Моя космонавтика и другие истории - Леонид Каганов

* * *

Дженни сидела в кресле, скрестив ноги. Перед ней лежал мой старенький ноутбук, она копалась в интернете.

– Слушай, вообще пипец, – вдруг сказала она. – Извини, другого слова нет.

– Что там?

– Госдума обсуждает вопрос установки счетчиков на канализационных трубах! Хотя нет, стоп… Пресс-секретарь тыры-пыры такая-то… успокоила журналистов, объяснив, что… Ага, ну слава богу, пишут: законопроект не коснется самих жилых помещений! Вот перечислено: только государственных учреждений, предприятий, офисов… – Дженни замолчала, продолжая шевелить губами. – Хотя нет, коснется! А также санузлов, принадлежащих жилым помещениям в квартирах граждан.

– Это где такое? – спросил я устало.

– Да это везде! – Дженни подняла глаза. – Если конкретно – ленту новостей ТАСС читаю. Просто подряд. – Она снова уткнулась в экран: – В Кемерово неизвестные угнали тепловоз. Епископ брызнул в лицо журналистке расплавленным оловом. В Москве проезд по улице Обручева с сентября станет платным. Иран объявил… Ого! Иран объявил войну Египту и Венгрии! Командующий ВВС США заявил… – Дженни замерла с открытым ртом. – Стоп, это я вообще читать не буду. Вдруг оно от нашего внимания запускается? Так и нас с тобой разбомбят…

– За два дня не успеют, – возразил я. – Нам осталось-то два дня продержаться.

– Британские ученые обнаружили на орбите… – снова начала Дженни. – А нет, пустяки. Президент России подписал указ о повышении пенсионного возраста до семидесяти пяти… Тоже ерунда. В Павлово охранник госпиталя… Чушь собачья. Стоп! В Павлово охранник госпиталя ФСБ прострелил пациенту здоровую ногу из-за брошенного окурка.

– Чего? – насторожился я.

– Дело закрыто за отсутствием состава преступления. – Дженни подняла на меня глаза: – Слушай, я не могу больше! Не могу!

– Успокойся, – сказал я, присаживаясь рядом и обнимая ее. – Надо просто потерпеть. Понимаешь?

Дженни всхлипнула и кивнула.

* * *

– Все! – сказала Дженни, едва переступив порог, и со злостью швырнула сумку с тетрадями в темноту коридора.

Загремели падающие ведра.

– Ну ладно тебе… – Я обнял ее и поцеловал. – Что опять стряслось?

– Четвертый день! – всхлипнула Дженни. – Четвертый уже пошел! А оно только хуже!

– Где?

– Да везде! – Дженни топнула ножкой. – Везде! Ты не видишь?

– Вижу, но терплю, – вздохнул я. – Сегодня даже в институт не пошел. А у тебя что нового?

– Ничего особенного! – с вызовом сказала Дженни. – По закону божьему на нашем курсе будет не зачет, а курсовая. Выдавали сегодня темы, мне досталось «Мощи ли молочные зубы». Я не могу больше!!! Не могу!!!

Я решительно кивнул:

– Дженни, давай съездим в госпиталь? Ну, извинимся, что убежали, спросим, что делать. Одежду, опять же, может, отдадут.

– Мобилку, – кивнула Дженни. – Мобилку особенно жалко. И наушники.

Госпиталь почти не изменился. Только перед зданием теперь стояли два автобуса: второй был зеленый – с расплющенной мордой и без лобового стекла, зато с уцелевшей табличкой «ЗАКАЗНИК-2». Профессор возился внутри, вывинчивая что-то из кабины. Он был хмур, наше появление его не удивило, но и не обрадовало.

– Вы за деньгами? – спросил он с ходу. – Денег не будет. Вы убежали, мы так не договаривались.

– Послушайте… – начала Дженни.

– Не будет денег! – упрямо повторил профессор. – Нет у нас сейчас денег. Нету. Нам Рустама пришлось отмазывать, нет денег.

