Фантастика 2026-55 - Александра Шервинская

с девчонками расселся на шконках, а для гвардейцев призвал два стула из инвентаря. А чтобы нам не мешали, заклинил механизм двери заклинанием малой печати, выставив его на восемь часов. Удобная в быту штука.

Хорошенько отужинав и познакомившись поближе, мы всей компанией завалились спать. Шконки оказались весьма длинные, даже не пришлось поджимать ноги. После вина так хорошо слипаются веки… Покой и умиротворение заполняют душу.

* * *

Печать с двери пришлось снимать второпях, куда раньше назначенного времени. В четыре утра в дверь камеры уже ломились матросы и офицеры, безуспешно пытаясь взломать замки. Они ворвались внутрь срывая с нас одеяла. Хорошо, что я не стал раздеваться. Прямо так, без сапог, меня уволокли на верхнюю палубу. В целом, солдаты и матросы ва-кари действительно были сильнее людей. Вес моего тела они практически не ощущали. Ноги не касались пола. Быстро преодолев расстояние от кормы до центра судна, меня протащили по внутренним помещениям надстройки и впихнули в просторную каюту для важных персон.

Госпожа Тша лежала на полу, не подавая признаков жизни. Над ней склонился встревоженный судовой доктор. Натали, бледнея на глазах, стояла в сторонке. Я сразу понял, что происходит. Высвободившись от захвата, к явному удивлению матросов, я вытолкал их в коридор.

— Чего встала⁈ Никого не впускать!

Сбросив оцепенение, Натали заслонила собой дверной проем.

— Позвольте… — я деликатно отстранил судового лекаря и извлек из инвентаря свое снаряжение.

— Пульс слабый, сатурация… 10%. Хреново!

Я достал лицевую маску и комплект для поддержания дыхания. Всучив доктору прозрачную грушу, показал как ее сжимать.

— Медленно, без суеты. Вдох… выдох. Сильно не давите, можно повредить легкие.

Доктор кивнул и принялся методично, слово в слово исполнять указания.

Первое, что пришло мне в голову — это яд. Задрав платье и рукава, расстегнув корсет, я осмотрел кожные покровы женщины. Затем провел экспресс анализ крови, прочел заклинание определения, которому научился из книг.

— Это не яд, — проговорил я вслух.

Причин такому состоянию может быть множество. От обычного обморока до кровоизлияния в мозг. Делать нечего… пришлось достать планшет и, на сколько это возможно, просканировать мозг. Исследование ничего не дало, что вселило определенные надежды. Тогда я прослушал сердце, легкие, и просканировал внутренние органы. Вот оно!

На экране планшета, в коронарной артерии обнаружился тромб. Хоть госпожа Тша и выглядела не старше тридцати пяти, возраст давал о себе знать. Но как его извлечь? Я ведь не кардиохирург! К тому же, сейчас у меня только одна рука.

— Патрик, ты идиот! — прошептал я под нос. Решение оказалось гениальным в своей простоте. Я деликатно удалил тромб, забрав его в инвентарь, а потом выбросил в кювету. Ткани сердца без кровоснабжения находились относительно недолго и еще не начали отмирать. Некроза планшет не показал. Пульс вскоре восстановился. Пришлось раздеть ее целиком, бегло просканировать основные артерии и вены, чтобы избежать скорого повторения. Но, к счастью, тромбов я больше не нашел. По крайней мере опасных.

Как мог, я застегнул платье госпожи Ринайи и перевернул ее на бок. Потом забрал у доктора грушу. Он молчал, хмуро наблюдая за тем, как я, прощупывая пульс, следил за дыханием.

— Давайте перенесем ее на постель…

Натали, не дожидаясь разрешения, осторожно подняла матушку и уложила на роскошную кровать.

— Это то, о чем я думаю? — наконец спросил корабельный доктор, взяв в руки кювету.

— Это тромб, коллега. Он забил коронарную артерию, вызвав сбой в работе сердечной мышцы и следующие за этим осложнения. Нам повезло, что в крови еще был кислород, иначе, мозг мог уже умереть от его недостатка. Госпожа Тша пережила сильный стресс в Солусе, теперь ей нужен только отдых. Следите за дыханием, если что снова зовите меня.

Я убрал свои вещи в инвентарь и еще раз, на всякий случай проверил зрачки. Они хорошо реагировали на свет, а значит и мозг жив.

— Вы останетесь здесь! Кто бы вы ни были… — приказал судовой медик.

Натали недобро на него покосилась. Но я понял, что она хочет того же.

— Хорошо, так будет даже лучше. Но вы организуете нам чай и чего-нибудь перекусить.

— Выполнять! — теперь приказ доктора адресовался уже команде. — Очистить помещение! Доложить капитану!

Через двадцать минут, на столике у кровати уже стоял чайный сервиз и сладости. Дыхание госпожи Тша оставалось ровным, пульс стабилизировался.

— Что с матушкой? — осторожно спросила Натали.

— Спит. Страшное уже позади. Удивительно…

— Что именно? — доктор задумчиво прогуливался по каюте.

— Магия этого мира. Я удалил тромб при помощи обычного инвентаря. Просто забрал его и все… Так просто. Без разрезов и наркоза.

— Если бы госпожа скончалась, меня бы казнили, — проговорил он. — Я ваш пожизненный должник, господин…

— Патрик, — представился я.

— Семион Орней, — поклонился доктор. — Будем знакомы.

— Расслабьтесь, выпейте чаю, — предложил я. — Волнением вы ничего не измените.

Вскоре послышались шаги и, постучав по открытой двери, в каюту вошел капитан эсминца. Выслушав сжатый доклад судового доктора, он обратился ко мне:

— Кто вы такой?

Капитан был суров и грозен. Его телосложение производило противоречивое впечатление. Подогнанный по фигуре мундир, подпиленные по-армейски рога. Серая кожа, рубленные черты лица.

Я встал на ноги, оправился и решил представиться по всей форме.

— Патрик Георг Бремер, герцог Армантье. Регент принцессы Нантири. Ну, если верить бумагам.

— Человек? Регент⁈ — он покосился на Натали. — Ваше высочество?

— Это действительно так, — подтвердила она. — Вы знаете его как наместника Тарсиса, капитан.

— Вас… поместили в карцер? Я немедленно накажу виновных! — капитан отдал честь.

— Не стоит! Нам было уютно. Главное, что не выкинули за борт, остальное — мелочи.

Поняв, что зла я действительно не держу, капитан немного выдохнул.

— Капитан первого ранга Саул Хорт, к вашим услугам! — представился он. — Простите за это досадное недоразумение, господин регент.

— Патрик. Можно наместник. Так привычнее, — улыбнулся я протягивая руку.

— Прикажете подготовить каюты для вас и ваших спутников?

— Как долго мы будем в пути, капитан?

— Суток двое — трое. Зависит от ветра.

— Завтра, капитан. Решим все завтра. А пока я побуду здесь, с ее превосходительством.

— Как будет угодно! С ней… все будет хорошо?

— Мы с доктором проследим за этим, — заверил я.

Взяв под козырек, капитан развернулся на