Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

состояние, но и не нищета. Пошлина была делом святым. Чиновник порта, тот самый в красном камзоле, уже ждал у форта. Десять процентов — двести тридцать фунтов — ушли в королевскую казну сразу, золотыми эскудо и серебряными реалами. Но губернатор сэр Томас Модифорд, как всякий умный правитель, требовал “подарка”. Хэмфри знал ритуал. Из остатков добычи выбрали самое ценное: небольшой сундук с искусно сделанными фигурками из золота внутри, двумя десятками изумрудов из Новой Испании и бутылкой настоящего французского бренди, которую испанцы везли для своего вице-короля. Всё это упаковали в чистый холст, перевязали красной лентой и отправили с двумя матросами в резиденцию губернатора на холме. Подарок был не слишком щедрым, но и не скупым — ровно такой, чтобы Модифорд закрыл глаза на “Морского призрака” и не стал задавать вопросов, откуда именно взялся груз. К вечеру, когда солнце уже висело низко над заливом и окрашивало воду в цвет расплавленного золота, вся команда собралась в таверне “Весёлый висельник”. Это было трёхэтажное деревянное здание на углу Чёртовой и Королевской улиц, с вывеской, где висел нарисованный скелет в треуголке и с кружкой в костлявой руке. Внутри пахло так густо, что воздух можно было жевать: дым от трубок, пролитый ром, жареное мясо, пот и дешёвые духи шлюх, которые уже кружили вокруг столов, как мухи над мёдом. Пол был усыпан опилками и песком, чтобы легче было собирать кровь после драк. Потолочные балки почернели от копоти, а на стенах висели старые абордажные сабли и черепа — трофеи прежних капитанов. Олег приказал чётко: “Сначала делёж. Ром — потом”. И, к всеобщему удивлению, никто не ослушался. Двадцать семь человек, (раненые находились в местной больничке и не могли присутствовать) сидели за длинными дубовыми столами трезвые, как монахи на молитве. Многие мрачно жевали табак, другие просто сверлили нового капитана взглядом в ожидании. Для пирата, только что ступившего на твёрдую землю после месяца в море, не выпить сразу — это было хуже, чем пытка. Но доля — святое. Никто не хотел остаться без своей части из-за глупой кружки.

Хэмфри встал у основания стола держа в руках большой кожаный гроссбух, который когда-то принадлежал покойному квартирмейстеру Грэму Линдси. Делёж шёл по старому пиратскому кодексу — простому и жёсткому.

— Сначала раненые! — прогремел боцман. — Джо Потрошитель, покажи список.

Врач Джо, худой как скелет, зачитал:

— Томас “Одноухий” — потерял два пальца, причитается двадцать фунтов.

— Педро “Испанец” — пуля в бедре, ещё не ходит, пятьдесят фунтов.

— Старый Билл — сломана рука, двадцать пять фунтов…

И так далее. Всего на компенсации ушло триста восемьдесят фунтов. Раненые получали свои деньги сразу, наличными, чтобы могли лечиться или, если повезёт, купить себе деревянную ногу у местного столяра.

Остаток — тысяча шестьсот девяносто фунтов — разделили по долям.

Принцип был железный:

— Обычный матрос — одна доля.

— Боцман, штурман и канонир — полторы доли каждый.

— Капитан — две доли (иногда три, но Олег решил не жадничать, чтобы не вызвать ропот). Таким образом, одна доля вышла ровно в сорок два фунта и десять шиллингов. Олег как капитан получил восемьдесят пять фунтов. Не бог весть что по меркам лондонского купца, но для человека, который попал сюда из другого времени практически ни с чем, это было — целое состояние. Хэмфри — шестьдесят три фунта. Диего и Бартоло также — по шестьдесят три каждый. Остальные матросы — по сорок два. Монеты звенели на столе, когда Хэмфри раздавал их по кожаным кошелькам. Никто не спорил. Кодекс есть кодекс. Как только последний шиллинг лёг в последний карман, таверна словно взорвалась от шума и криков. Часть команды с диким гиканьем рванула к выходу — кто в “Зелёный попугай”, кто в “Королеву Анну”, а кто прямиком в переулок, где под красными фонарями ждали мулатки и креолки. За длинным столом в дальнем углу остались только четверо: Олег, Бартоло, Диего и Хэмфри. Теперь можно было расслабиться.

— Эй, хозяин! — рявкнул Хэмфри. — Неси нам лучшего, что есть!

Хозяин таверны, толстый англичанин по прозвищу Толстый Боб, лично принёс им поднос с едой. Олег был приятно удивлён лучшему тому, что мог предложить хозяин таверны:

— Жареная свиная нога с ямайским перцем и ананасами — хрустящая корочка, внутри сочная, пропитанная ромовым соусом.

— Свежая рыба-меч, запечённая в листьях банана с лаймом и чесноком.

— Черепашьи яйца, сваренные вкрутую и посыпанные корицей.

— Свежие манго и папайя, только что с дерева.

— И, конечно, выпивка: лучший ямайский ром “Красный дьявол” — тёмный, густой, с привкусом патоки и дыма. Рядом — бутылка настоящего мадейского вина, которое привезли голландцы неделю назад, и кувшин крепкого эля, сваренного на местном ячмене. Запах ударил в нос сразу: сладкий дым рома, пряный перец, жареное мясо и лёгкая кислинка лайма. Олег впервые за много дней почувствовал, как расслабляются плечи, а его желудок был в гастрономическом экстазе, что может наконец принять нормальную пищу. Они ели молча, с удовольствием. Хэмфри обгладывал свинину, Диего аккуратно резал рыбу кинжалом, Бартоло макал хлеб в соус. Ром лился густой струёй, оставляя на языке вкус тропиков и свободы. Когда тарелки опустели, Хэмфри откинулся на стуле и ткнув пальцем в Олега слегка заплетающимся языком произнёс:

— Капитан, теперь послушай старого, морского пса. Ты теперь не матрос. Ты — капитан. А капитан в этом городе не должен выглядеть как последний юнга. У тебя в кошельке восемьдесят пять фунтов. Купи себе нормальный камзол — синий или тёмно-зелёный, с серебряными пуговицами. Шляпу с пером — настоящую, не ту тряпку, что на тебе. Сапоги из хорошей кожи, а не эти развалюхи. И главное — оружие. Без шпаги или сабли ты здесь — мишень. Народ здесь водится всякий. Могут и нож в спину сунуть просто так, за косой взгляд и уж тем более убить, чтобы ограбить, когда увидят, что есть чем поживиться.

Совет был дельный, он кивнул в знак благодарности и сразу расспросил, где можно это всё здесь купить?

Ночь он провёл в портовой гостинице: “Корабельный колокол” — двухэтажном деревянном доме в двух шагах от таверны. Приличных номеров в Порт-Ройале почти не было, но для капитанов хозяин держал “люкс” на втором этаже: небольшая комната с настоящей кроватью (не гамак!), соломенным матрасом, застеленным чистой простынёй, столом, стулом и даже оловянным тазом для умывания. Окно выходило на гавань, и сквозь ставни слышался