Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

Он вежливо поклонился ей, потом кивнул присутствующим и чеканным шагом направился ко мне. Нет он не предложил руки, не позвал и ничего не сказал, он просто грубо схватил меня за плечо и потащил за собой к выходу. Каштанововолосый направился следом, а остальные «гости» остались в храме. Массивные двери бесшумно раскрылись перед нами, граф шел не останавливаясь, а я, как собачка на поводке, тащилась рядом. Врожденное любопытство требовало оглянуться, посмотреть, как выглядит храм снаружи, но боль в разбитой коленке и плече, за которое тянул меня своими стальными пальцами этот монстр в человеческом обличье, не располагали к ознакомительным экскурсиям, поспеть за его широким шагом было трудно, а учитывая боль, вообще невыносимо.

Двор, покрытый брусчаткой, показался мне просто огромным, и, боясь споткнуться, я смотрела больше под ноги, чем на окружающий пейзаж, успев заметить только необычный для меня оттенок неба и сумерек: если на Земле они сгущались от голубого к синему, то здесь небо было насыщенного зеленого цвета и создавалось ощущение, будто я передвигаюсь под водой, в толще какого-то водоема. И, то ли сказалась впечатлительность натуры, то ли так оно и было на самом деле, но мне стало трудно дышать, голова закружилась, а к горлу удушающей волной подкатила тошнота. С огромным усилием я вырвалась и остановилась, хватая открытым ртом воздух. Граф попытался схватить меня снова, но был мягко отстранен каштанововолосым.

— Погоди, Рай.

Он на мгновенье заглянул мне в лицо и провел рукой вдоль тела от шеи до желудка, не прикасаясь, только намечая движение, мне мгновенно сделалось легче, тошнота ушла, но дышать все равно было тяжеловато.

— В твоем мире другой состав воздуха, — констатировал он. — Сейчас это неприятно, но вскоре дискомфорт пройдет, организм перестроится. − он продолжал внимательно смотреть в глаза, и мне почудился в его взгляде зрачок сканера. Наверное, именно так, не отводя взгляд, можно просветить весь организм насквозь…

— Тебе тяжело дышать? Скажи, на глаз он отличается от того, к которому ты привыкла?

Судорожно вздохнув, я кивнула. Странно, но в помещении храма дышать было намного легче.

— У нас воздух прозрачный, его не видно вообще, небо слегка голубое, а здесь я чувствую себя как под толщей воды: воздух тяжелый, вязкий, давит и еще он зеленый, — пожаловалась я.

Маг рассмеялся. В том, что он — маг, теперь у меня не было никаких сомнений, ну не зря же я перелопатила кучу фэнтезюшных книг! Стереотипы сработали, да и состояние он мне подправил мгновенно.

— Идем в замок, там тебе будет проще… — сказал он и кивнул в сторону неподвижно стоявшего рядом графа. — В комнате можно немного изменить состав…

И… он словно отключился, глаза потухли, шаг стал мерным, «ушел в себя и не вернулся», — подсказало мне больное чувство юмора избитую фразочку. Больше не тошнило, идти я смогла без сдавливающих плечо клещей (в виде пальцев черноволосого) и даже кинуть несколько взглядов на возвышающийся впереди замок. Хотя, откровенно говоря, храм тоже был частью замка, просто отстоял от него, наверное, не менее чем на километр, а окружала все это великолепие или безобразие — как посмотреть, — огромная стена с башнями и зубцами. Больше ничего я разглядеть не успела, так как мы вошли в огромные резные двери. А за ними… Ну, я ожидала увидеть огромный холл с ответвлениями коридоров или, на худой конец, бальный зал, но неожиданно оказалась в узком помещении, перегороженном свисающей сверху решеткой. Сейчас она не заперта, но в случае осады, видимо, была в состоянии задержать врагов…

Наверное, я устала от впечатлений и потому спокойно последовала за своими провожатыми. За узким коридором, который еще дважды перегораживали разного вида преграды, открывался тот самый, ожидаемый мной, холл. Выдержанный в темных тонах, он был залит светом множества свечей, но все равно углы и потолок скрывались во тьме. Из сумрака выступил мужчина с седеющими висками и безупречной выправкой.

— Седрик, — обратился к нему граф. — Проследи, чтобы всех гостей отправили по домам, желающих остаться быть не должно, но если вдруг кто-то особо упрямый тебя не послушается, - он внимательно посмотрел на дворецкого, - припугни гневом Вораса и грубым нарушением приличий.

Седой Седрик кивнул, явно понимая, о ком говорит хозяин, и вновь отступил в тень. Мы же продолжили путь.

— И ты уверен, что это сработает? — услышала я вопрос мага.

Мужчины шли впереди, и я прекрасно слышала их беседу.

— В случае с Седриком — уверен.

Мне показалось или в его голосе действительно проскользнуло уважение? Как-то не вязались в голове его образ и нормальное человеческое отношение.

— Способ опробован?

— О, и не раз! — теперь граф откровенно смеялся. — Не знаю точно, что он говорит, но после подобных откровений все меня обходят стороной еще долго, при этом ни единого пятна на репутации, только уважения добавляется…

— Боюсь, не уважения, а страха, — усмехнулся «каштановый», а второй только равнодушно пожал плечами.

Мы довольно долго шли по замку, и если бы мне, даже спасая собственную жизнь, пришлось искать выход, боюсь, я так и умерла бы в лабиринтах этих коридоров, залов и галерей. Наконец-то мы пришли в жилое крыло. Почему я так решила, не знаю, но что-то подсказало, что здесь живут люди, то ли стало немного теплее, то ли запах жилья, а не стылых залов, защекотал мне нос, – не знаю, но я расслабилась.

И верно, за одной из дверей мы оказались в комнатах, больших, вычурных, заставленных громоздкой мебелью, но жилых. Граф остановился перед одной из дверей, что выходили в уютную гостиную, и она, как и все предыдущие, бесшумно открылась перед ним.

— Здесь будет твоя комната, — лаконично произнес он. — Отсюда не выходить!

Я вопросительно приподняла бровь, но вытянуть еще пару слов не удалось, а вступать в диалог с человеком, которого, как мне показалось, бесит один мой вид, не хотелось. На выручку пришел маг.

— Выйдешь — заблудишься, − улыбнулся он. — Прислугу пришлю — покажет, что и как.

Моего ответа они не ждали, развернулись и ушли, а я осталась в одиночестве перед открытой дверью.

Комната была просторной. Огромная кровать стояла в дальнем углу, как будто она кому-то мешала и ее отодвинули в сторону, ибо совсем не вписывалась в интерьер. Но,