– Да не нужно нам ваших денег! – крикнул я с отчаянием. – Скажите просто, когда это кончится? Когда нас отпустит?!

Профессор удивленно посмотрел на нас.

– А я вас и не держу, – сказал он. – Зачем вы мне нужны? Поднимайтесь на пятый, Ксения вам одежду вернет. Ну и всего вам доброго.

– А препарат когда прекратит действовать? – спросила Дженни.

– Какой препарат? – удивился профессор. – А, вы про эксперимент, что ли? А все закончилось.

– Да не закончилось же! – закричали мы хором. – Он же не отпускает!

– Кто? – изумился профессор.

– Препарат!

– Вы с ума сошли? – Профессор отложил отвертку и вытер замасленные руки об халат. – Это плацебо.

– Что?!

Профессор заговорщицки подмигнул и сообщил доверительным шепотом:

– У нас нет никакого препарата. У нас и лаборатории уже давно нет. Просто есть проект, есть финансирование, и начальство требует отчетов. Так что мы пока проводим вторую половину эксперимента. Чтобы отчитаться хотя бы на пятьдесят процентов.

– Какую вторую половину? – не понял я.

– Контрольная группа, – объяснил профессор. – Вы ж медики, должны знать: в любом эксперименте половина испытуемых – контрольная группа. Они принимают не препарат, а просто воду. Вот это вы и были.

– Так значит… – опешил я, – не было никакого препарата?

– Не было, – подтвердил профессор. – Я ж вам сразу намекнул, что никакого действия на ваш организм не будет. Помните? Правду я вам не мог сказать, потому что какой же тогда эксперимент? Но воду-то в стаканчики я набирал прямо при вас из крана. Или вы не обратили внимания?

Я замолчал потрясенно. Дженни тоже молчала.

– Так что же это получается? – наконец произнесла она одними губами. – Нас теперь уже никогда не отпустит?

Март 2012

Москва

Масло

Вадим Петрович выдернул из пачки новый лист белоснежной бумаги и занес над ним маркер, как нож. Бумага лежала на столе, готовая к своей участи. Заныла печень. Вадим Петрович отшвырнул маркер, положил на лист громадную желтоватую пятерню, секунду помедлил, а затем резко скомкал листок и щелчком отправил его на пол. Там уже лежало несколько десятков белых комков. Вадим Петрович долго смотрел на них.

– Вот! Буттер! – наконец провозгласил он в тишине кабинета, вынул носовой платок и бережно протер лысину. – Буттер! Очень хорошо.

Он деловито взял маркер, выдернул из пачки новый лист, но замер.

– Хрен там, – сказал Вадим Петрович. – Не поймут. Русское надо. Надо-надо-надо… – Он постучал маркером по листку. – Василек! Бред. Лесное! С какой радости? Луговое! Опять. Йо-о-оханный… – Вадим Петрович натужно потер мясистыми пальцами багровые пульсирующие виски. – Надо что-то новое. «Новое»!

Вадим Петрович размашисто вывел на весь лист: «Новое». Задумался. Скомкал бумагу и отправил ее на пол.

– Вечернее. Утреннее. Луговое… Вот привязалось! Замкнутый круг. Масло «Замкнутый круг»!

В писклявом хохоте затрясся лежащий на столе мобильник и поехал, жужжа, к краю.

– У аппарата, – сказал Вадим Петрович.

– Алло! Вадим Петрович! Это Скворцов! – хрюкнуло в трубке. – Докладываю: ну, как бы первый цех реально пущен! Со вторым как бы маленькая проблема. Ну, там канализация не это, короче, стоки надо как бы по уму делать. Я как бы сейчас говорил с водоканалом…

– Стоп! – рявкнул Вадим Петрович. – Я должен выслушивать все это?

– Ну, как бы отчетность, – растерянно сказала трубка. – Возникли незапланированные как бы финансовые…

– Ты крадешь мои деньги?

– Нет!!! Я потому как бы и…

– Тогда какого рожна ты крадешь мое время? Рассказываешь про каждый гвоздь?