной политике друзей нет, а только временные союзники.

— Как свеи? — ухмыльнулся Шаликов.

— Как свеи, — кивнул я. —