Фантастика 2026-158 - Максим Арх

нанесением удара по четвёртой нетронутой группировке противника, что окружала лес с юга, возникла проблема. Точнее сказать — не проблема, а нюанс… И даже не нюанс, а можно сказать — нонсенс.

Подлететь-то мы туда подлетели, но вот «контрагентов» там обнаружить не удалось.

— Ничего и никого не вижу, — произнесла Анна. После чего обратилась к Галине Ивановне. — А ты мам?

— Нет. — Покачала головой женщина, смотрящая в большой монитор куда транслировалось изображение с камеры и хмыкнула: — Может быть попрятались в траве, или в оврагах?

— Но автомобили-то они спрятать так быстро не могли. К тому же их было много — там машин пятнадцать ехало сюда, — удивился я и стал вертеть камерой.

Когда понял что ничего и никого обнаружить не могу, включил тепловизор. Но и это не принесло результатов.

Аня тоже водила камерой на вверенном ей дроне, пытаясь обнаружить противника. Но, к всеобщему удивлению, этот самый противник, который по всем расчётам должен был быть в лесу, как в воду канул.

И тут неожиданно оказавшийся рядом с матерью Ваня, негромко произнёс:

— Вон машинки вдалеке едут.

Мы удивлённо повернулись и посмотрели на него. Он показал пальцем на монитор и повторил:

— Вон, вон — одна и вторая за ней… И ещё…

Я присмотрелся, но рассмотреть толком ничего не смог — в углу экрана были лишь какие-то мелкие размытые пиксели.

Анна не стала ждать моей команды, а тут же стала увеличивать фокус камеры.

И уже через пару секунд увидев картинку, она прошептала:

— Уезжают…

И точно! Изображение достаточно чётко для того, чтобы его разобрать, показывало, как немецкая колонна на всех парах мчит. Но не к той части лесного массива, которую, судя по всему, она должна была прочесать, а совершено в противоположном направлении — улепётывая восвояси.

— Наверное, по рации предупредили, — предположила Галина Ивановна.

— Наверно… Но, так дело не пойдёт! — недовольно хмыкнул я и тут же скомандовал: — Аня, давай за ними и держись головной машины!

Девушка без разговоров повела «Алый» на перехват. Я же последовал за ней ведя более медленную, более гружёную, но более смертоносную «Сотку А».

Как только дрон девушки догнал колонну, она обратилась ко мне:

— Николай, я над ними. Бери управление, а я октокоптер поведу.

Но на это я лишь покачал головой.

— Нет времени. Первые машины уже вот-вот приблизятся к деревне. Поэтому, атакуй ты.

— Я? — испуганно посмотрела на меня девчонка.

— Ты! — Подтвердил я, а потом, увидев, что она хочет мне возразить, рявкнул из-за всех сил, на которые был способен: — Боец «Краса»! Отставить споры! Немедленно выполнять приказ!

— Хорошо, — произнесла та, сглотнув ком в горле.

И я её прекрасно понимал. Ей, несмотря ни на что, всё ещё тяжело было решится на это. Но мы находились на войне, и она была не просто красивой девушкой, а в первую очередь красноармейцем, который борется с врагом. К тому же, я понял, что сейчас подходящий момент, чтобы Аня прошла крещение огнём.

Конечно, мне было очень жаль ломать её юношескую и добрую психику, втягивая в самую настоящую войну со всей грязью, болью и кровью. Но выхода у меня не было. Мне, нам, как воздух нужен был полноценный второй оператор дрона. И не только для помощи в операциях, но хотя бы для того, чтобы в случае, если со мной что-то случится, отряд не остался полностью безоружен и беспомощен. Одним словом — нам нужен был второй дроновод.

И этот дроновод, рождался именно сейчас!

Видя напряжение Ани и её нерешительность, дал совет более мягким голосом:

— Кидай с упреждением. Прикидывай так, чтобы в тот момент, когда мина достигнет земли, мотор или кабина грузовика оказались на том месте.

Она кивнула, чуть добавила беспилотнику скорости, а затем ни слова не говоря активировала сброс. Мина со свистом ушла вниз…

«Бабах!» — через пару секунд раздался взрыв, который уловил микрофон дрона. В тот же момент грузовик вздрогнул.

Девушка немного промахнулась. Боеприпас не попал в сам автомобиль, а разорвался возле левого колеса. И этого хватило с лихвой. Мчащаяся на всём ходу машина резко завалилась на бок и закувыркалась в кювет.

Аня сразу же сбросила вторую мину на грузовик едущий следом. На этот раз боеприпас разорвался в кузове и брезент загорелся. Очевидно, осколки ранили или убили водителя потому что «Опель» в ту же секунду стал снижать скорость и вскоре остановился, совсем перекрыв дорогу.

Видя препятствие, вся колонна начала останавливаться, вероятно, ещё не успев понять, что происходит. Но длилось это не долго, потому что прибывшая на поле боя «Сотка А» стала объяснять им это при помощи пятнадцатикилограммовых «разъяснителей», которые чётко и громко говорили, что на советской земле мерзким карателям не рады и ловить им тут кроме смерти больше нечего.

Несмотря на то, что утро было прохладным, для нечеловеческих сверхчеловеков оно явно таковым не было, а казалось крайне и даже чрезмерно жарким. Вероятно, они подозревали что доблестные «миномётчики», готовят их бренные тела и чёрные души к адской температуре преисподней, но отчего-то покидать наш мир не стремились, а наоборот всячески пытались убежать, куда подальше, чтобы оттянуть момент отправки в чертоги.

И это «подальше» в их видении было деревней, что находилась совсем рядом. Однако дорогу им преградил самый натуральный облом в виде «Бэшки», которую к этому времени успела подвести Анна.

Она доложила, что на месте, и хотела было протянуть мне пульт.

Но я остановил её сказав:

— Ты привела дрон, ты и работай. — И, видя, что ей всё еще тяжело, напомнил: — Вспомни, что с тобой хотели сделать подобные солдафоны. А так же вспомни, что они хотели сделать с твоей деревней и со всеми её жителями!

— Я помню! И никогда этого не забуду! — Ответила девушка, а потом, нажав на сброс, твёрдо добавила: — Смерть гадам!

Как только весь боезапас был израсходован, наши «птички», в который уже раз за это бесконечный, то ли день, толи ночь, толи утро, немедленно рванули на дозарядку всего и вся.

И как только это произошло, как только аккумуляторы были заменены, а боеприпасы погружены и закреплены, тяжёлая работа сразу же продолжилась.

После того как колонны были остановлены, а личный состав карателей убит, ранен и рассеян, мы совершили ещё четыре налёта. В них мы уничтожали ещё неповреждённую технику, групповые цели, а также выявленных офицеров, что не успели спрятаться.

Когда весь запас мин схрона был израсходован, я поменял батареи на «Ашке», прикрепил к ней люльку и поочередно вернул на