Воины Пустошей Хаоса - Клинт Ли Вернер

Шум битвы затих, эхо отзвенело металлом и теперь разносило лишь стоны умирающих и карканье падальщиков. Багровый туман набухал, вздымаясь, словно движимый невидимым ветром. Клубы тянулись к холму, на котором в одиночестве стоял Тейогтей.

Каган запретил кому-либо из своих приближенных стоять рядом с ним. Какое бы существо ни выползло в его Владения из Пустошей, он встретится с ним один. Если он победит, это усилит его мощь в глазах вождей, еще крепче свяжет их его волей. Если он падет, то, пусть даже если тысяча воинов падет вместе с ним, это не будет иметь значения. Тейогтей допустил только, чтобы четыре сотни курган, стоявших у подножия холма, провели разведку боем, выступив против чудовища. Если четыре сотни не остановили монстра, то этого не сможет сделать никакая смертная армия. Тейогтей не отправил бы свою орду в бессмысленную мясорубку. И даже если бы он мог уничтожить чудовище ценой своей армии, он не заплатил бы эту цену, потому что в этом случае победа не будет иметь никакого значения. В этом случае у него останется лишь одно желание — пасть под клинком чудовища.

Собиратель Черепов — такое имя носила эта тварь. Это имя являлось в кошмарах колдунов и провидцев, имя предвестника Кхорна, избранного палача Кровавого Бога. Собиратель Черепов оставил за собой шлейф разрушений во Владениях Тейогтея — вырезанные деревни и руины замков. Империя кагана оказалась под угрозой уничтожения, и даже не из-за самого Собирателя Черепов, а из-за ужаса, который он посеял в народе. Если Тейогтей хочет сохранить свою власть, он не позволит, чтобы народ боялся чего бы то ни было сильнее, чем своего царя.

У подножия холма багровый туман откатился назад, отступая, словно уносимый призрачными конями. Когда туман рассеялся, под мрачным небом стояла одинокая фигура. Тейогтей с удивлением обнаружил, что его противник не демон, не уродливое чудовище из гибельных ям Пустошей. Фигура была вполне человеческой, но с таким человеком никогда раньше не сталкивался даже каган. Высокое, мощное тело было заковано в пластинчатую стальную броню, окрашенную в цвет запекшейся крови, рваный плащ из шкуры какого-то демона ниспадал с плеч, голову покрывал железный шлем с забралом в виде черепа. Огромные ветвистые рога поднимались по бокам шлема, их зазубренные бронзовые отростки венчали черепа — знаки Кхорна. В сравнении с потоками злобы, исходящей от одинокого воина, даже ярость Кровопийцы казалась детской обидой.

Царь попытался рассмотреть что-нибудь в прорезях череполикого забрала, чтобы увидеть человека за железом, но его взгляд встретил только тьму. Дрожь страха пробежала по телу воина. Тейогтей знал, что перед ним Собиратель Черепов, и впервые за все время всерьез задумался: можно ли уничтожить такого врага? Может ли что-нибудь одолеть такую чистую, всепроникающую ненависть?

Собиратель Черепов на мгновение замер, давая врагу возможность оценить себя. Потом его голова медленно поднялась, уставившись на Тейогтея. Голос воина, вырвавшийся из-под забрала, был похож на скрежет стали о кость.

— Гибель, — провозгласил Собиратель Черепов. — Гибель пришла к предателям.

Воин поднял оружие — широкий клинок с зазубренными лезвиями, черный, словно осколок полуночи. Тейогтей увидел лица, вопящие под черной поверхностью клинка, души поглощенных, корчащиеся в муках. Каган посмотрел на свой меч, и в его голове зародилось новое сомнение. Между этими мечами чувствовалось некое родство, но этого не могло быть. Ни человек, ни демон не смогли бы выковать другой подобный клинок.

Тейогтей отбросил свои страхи. Он — каган Тейогтей, величайший военачальник, возвысившийся из тонгов, самого могущественного народа, когда-либо приходившего в мир. Ни один враг никогда не побеждал его в бою и никогда не победит. Люди могли нарушать свои обещания, но слово бога было вечным. Кем бы ни был Собиратель Черепов, какая бы сила ни направляла его, он умрет на острие Кровопийцы и станет еще одним шипом в Кровавой короне.

— Гибель? — усмехнулся Тейогтей. — Я не боюсь гибели. Ты думаешь забрать мою жизнь? Знай, что каган Тейогтей не может пасть в бою! Обет Кровавого Бога защищает меня, и Кхорн не отступит от своего слова! Гибель? — рассмеялся царь в лицо умолкшему врагу. — Разве что твоя гибель, тварь! С ужасным Собирателем Черепов здесь покончит мой Кровопийца!

Едва каган произнес эти слова, как враг пришел в движение. Со скоростью, которую Тейогтей счел бы невозможной, воин в кровавой броне помчался вверх по склону холма, сапоги Собирателя Черепов бороздили камни, словно стальные когти. Тейогтей прыгнул навстречу противнику, и Кровопийца, описав огненную дугу, встретился с черным мечом Собирателя Черепов. Рука царя задрожала от напряжения, трепет прошел по его костям. Он инстинктивно отпрянул, и Собиратель Черепов молниеносно воспользовался этой заминкой. Бронированное плечо ударило Тейогтея в грудь, отбросив на несколько шагов, и только невероятная реакция военачальника позволила ему устоять на ногах.

Черный меч устремился в голову царю, и, пока он разрезал воздух, завывания пленных душ во тьме клинка вцепились в разум Тейогтея. Скорее инстинктивно, чем обдуманно, он парировал удар, и его кости снова содрогнулись, когда алый клинок встретился с черным. Два меча застыли сцепившись, когда два бойца изо всех сил пытались вырваться из хватки друг друга. Наконец Тейогтей почувствовал, что его силы начинают таять, что невероятная мощь Собирателя Черепов берет верх. Царь лягнул его сапогом в колено, пытаясь сбить с ног. Этот жестокий удар несомненно сломал бы кости более слабого соперника.

Однако необходимой цели Тейогтей достиг. На миг Собиратель Черепов отвлекся, и в этот момент царь высвободил Кровопийцу, отпрыгнув назад прежде, чем враг успел нанести новый удар. Воин в череполиком шлеме набросился на венценосца, острие его черного меча царапнуло по лакированной броне. Красный дым потек от пореза, и ноздри Тейогтея наполнила тошнотворная вонь. Ему не хотелось даже думать о том, какое разрушение может причинить даже небольшой порез, если это оружие коснется плоти. И снова давно забытый страх взвыл в его голове.

Словно почуяв этот страх, Собиратель Черепов снова атаковал, направив черный клинок в грудь Тейогтея. Царь поспешно блокировал атаку, но Кровопийца оказался пойман под неудобным углом и зажат между черным клинком Собирателя Черепов и нагрудником Тейогтея. Венценосец отчаянно сопротивлялся невероятной силе воина, но собственное оружие оборачивалось против него самого, натиск грозил сломать руку. Тейогтей взревел от боли, когда лакированные пластины стали раскалываться под Кровопийцей и его собственный клинок начал вгрызаться в плоть хозяина.

Дикая боль подхлестнула Тейогтея, заставив собрать все силы. Взвыв, словно дикий зверь, каган вырвал Кровопийцу из своей груди и отбил