Фантастика 2026-84 - Агатис Интегра

— Like vultures, — шепнула Сара. — We're picking his bones. (Как стервятники. Мы обгладываем его кости.)

— Да, — Алексей не остановился. — И благодаря этим костям мы, может, выживем.

***

11:00

Солнечная сторона орбиты. Таймер на рукаве скафандра отсчитывал минуты. Шестнадцать до перехода в тень. Шестнадцать минут до ада.

— Fifteen minutes, — Хироши проверил показатели. — No second chances. (Пятнадцать минут. Второго шанса не будет.)

Температура скафандра: +87°C. Системы охлаждения работали на пределе. Внутри — как в сауне. Пот заливал глаза, но вытереть невозможно.

Алексей уже прикручивал дополнительные крепления к корпусу первого «Союза». Болты от донора, усиленные эпоксидной смолой. Проблема — герметик. Осталось три тюбика. Последний запас станции.

Сара выплыла из шлюза с термосом. Эпоксидка внутри, завёрнутая в мягкую фольгу из космической кухни. Импровизированная грелка.

— Heated to forty degrees. You have maybe two minutes before it crystallizes. (Нагрета до сорока градусов. У тебя может быть две минуты до кристаллизации.)

Алексей схватил термос, открутил крышку. Пар мгновенно превратился в иней, осел на перчатках мерцающими кристаллами.

— Чёрт! Уже застывает по краям!

Сара, с дрожащими руками.

— Он застынет через пятнадцать секунд!

— Грей клапаном. Быстрее! — Алексей прижал аварийный дыхательный клапан скафандра к тюбику.

Тёплое дыхание, единственный источник тепла. Влажный воздух размягчил эпоксидку, но лишь на секунды.

— Ты его сваришь! Слишком горячо! — Хироши работал рядом, устанавливая кевларовые ремни.

— Лучше сварить, чем заморозить к чертям!

Алексей выдавил драгоценный герметик толстым слоем. Размазал по креплению, вдавил болт. Эпоксидка схватывалась на глазах: от жидкой до резиновой, потом до твёрдой. Последняя капля превратилась в янтарный кристалл прямо в тюбике.

— Ten minutes to shadow! (Десять минут до тени!)

Работали как проклятые. Болт за болтом. Крепление за креплением. Каждое усиленно ремнями от скафандров, две тысячи килограмм на разрыв. Должно держать. Обязано держать.

«Внимание экипаж! Улыбайтесь! Работа в команде повышает эффективность на... ошибка... все умрут... улыбайтесь больше!»

— Five minutes! Move! (Пять минут! Двигайтесь!)

Последний болт. Кривой, установленный наспех. Эпоксидка легла неровно, буграми. Но держит.

— Shadow in sixty seconds! Get inside! (Тень через шестьдесят секунд! Внутрь!)

Алексей оттолкнулся от корпуса. Слишком сильно. Полетел по дуге. Хироши поймал его за трос, дёрнул к шлюзу. Сара уже внутри, держала люк.

Влетели за секунду до того, как станция погрузилась в ледяную тень Земли. Температура снаружи рухнула до минус ста сорока. Металл щёлкнул от резкого сжатия. Пистолетный выстрел в тишине.

***

14:00

Модуль Unity превратился в швейную мастерскую безумцев. Парашюты расстелены по всему объёму, оранжево-белая ткань заполняла пространство как внутренности выпотрошенного гиганта. Запах старого нейлона смешивался с потом и машинным маслом.

— Не просто сшиваем, — Алексей держался за схему, расчерченную маркером прямо на переборке. — Строим ступенчатую систему через пиропатроны и стропы. Сложная схема, но это наш шанс.

Хироши завис рядом с расчётами. В руке — калькулятор из прошлого века, чудом работающий.

— Single deployment with twenty percent overweight creates peak load of twelve G. Staged deployment... (Одновременное раскрытие с двадцатипроцентным перегрузом создаст пиковую нагрузку в двенадцать G. Ступенчатое раскрытие...)

Он быстро считал, бормоча формулы.

— First chute takes forty percent load, second thirty-five, third twenty-five. Peak load drops to seven G. (Первый парашют примет сорок процентов нагрузки, второй тридцать пять, третий двадцать пять. Пиковая нагрузка снизится до семи G.)

— Семь G — это всё равно на грани, — Алексей уткнулся лбом в ладонь. Голова раскалывалась от недосыпания.

— Better than broken spines at twelve. (Лучше, чем сломанные позвоночники при двенадцати.)

Алексей начал чертить схему соединений на планшете.

— Три секунды между куполами — и скорость падения снижается поэтапно. Первый купол гасит начальную скорость, второй стабилизирует, третий обеспечивает мягкую посадку.

Хироши кивнул.

— Это даст шанс позвоночникам выдержать. Пик ускорения размазывается по времени.

Сара смотрела на сложную схему соединений, покачала головой.

— And a chance something won't work. Three points of failure instead of one. (И шанс, что что-то не сработает. Три точки отказа вместо одной.)

— У нас есть таймеры от катапульт, — Алексей достал небольшую коробку. — Джек привёз как сувениры. Механические, надёжные. Три секунды задержки — оптимально для нашей схемы.

Джек и его сувениры. «Никогда не знаешь, что пригодится». Даже мёртвый ты нас спасаешь.

Работа закипела. Мария и Анна сшивали края парашютов промышленным степлером. Единственное, что годилось для толстой ткани. Каждый шов проверяли трижды. Нельзя ошибиться.

— Como coser un vestido de novia con guantes de boxeo. (Как шить свадебное платье в боксёрских перчатках.) — пробормотала Мария, промахнувшись мимо края.

Ткань местами была повреждена: микрометеориты оставили крошечные дырки. Их заклеивали специальным скотчем, накладывая слой за слоем. Должно держать. Обязано.

— This is insane. We're sewing parachutes in zero gravity with a fucking stapler. (Это безумие. Мы сшиваем парашюты в невесомости чёртовым степлером.) — Сара распутывала километры строп, плавающих вокруг как щупальца медузы.

— У тебя есть идея получше? — огрызнулся Алексей.

Хироши уже резал кевларовые ремни от запасных скафандров. Каждый выдерживает две тонны. Это будет дополнительное усиление для точек крепления.

— Each strap rated for two thousand kilos. Should hold. (Каждый ремень рассчитан на две тысячи килограмм. Должно выдержать.)

Должно. Может быть. Наверное. Вся наша жизнь теперь — сплошные предположения.

***

Параллельно

В соседнем отсеке Анна и Мария занимались интерьером спускаемого аппарата. Объём для троих должен вместить пятерых. Решение нашли в пенопласте EVA, упаковочном материале для хрупкого оборудования.

— Режем вот так, — Анна орудовала горячим ножом. Пенопласт плавился, источая едкий дым. Вентиляция едва справлялась. — Три внизу, три сверху. Валетом.

Мария примеряла вырезанный ложемент, прижимаясь к нему в невесомости.

— Como sardinas en lata. We'll break ribs on impact. (Как сардины в банке. Мы сломаем рёбра при ударе.)

— Сломанные рёбра лучше, чем смерть от удушья.

Каждый сантиметр на счету. Убрали приборную панель. Оставили только критически важное. Систему жизнеобеспечения урезали до минимума. Кислород только на спуск, без резерва.

Если что-то пойдёт не так, умрём быстро. Милосердие.

— Анна, — Мария остановилась, горячий нож завис в воздухе. — Si no lo logramos... (Если у нас не получится...)

— Получится, — Анна даже не подняла глаз. — Другого варианта