"Звездный Патруль-2. Компиляция. Книги 1-12 - Артем Лукьянов

преодолевая многочисленные помехи, выхватили 2 фигуры, появившиеся из аварийного люка сверху. Их блеснувшие экзо-костюмы попались на «глаза» ближайшему «Кочевнику». Оба в скафандрах тоже все видели. Они закрепились и прыгнули. Петра до глубины поразила их отчаянная смелость. Что им пришлось пережить за эти циклы неумолимого сближения с «Пастью Блупа»? Смог бы он так же решиться на прыжок в гравитационную преисподнею? Само название Черной Дыры не было чем-то с потолка взятым. Эта гравитационная бездна даже внешне очень походила на пасть жуткого центаврского чудовища, что повстречали первые колонисты сотни лет назад в бескрайних океанах Би-Проксимы. Тогда они окрестили монстра Блупом из-за его непропорционально огромной пасти и низкочастотного неприятного звука, похожего на бульканье. Весьма подобные гнетущие, сводящие с ума, негромкие, но монотонные, давящие на мозг «звуки» излучала сейчас эта Черная Дыра. ИИ крейсера, ради заботы об экипаже, самолично приглушал их.

Первый «Кочевник» едва не упустил фигурки с «Буревестника» в налетевшем вихре космической пыли и обломков. Тем временем начался неконтролируемый распад межзвёздного шаттла. Оба смельчака, прыгнувших в «Пасть», приняли единственный верный выбор. Разрушение «Буревестника» прямо у них под ногами грозило непредсказуемым, но гарантировано грустным финалом. Разведывательный бот «нырнул» в гущу пылевого вихря и перехватил их, зафиксировав очередной связкой тросов. Сам «Кочевник» из-за всех этих маневров столкнулся с крупным камнем и вмиг лишился одного ускорителя. Его стремительно увлекло навстречу бездне, где он вскоре распался на фрагменты в ярких и мимолетных вспышках. Нужно было торопиться, потому что отсчет шел на минуты, если не на секунды. Тряска самого «Оберона» усилилась, а ИИ объявил о прохождении точки невозврата и совершенной невозможности покинуть гравитационное притяжение «Пасти Блупа», используя всю силу и мощь имеющихся ускорителей. Петр посмотрел на Веска и взмахом руки успокоил его, но не успокоился сам. Он рисковал сильно. Он это знал. Еще ни разу в своем противостоянии «стихии» он не заходил настолько далеко, настолько глубоко. Внутри зашевелился проснувшийся, словно ото спячки, липкий и сковывающий действия страх. Петр глубоко вдохнул и до боли, до хруста в костяшках, сжал пальцы за спиной. Сердцебиение стремительно участилось, но автоматика экзо-костюма тут же ввела успокоительное. ИИ, словно издеваясь или в отместку за то, что был отстранен от управления, включил обратный отсчет до распада крейсера на фрагменты.

– Убери это! – тут же приказал Петр голосом и, повернувшись к синту, пояснил, максимально сдерживаясь:

– Этих минут нам хватит… Просто отсчет будет сильно отвлекать.

Синт кивнул. Его лысое ровное без-морщинистое лицо не выражало никаких волнений. Лишь только глаза суетливо бегали по своим орбитам в поисках, наверное, хоть каких-то логических объяснений, а их не было, просто не могло быть. По всем физическим законам крейсер уже приговорен к «съедению» вместе с теми двумя, на время обретшими надежду на спасение. Петр искоса в шлеме с открытым забралом наблюдал за поведением Веска.

«Может ли он, этот искусственный человек, чувствовать такой же страх? Может ли он понимать или хотя бы догадываться, что я блефую? Что наше существование теперь под большим вопросом? Что я ничего не контролирую, но опираюсь лишь на совершенно голую ничем неприкрытую импровизацию? Что у меня есть всего лишь одно решение, даже не решение, а ставка на «зеро», и единственная попытка ее сыграть?». Капельки пота на своем лице и спине Петр успел почувствовать до того, как их нивелировали подсистемы экзо-костюма.

«Господи! Я ж все это делаю, потому что поверил этой чудачке с Парпланда! Какой ужас! … Нет! Не только! Потому что я – офицер Звездного Патруля! Потому что все мы едины, одна семья, и все друг за друга до конца!». Тело Петра превратилось в натянутую струну. Одно непроизвольное движение могло спровоцировать панику и выход всей ситуации из под контроля. «Соберись! Шанс есть! Просто ИИ его не видит! Не может видеть!».

Петр не тратил время впустую. Он мысленно приказал крейсеру ускориться, как только обе спасенные фигурки в серебристо-серых скафандрах достигли шлюзовой. Его сейчас не волновало, где представитель Парпланда, решив для себя, что обе спасшиеся фигурки – это несомненно те самые пропавшие офицеры Патруля. Он не мог ни о чем больше думать, кроме как о том, чтобы все сделать в точности, иначе о спасении из «Пасти Блупа» можно забыть.

«Оберон» стремительно приближался к неизбежному концу. Дистанция с отставшим теперь, распадающимся и вспыхивающим в местах разломов «Буревестником» ему была нужна только лишь для возможности сыграть единственной ставкой на «зеро» – для удара из нейтронной пушки. Как только он ее достиг, совершил доворот крейсера в сторону шаттла и незамедлительно выстрелил. Каждая секунда промедления могла стоить уже воистину фатальных последствий не только по расчетам ИИ, но и в самом деле. К усиливающейся тряске крейсера добавилась едва заметная на ее фоне вибрация.

Нейтронный заряд по сильно исказившейся траектории ударил прямо в покинутый «Буревестник», вызвал еще одну гравитационную воронку, которая сжала шаттл, как лист фольги, до миниатюрного комочка и сразу же схлопнулась. «Оберон» по кривой траектории еще ближе потянуло к, казалось, теперь уже неминуемой гибели. Однако последовавшее пространственное расширение гравитационной волной оттолкнуло крейсер от «Пасти Блупа». Корабль тряхнуло так, что Петр не удержался и присел. Его, бывалого капитана, едва не вырвало прямо внутрь скафандра. Раздался неприятный скрежет. Тряхнуло так сильно, что и Петру пришлось даже задействовать магниты на перчатках для удержания всего тела на месте. Подключившиеся на максимум разгонные ускорители в нужный момент добавили тот самый недостающий импульс и смогли вырвать крейсер из гравитационных тисков «Пасти Блупа». Ставка на «зеро» сыграла. «Оберон», скрепя и сжимаясь, как какое-то старое межзвездное корыто, натужно завывая и хрипя, покинул опасную зону. Запредельная перегрузка вызвала нарушение целостности конструкции корабля. ИИ тут же доложил об этом. Распад крейсера по причине нарушения условий эксплуатации готов был вот-вот начаться, но вовремя подключился активный контур, который нейтрализовал разгерметизацию. Однако без потерь не обошлось. Повреждения многочисленным мусором, камнями и запредельным гравитационным воздействием нейтронного заряда получили маневровые и фронтальные ускорители, которые Петр специально подставил под удар, зная, что этого все равно не удастся избежать, а на разрывание цепи с «Пастью Блупа» они не повлияли бы.

Крейсер вытащил их. Нано раствор активного камуфляжа спас от фатальных разрушений, а многочисленные рем-боты уже готовились покинуть свои ячейки и приступить к ремонту вышедших из строя систем. Опасность миновала, хотя от гибели они были буквально на волоске. Впервые за этот полет Веск улыбнулся, хотя улыбка эта была настолько глупая и идиотская,