Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

— Нет.

— В таком случае, мы вынуждены применить силу… — королевские рыцари и солдаты выхватили мечи.

— Не советую. Не только не выполните приказ, но можете лишиться жизни. Неохота драться с вами…

Глава посланного королем отряда сошел с седла, опустил меч и приблизился к Дику, став перед ним на одно колено.

— Король приказал нам доставить вас в замок. Если мы вернемся с пустыми руками, то в любом случае лишимся жизни или свободы. Для нас лучше погибнуть в бою, чем быть казненными как предатели. Мы не можем покрыть свои семьи позором. Покорнейше прошу вас, рыцарь, следовать за нами… Иначе битвы насмерть не избежать, а нам, поверьте, этого тоже не слишком хочется.

Дик смотрел на склонившегося перед ним сильного, закаленного в битвах королевского рыцаря.

— Если служите беззаконию, должен пожалеть вас? Ладно. Сражаться с вами не буду. Но и добровольно не пойду. Хватайте, пожалуйста! Вам же ничего не стоит напасть на мирного странника, — Дик отошел и сел под деревом, удобно прислонясь спиной к стволу и выжидательно глядя на королевских посланников: — Дальше.

— Вы непременно хотите унизить нас, рыцарь, — старший в отряде угрюмо поднялся с колен.

— Мне действительно интересно. Каков хозяин, такие и слуги. Хочу знать заранее, чего ждать от вашего короля. Что же вы стоите? Выбираете, оглушить меня сейчас или связать спящего? Какой способ более достойный с вашей точки зрения?

Говоря эти дерзкие слова, Дик незаметно поглядывал по сторонам. Шагах в десяти он заметил переход. Встал, демонстративно повернулся спиной к преследователям и, не торопясь, пошел прочь.

— Вы позволяете себе оскорбить нас, — скрипя зубами и глядя поверх деревьев, сказал другой рыцарь помоложе. — Не обижайтесь, если и мы поступим с вами не слишком вежливо! Взять его!

Дик не дошел до спасительного перехода три шага. Его схватили за плечи и потащили обратно, к свободной лошадке, дожидавшейся гостя. Связали впереди руки и помогли подняться в седло. Главный королевский посланник взял повод лошади гостя.

— Я прошу у вас прощения, рыцарь, — снова поклонился он.

— Не за что. Обычные правила гостеприимства, не так ли?

— Я обязан выполнить волю короля. Это мой долг. Вы сами нас вынудили… — отряд выехал на дорогу и помчался галопом в королевский замок.

Король пожелал говорить с Диком наедине. Видя из окна, как подъехал отряд и как один из солдат снял веревку с рук гостя, его величество сразу понял, что разговор легким не будет.

— Прошу вас, присядьте, господин рыцарь, — король указал на кресло, стоящее напротив трона.

— Постою. Дальше.

— Присядьте, — мягко настаивал король. — У вас усталый вид. Можно подумать, вас доставили сюда из подземелья после многих дней страшных мучений. А я уверен, с вами пока обращались вполне доброжелательно.

— Вполне. Дальше.

— Наслышан о вашем несговорчивом характере, — улыбнулся король. — Я хотел бы видеть вас своим гостем. Но если вы желаете стать моим пленником, как угодно. Моя дочь всего лишь хочет познакомиться с вами, рыцарь. Это преступление? Почему вы заранее так категорично настроены против?

— Хотела бы познакомиться, приехала бы сама, а не присылала солдат, — резко ответил Дик. — Я свободный человек и принадлежу только своей дороге. По какому праву вы притащили меня сюда?

— Вас пригласили…

Дик засмеялся:

— Приглашение предполагает возможность отказа, ваше величество. Говорите прямо, что надо?

Король исподлобья быстро глянул на Дика. Вероятно, ему трудно говорить прямо с незнакомым мальчишкой.

— Понимаешь, у меня единственная дочь, наследница и отрада. Ее мать умерла пять лет назад. Вероятно, я слишком балую Веренику, но не могу ни в чем отказать ей. Она слышала о тебе. Давно мечтала поиграть с тобой… Для этого ты останешься на некоторое время здесь, в замке.

— Я не игрушка королевским детям! — вспылил Дик.

— Да не кипятись ты, — по-домашнему отмахнулся король. — Бесполезно. Всё равно будешь делать то, что дочка захочет. Если ты обидишь ее, пожалеешь! Не хочу угрожать, но палач у нас в замке мастер.

— Верю.

— Ну, что тебе стоит? — умоляюще вздохнул король. — У тебя ведь в запасе вечность, тебе всё равно! А моя девочка будет рада. Это ведь ненадолго. В конце концов, что для тебя год или даже десять… Побудь в замке, пока Веренике не надоест эта затея. Или пока она не вырастет. Тогда ей станет не до тебя.

— Значит, — Дик медленно, тяжело дышал, его сильно задели слова короля, — если могу прожить тысячу лет, мое время кажется вам ничего не стоящим? Ошибаетесь! Призвание рыцаря важнее забав вашей доченьки. Ей не достанется ни день, ни год, ни сто лет моей жизни!

Взгляд короля налился свинцом абсолютной власти. У привыкших повелевать, всегда портится настроение, когда они слышат "нет".

— Ты своим бессмертием не козыряй, — зашипел он, наклонясь к Дику поближе. — У меня достаточно сил, чтобы доказать его условность!

— Дочка расстроится. Слишком боитесь этого.

— Да, — признал король. — Это крайнее средство. Но я могу устроить тебе такой горячий прием, что ты будешь молить о смерти. И не получишь ее. Или ты будешь нашим гостем, или тебя будут держать здесь силой, пока не наскучишь принцессе. И потом, неважно, неделя пройдет или несколько лет, тебя не отпустят, а отправят в подземелье, потому что Вереника любит, когда старые игрушки всегда под рукой. Она может вспомнить о тебе в любой момент или не вспомнить никогда. Соглашайся добром.

— Чтобы согласиться, должен одновременно совершенно не дорожить своей жизнью и слишком бояться ее потерять. Как это по вашей логике сочетается? — удивился Дик.

Король больше не желал слушать. Он вызвал стражу и приказал отвести странника в комнату для самых почетных гостей, ту, которая без окон. Дик ожидал камеры в подземелье, но его отвели в башню. Крошечное окошко размером с бойницу там всё-таки светилось. Под самым потолком. Добраться до него по круглой стене невозможно.

— Вам ни в чем не будет отказа, рыцарь, — передал ему стражник распоряжение короля. — Но ваши покои всегда будут строго охранять, и передвигаться по замку вы сможете только в сопровождении стражи.

Дик усмехнулся и сказал, что так обычно говорят барышням галантные похитители. А ему как-то привычнее кандалы и приказы не давать еды и воды.