Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

Пришлось перейти на более простой способ связи. Теперь улавливал только базовые инстинкты: «Враг!», «Опасность!», «Еда!», «Отдых!», «Боль!» Они передавали эти сигналы мгновенно и чётко, без лишней нагрузки на мой и без того измученный разум. Оставалось лишь понять, от какого маленького засранца это исходит.

Лес вокруг казался другим. Я видел его не только своими глазами, но и через восприятие пауков. Каждый шорох, каждое движение отзывалось в сознании, словно удар колокола. Пауки улавливали малейшие вибрации, замечали любое изменение в окружающем пространстве.

«Враг!» — пришёл сигнал от передовой группы, и я напрягся. «Еда!» — изменилась оценка. Это оказался всего лишь заяц.

Вот так, экспериментируя со своими новыми питомцами, мы добрались почти до нашего особняка. Пару раз встретился огнелис, но мои «ребята» с ним справились. К концу маршрута я уже шёл сам.

Окинул взглядом территорию особняка. Люди в чёрной форме СБИ повсюду, среди них мелькают военные мундиры. Отлично, всё идёт по плану.

Весть о моём возвращении разлетелась мгновенно. «Господин вернулся!» — крики передавались от человека к человеку, как волна.

Витас, услышав новость, рванул ко мне. За ним, как стая воронов, устремилась группа СБИ. Лейпниш сиял от радости и возбуждения. Я протянул руку для приветствия, но вместо рукопожатия он рухнул на колени:

— Мы поймали! Как вы и говорили.

— Магинский! — из группы преследователей вырвался Горбачёв, его лицо побагровело от гнева. — Ты ослушался приказа императора?

Глава 17

Поднял Витаса с колен, чувствуя, как дрожат от усталости руки. Тело молило об отдыхе, желудок требовал еды.

— Магинский, я с тобой разговариваю! — лейтенант подступил ближе. — Ты ослушался и пошёл…

Улыбнулся, ощущая, как невидимые пауки занимают позиции вокруг сотрудников СБИ. Вот только дайте мне повод, я вам тут устрою.

— И что же я сделал? — уточнил спокойно. — Пошёл воевать со всеми родами сам? Один? — обвёл рукой территорию. — Мои бойцы ведь здесь.

Горбачёв менялся в лице, жилка на его шее запульсировала сильнее.

— Это неважно! Только благодаря нам твои люди не последовали за тобой.

— Разве? — изобразил удивление, хотя каждое слово давалось с трудом. — Витас, я приказывал нападать на кого-то?

— Нет, господин! — Лейпниш выпрямился.

— Вот видишь.

— А где же ты был? — процедил Горбачёв сквозь зубы.

— Бегал! — сказал чистую правду, чувствуя, как паучки реагируют на растущее напряжение. — Охотился. Вот, глянь, лейтенант. Видишь, сколько мешков с тварями?

— На «вы» со мной! — он попытался придать голосу властности.

— Это ты другим говори, — хмыкнул в ответ, игнорируя пульсирующую боль в рёбрах. — Сам со мной на «ты» перешёл. Тем более ты сейчас на моей земле, проник без разрешения.

— Что? — лицо лейтенанта налилось кровью.

— Заметил людей из города, которые приезжали и уезжали, — продолжил я, краем сознания отмечая сигналы беспокойства от пауков. Твари чувствовали нарастающую агрессию. — Так вот, все в Енисейске уже знают, что ты второй раз проникаешь на землю аристократа без его ведома и когда его нет, — давил голосом на мужика.

— Ты!.. — губы лейтенанта затряслись, на шее вздулись вены.

— Уж не знаю, что там император скажет, — продолжил я, чувствуя, как пауки готовы к атаке. Мне пришлось их сдерживать, — но вот роды по всей стране такого хамства не потерпят. Монголы нападают, а монарх пользуется доверием и преданностью, подсылает людей забрать земли… Ох, чувствую, это действительно может вызвать бунт в государстве.

Горбачёв дрожащей рукой выхватил револьвер, направив его мне в грудь. В то же мгновение воздух наполнился лязгом взводимых курков. Мои люди и СБИ целились друг в друга. Никто не желал уступать.

— Император мне ничего не приказывал! — выплюнул лейтенант. Его рука с револьвером подрагивала, выдавая нервозность.

— Тем более, — хмыкнул я, наблюдая, как Витас пытается закрыть меня собой. Магия льда уже текла по каналам, незаметно проникая в механизм оружия Горбачёва. — Ты совсем уже берега попутал, мужик. Или форма жмёт?

От пауков пришёл сигнал тревоги. Они чувствовали нарастающую напряжённость. Я поморщился от ощущения, что инстинкты начинают ими управлять. Некоторые чуть не вцепились в идиота.

— Ты связался со мной и сказал о своих планах! — всё никак не сдавался Горбачёв. Пот катился по его лицу, несмотря на прохладный воздух.

— Свидетели? Реальная угроза? А их нет, — сплюнул я под ноги, чувствуя, как лёд уже заполняет ствол револьвера. — Есть лишь твои слова, подозрения и факт нарушения моих прав.

— Да я тебя сгною на рудниках! — взвёл курок мужик. Металл скрипнул, покрываясь изморозью изнутри. — Ты использовал обратный кристалл. За это тебя не спасёт… ничего!

— Ну, давай, — сделал шаг навстречу, игнорируя протестующий стон измученного тела, — если силёнок хватит… Флаг тебе в руки и барабан на шею! Витас, слушай мой приказ. Как только эта продажная шайка свалит, мы выдвигаемся на Зубаровых, а следом на остальных.

Горбачёв нажал на курок. Грянул выстрел, но вместо вылетевшей пули револьвер разорвало в его руке. Осколки металла, смешанные с кровью, брызнули во все стороны. Витас уже дёрнулся вперёд, закрывая меня.

— Стоять! — гаркнул я, чувствуя, как от крика отозвались болью все раны разом.

Лейтенант с воем схватился за искалеченную руку. Его лицо побледнело, когда он увидел торчащие из ладони осколки, покрытые инеем. Пауки среагировали на запах крови, их возбуждение передалось мне волной острого голода.

— Слушай сюда, гнида! — шагнул к Горбачёву, давя подступающую тошноту. — Ты бросил мне вызов. Сам или император — мне плевать…

Люди в чёрной форме застыли, не зная, как реагировать. Их командир только что попытался застрелить земельного аристократа на его собственной территории.

— Если он допустил, чтобы такие идиоты работали на службе… — голос звенел от едва сдерживаемой ярости. — Считай, что только что ты своими действиями разорвал мой договор с монархом. Объяснять ему будешь сам.

Все продолжали стоять и просто смотреть. В воздухе повисла звенящая тишина, нарушаемая лишь стонами Горбачёва.

Вот это я представление устроил! Как пропал Дрозд, нужно было искать новый способ обезопасить себя. И, кажется, я его нашёл.

Окинул взглядом застывших людей в чёрной форме. Война не объявлена, против