"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

и перенести Сортавалу подальше от берега. Но спешить с этим не стоит. Вдруг, вода схлынет. Что касается свеев, то кажется разумным их просто не тревожить. Ведь рано или поздно они сюда приплывут, так зачем дёргаться?

Вот я и не дёргался, посвятив значительную часть свободного времени работе над ошибками: чуть ли не по часам расписал на бумаге все прошедшие дни, заострив внимание на приказах и действиях генерала Платова, перечисленных в одной колонке, а в другой — что бы я сделал на его месте. В третьей же проставил отметки, догадался бы сам о правильных вариантах, или понимание пришло лишь позже. Оказалось, что во многих случаях не догадался бы. Да и разве можно ожидать иного от прапорщика, ушедшего в запас чуть ли не за полвека до перехода? Мы академиев не кончали! Впрочем, не всегда действия или замыслы Платова оказывались правильными, так что не стоит сильно себя корить за несообразительность.

Пока я занимался самокопанием, группа лейб-гвардейцев бродила по Сортавале в поисках стреляных гильз, по которым можно предположить, сколько на самом деле было попаданцев, и из какого оружие они стреляли. Не факт, что смогу понять, но попытаться стоило. Ситуация усугублялась не тем, что гильзы могли просто затоптать, а уровнем воды, через который вряд ли что можно увидеть. В результате, наибольшее количество было найдено там, где и ожидалось, — в цитадели. Вывод же, сделанный после осмотра находок, мне совершенно не понравился: патроны из моего родного мира. Почему не понравился? Потому что сложно списать появление попаданцев на случайность. Значит, можно предположить, что имеется какой-то канал для перехода. И главный вопрос даже не в том, где он находится, а кто им управляет!

Впрочем, возможно я просто нагнетаю и в ближайшие годы, скорее всего, не только не столкнусь с неизвестным стрелком, но даже перестану думать о нём. Это же только в пьесах ружьё, висящее на стене, обязательно должно выстрелить, а вот в реальной жизни подобное чаще всего не случается. Так что пора заканчивать с хандрой и, взяв себя в руки, начать думать о насущных проблемах. Например, решить, что делать с Сортавалой, почти на треть подзатопленной.

Вызвал генерала Платова, которого решил побудить как можно быстрее начать принимать глобальные решения.

— Господин генерал-губернатор, каковы ваши мысли о Сортавале?

— Ваше Величие, я думаю, что губернским городом должен стать Анус. Сортавала, конечно, укреплена значительно лучше, так как имеет полноценные каменные стены, но находится в непосредственной близости к будущей государственной границе и никак не подходит для роли губернской столицы. Анус тоже имеет не самое лучшее расположение, но всё же. Как вариант, могу предложить строительство нового города, но сие дорого и потребует много времени.

— Значит, Анус, — задумался я. — Пусть так. Вот только название мне не нравится. Даже местные называют его Алнусом, стыдясь официального. Признаюсь, я подумывал переименовать его в Ханнус или в нечто подобное в честь моей безвременно погибшей супруги, но передумал.

— Раз так, Ваше Величие, то почему бы не согласиться с местными? Думаю, они будут только рады.

— То есть, город переименовать в Алнус, а губерния будет Алнусовская? Хорошо. Пусть так. Теперь давайте решим, как долго наши роты будут находиться под стенами Сортавалы, и каковы их дальнейшие действия…

Последующие два часа мы обговорили множество проблем, включающие возможное заселение взятого города, восстановления стен, установление будущей границы. И вот когда дошли до обсуждения способов налаживания контактов со свеями, в шатёр зашёл адъютант командующего:

— Ваше Величие, господин генерал, три корабля под свейским флагом показались на юго-западе!

— Союзники решили облегчить нам задачу, — усмехнулся я. — Надеюсь, они увидят российским флаг над крепостью и сдуру не примут нас за карел. Впрочем, свеи могут решить, что враг вздумал их обмануть и тогда их действия окажутся непредсказуемыми.

Через час с кораблей была спущена шлюпка, которая довольно быстро подошла к берегу, и свейский офицер наконец-то оказался в непосредственной видимости.

— Лейтенант Экелунд, генерал! — обратился он к Платову, поскольку я в форме полковника лейб-гвардии сидел чуть в стороне и любовался что-то пишущей за столом Никой, одетой в походный костюм. — Имею приказ от командующего флотилией капитана Гранберга выяснить, солдаты какого государства находятся под стенами Сортавалы, — объявил бравый молодец через переводчика.

— Разве развивающегося российского флага над городской крепостью недостаточно для соответствующих выводов? — удивился Степан Алексеевич.

— От карелов можно ожидать чего угодно.

— Разумно, лейтенант. Может, расскажете, как продвигаются дела у королевской армии? Какие города ею заняты?

— Сожалею, но я не имею для этого полномочий. Мне была поставлена конкретная задача и не могу поделиться никакими сведениями.

— Хорошо, лейтенант, — генерал, мельком взглянул на меня и решил не настаивать. — Но капитан Гранберг или какой иной офицер сможет удовлетворить моё любопытство?

— Не могу знать!

— Хорошо, можете идти, — отпустил Платов офицера, заметив мою гримасу. — Но если вдруг ваш капитан всё же решится сойти на берег, то мы с удовольствием с ним поговорим.

Экелунд отдал честь и, как бы невзначай поглядывая по сторонам, отправился к шлюпке.

— Подождите, лейтенант? — я наконец перестал изображать из себя сидящую статую. — Скажите, что это за украшения в ваших волосах? Подобного в российской нет, вот мне и интересно.

— С кем имею честь говорить? — поднял подбородок Экелунд.

— Полковник лейб-гвардии Холмский.

— Наши предки носили длинные волосы, — начал рассказывать скандинав, — и чтобы те не лезли в глаза, заплетали в косы. С тех времён морским офицерам, исповедующим изначальную религию, позволено иметь одну косичку с закреплёными на ней амулетами.

— Вот как? То есть, верующим в олимпийских богов это нельзя? И много офицеров придерживается древнескандинавской религии?

— Порядочно, — ответил лейтенант и, не посчитав нужным продолжать разговор, отдал честь и направился к лодке.

— Хм… — недовольно поморщился Платов. — Демонстративно показывает, что действуют в чётких рамках полученного приказа.

— Хоть свеи и не совсем германцы, — кивнул я, — но, как говорят, нечто, похожее на орднунг, известно и им.

— Возможно, — с сомнением произнёс генерал. — Странно, что лейтенант не попытался получить от нас больше сведений.

— А зачем? Он и так увидел многое, да и не по чину ему расспрашивать вас, или меня. Если его капитан решится на беседу, то тогда и спросит. Странно, другое — я