Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

Барон в рассказе, тем временем, защищался отважно и доблестно. От ударов мечей сыпались искры, от грома ударов пролетающие мимо чайки падали замертво. Несмотря на, вроде бы, равный бой, проклятому головорезу удалось потеснить барона к краю пристани. Ещё несколько шагов – и край! Вот барон сделал ещё один шаг назад. Вот ещё. И ещё. Остался последний шаг до края.

Женщины на рынке молитвенно сложили руки на груди, мужчины стиснули кулаки и зубы. Каждый искренне переживал за исход боя. Промша сделал вид, что переводит дух.

Барон на мгновение оглянулся назад и понял, дальше отступать некуда! Теперь можно только наступать! И барон ринулся в атаку! Меч в его руках уже невозможно было рассмотреть: только сверкающие, размытые полосы, с гудением окружавшие барона со всех сторон. Злодей опешил! Он не ожидал, что барон может быть так искусен в бою на мечах! Теперь стал пятиться назад лиходей!

В двадцати шагах позади него оказалась стена хранилища для зерна. Негодяй пятился назад, не замечая препятствия. И, наконец, оказался прижатым спиной к стене! Отступать было некуда! И сдерживать натиск барона кровопийца уже не мог! Не успевал мерзавец отражать молниеносные и разящие удары!

Поганец бросил свой меч на землю, упал на колени и взмолился о пощаде! Наконец-то подданные барона вздохнули с облегчением! Они не представляли, до какой мерзости может дойти человек! Потому что, когда барон приблизился к поверженному противнику, тот выхватил из-за голенища сапога острый нож, мгновенно вскочил на ноги и со всего размаху ударил барона ножом прямо в живот!

В толпе слушателей, некоторые из которых начинали уже радостно улыбаться, словно грянул гром с ясного неба. Сперва оглушительная тишина, а потом тонкий женский вой с причитаниями. У всех женщин на глазах заблестели слёзы. Мужчины сурово потупились. Промша тоже скорбно опустил голову. Но, тут же вновь вскинул её.

- Провидение хранило барона! – радостно закричал он и толпа неверяще уставилась на него, – Судьба была милостива! Нож негодяя попал в широкую металлическую пряжку на ремне, скользнул в сторону и не причинил господину барону никакого вреда!

Если бы вы слышали, какими радостными криками разразилась толпа! Как будто не меня судьба уберегла, а их самих! Если верить рассказу Промши, разумеется.

Толпа ликовала, орала и смеялась. Некоторые прыгали от радости. И только один старик, стоящий ближе к рассказчику догадался спросить:

- А со злодеем-то что сделалось? – и толпа мгновенно затихла.

- Повесили! – беззаботно махнул рукой Промша, – Озверели все вокруг от его окаянства и повесили! Хотя сам господин барон просил подождать. Дескать, может он благородных кровей, может, его вешать нельзя, а надо голову рубить, как благородному! Только подданные барона ждать не стали, схватили подлеца, накинули ему верёвку на шею и вздёрнули! А воин Щерба от имени всех сказал, что, дескать, может этот подлец раньше и считался благородным, но подлым поступком своим он сам себя из числа благородных господ вычеркнул! Не достоин он, меча! Только верёвки!

- Ну, и правильно! – проворчал старик, который спросил про злодея, и толпа вновь разразилась радостными криками.

Я вам так скажу: если вы хотите рассказать какую-то новость, чтобы её все узнали, как можно быстрее – расскажите её на рынке! Дня не пройдёт, как её будет знать весь город, от мала до велика, во всех подробностях! И в самых нищих кварталах и в самых богатых дворцах. Потому, что на рынок ходят все. Кто-то за покупками, кто-то побираться, кто-то воровать. Но, ходят все. И все слушают новости. А такая новость незамеченной не останется ни при каких раскладах.

Вот поэтому я бодро заявил королеве, что завтра обо мне будет говорить весь дворец. Ну, ещё бы! Спаситель королевства от неведомого вражьего вторжения! Как же такому титул графа не присвоить? Особенно, если об этом сама королева похлопочет!

А если король захочет проверить, то как он это сделает? У меня же все концы в воду! Корабли сгорели, наёмники утонули. И король, ещё слушая ошеломляющие новости, сразу поймёт, что проверить никаким образом нельзя. Поэтому и проверять не будет. Смекнув про себя, что, раз я могучий колдун, то без колдовства в битве не обошлось. И, поэтому, сердить меня не нужно. Что ему, титула жалко? Не жалко ему титула для хорошего человека. Тем более, если за него королева просит. Потом и он может в ответ попросить королеву о чём-нибудь таком-этаком. И королева отказать не посмеет.

Эпизод четвёртый-6

- Пойдём-ка, Кляк, на цирк поглядим, – как всегда, хмуро предложил Колдун.

- Что за цирк? – с натугой спросил я.

Ой, только вот не надо этих вопросов: «почему с натугой?». Можно подумать, что вы не догадались! Ну, конечно, шёл очередной процесс обучения. Колдун выпустил на меня стаю псевдоразумных пчёл, а я должен был от них защититься. Творить разрешалось только щиты, только деревянные и только по размерам не превышающие саму пчелу. Когда я первый раз иронично хмыкнув сотворил необозримого размера мегащит, весь состоящий из малюсеньких щитов, наподобие сот, Колдун почесал в затылке и добавил условие: расстояние между щитами должно быть не менее пятикратного размера щита.

Теперь пришлось чесать репу мне. А пчёлы уже летели. Тогда я насадил кучу мелких щитов на рейки, рейки раскрутил с впечатляющей скоростью и устроил что-то вроде мясорубки из щитов. А что? Щиты маленькие, расстояния между ними большие. Всё как сказано в условии. А то, что щиты не могут вращаться, Колдун не предупреждал!

Колдун дал мне подзатыльник и сказал, что можно защищаться только щитами, а не вентилятором. И, что слишком хитрые ученики могут схлопотать крупные неприятности на свою… ну, тут он выразился неприлично.

Я сотворил щиты и разместил их на требуемом расстоянии. Смазав настолько едкой дрянью, что пчёлы, подлетая, падали замертво в самом прямом смысле слова. А те, что поумнее, сломя голову бросились наутёк.

Колдун разозлился и сказал, что расправа близка. Постучал согнутыми костяшками пальцев по моему лбу и спросил, разрешал ли он творить что-то кроме маленьких деревянных щитов? Ах, нет?! Откуда же взялась на щитах эта гадость?!

Я вновь почесал репу. Затем структурировал пространство, так, чтобы была ячеистая форма, при том, чтобы размеры ячеек были бы ровно в пять раз больше размеров пчелы. Ну, и щита, соответственно. А затем с пулемётной скоростью в каждой ячейке стали появляться маленькие щиты, каждый раз в