Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

И теперь внучка выглядела крайне смущённой и не знала, что мне ответить.

Но в конце концов она что-то для себя решила и твёрдо заявила:

— Больше такого не повторится.

И впрямь, я тут же почувствовал, когда она нащупала ближайшего разведчика-лягушку и к нему подключилась.

Вот только если бы она сделала это раньше, то наверняка уже поняла бы, кто именно ворует наши артефакты.

И я рассчитывал, что больше она не забудет про этот важный для некроманта навык и начнёт чаще его использовать.

Внучка была очень талантливым и способным магом, но то, что она почти всегда практикует свои навыки рядом со мной, иногда становилось минусом для её обучения. Сначала она забывала об опасности, бросаясь на врагов сломя голову, потому что была уверена в том, что я спасу её от любой угрозы.

В конце концов, побороть это ей удалось только после того, как пару раз она оказалась в крайне затруднительном положении. Например, в муравейнике, где им с Кирой крупно повезло, что всё закончилось хорошо.

Но если теперь Ольга стала гораздо более осторожна, то оставались и иные проблемы. Она продолжала слишком рассчитывать на меня в других вопросах, забывая о том, что и сама может справиться не хуже.

Впрочем, я относился к этому философски. Главное, что моя наследница обучаема и не наступает на одни и те же грабли много раз подряд. Максимум, парочку раз.

Так что, сделав ей замечание, я не стал на этом зацикливаться.

Тем более что к ловушке уже подбиралась жертва.

К счастью, я сделал приманку достаточно мощной энергетически, чтобы выдрята побоялись на неё клюнуть. Судя по тому, что я видел глазами других разведчиков, все они начали с чего-то попроще. Со слабых артефактов, охраняемых хуже других.

Но их старшая приятельница уже не боялась рисковать, а потому с радостью попалась на крючок.

Подбежав к шкатулке, она дотронулась до неё лапкой и замерла. Лапка моментально прилипла, больше не позволяя ей сбежать.

Безуспешно дёрнувшись ещё несколько раз, она пришла в панику и начала жалобно пищать.

А мучать её я совсем не собирался. Так что не стал держать в этом подвешенном состоянии долго и сразу же вошёл внутрь кладовой.

А за мной поспешили девушки.

— И как я только не догадалась! — сокрушалась Ольга, — водная магия… я должна была понять!

— Что это вообще такое? — почти хором удивлялись Белла и Беатриса.

— Водный элементаль, — ответил я.

— Кто-кто? — переспросила Изабелла, но затем мотнула головой, словно решив, что это не важно и хищно уточнила, — на неё действует яд или холодное оружие? Сейчас я до неё доберусь!

Она решительно шагнула навстречу выдрочке, но я её остановил, положив ей руку на плечо.

— Белла, не торопись. Сначала поговорим.

Она нахмурилась.

— Поговорим? А это существо… оно понимает человеческую речь?

— Конечно, — кивнул я, — и даже может отвечать. Особенно теперь, когда у неё нет проблем с энергией.

Я сделал шаг вперёд и обратился уже к элементалю:

— Не волнуйся. Ты помнишь меня?

Выдрочка всё ещё судорожно пыталась вырваться из ловушки, но только без толку тратила силы. Однако, увидев меня, она немного успокоилась. Похоже, узнала.

— Я хочу с тобой пообщаться, — снова заговорил с ней я.

Элементаль осторожно кивнула, и её звериная форма начала расплываться и увеличиваться в размерах, чтобы собраться в новый облик. Как и в прошлый раз, когда она пыталась меня поблагодарить, выдра приняла образ полупрозрачной девушки, полностью состоящей из воды.

Но в отличие от первой нашей встречи, теперь она поддерживала эту форму и говорила с нами практически свободно. А её речь журчала словно ручеёк.

— Я помогла тебе, — сказала она, — зачем ты захватил меня силой?

Изабелла вспыхнула словно спичка:

— Ты ещё спрашиваешь зачем⁈ Ты воровала в этом замке и издевалась над охраной! А теперь строишь из себя невинность!

Элементаль слегка склонила голову набок.

— Воро… вала? — переспросила она.

Белла готова была снова наброситься на неё с обвинениями, но я остановил её жестом, а затем пояснил для всех девушек сразу.

— Не стоит подходить к разговору с магическим существом, используя человеческую логику.

Словно подтверждая мои слова, девушка-выдра продолжила:

— Ты предложил мне дар. Я взяла. А потом нашла здесь много даров. Обрадовалась.

— Дар — это то, что отдают добровольно, — пояснил я ей, — ты же начала брать без спроса.

В её синих глазах плескалось непонимание:

— Я думала, можно. Нельзя?

— Конечно, нельзя! — снова не сдержала возмущения Изабелла, — эта крепость теперь принадлежит роду Веласко, как и всё, что в ней находится.

— Не понимаю, — ответила выдрочка.

За неё пришлось пояснить мне:

— У элементалей нет понятия собственности. Для них это всё — просто мир. Общий для всех.

— Тогда надо ей объяснить? — предположила Ольга.

Я покачал головой.

— Она всё равно не поймёт в полной мере.

— Тогда что же делать? — спросила Белла, — заточить её рядом с этой ловушкой навечно?

Услышав это, элементаль опять задёргалась:

— Нельзя! — крикнула она, — нельзя держать силой!

— Это было бы чёрной неблагодарностью, — внезапно встала на сторону выдры Ольга. — Именно она помогла нам проникнуть в крепость.

— Успокойся, — снова обратился я к пленнице, — мы тебя отпустим. Но придётся принять наши правила. И не трогать магические вещи без разрешения.

— Так тоже нельзя, — отозвалась она, — это вкусно. Необходимо для нас.

— Я не поняла, — уточнила Беатриса, — она сейчас честно сказала, что продолжит воровать, если мы её отпустим?

— Она даже не знает, что такое воровать, — ответила ей Ольга.

Ну наконец-то, хоть кто-то кроме, меня начал понимать суть.

Изабеллу же посетил другой вопрос:

— А почему ты раньше ничего отсюда не брала? — спросила она у выдры.

— Голодно, — грустно отозвалась элементаль, — не могли отойти от силовой линии. Не знали, что здесь еда. Много-много лет голода. Почти умирали.

— Теперь мне её жалко, — расчувствовалась Беатриса.

Глава Кастильо даже промокнула глаза платочком, собрав на себе удивлённые взгляды девушек.

Тем, конечно, тоже стало жаль элементаля, несмотря на то, что ещё минуту назад они были готовы порвать её на куски. Но всё-таки наши суровые воительницы не привыкли к таким смелым проявлениям чувств.