Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

канализацию — одну из бесчисленных вен старого города, по которым текли нечистоты и где скрывались те, кому не место наверху. В основном — бездомные бродяги, не имевшие вообще ни черта.

Решетка была проржавевшей и частично сломаной. Достаточно, чтобы пролезть. Мы пользовались такими ходами раньше, во время ограблений складов, если возникала необходимость уйти максимально незаметно. Правда, это случалось редко.

В канализацию даже «крысятам» лезть неохота. Там можно встретить совсем отчаявшихся бродяг, которые грохнут тебя, чтоб уталить голод. Не буду уточнять, каким именно образом. От одной мысли об этом, мороз идет по коже.

— Канализация? — Лора на мгновение заколебалась, но приближающаяся, истошная сирена быстро избавила ее от сомнений.

— Или Цитадель! Выбирай! — рявкнул я, подталкивая девчонку к покореженной решетке.

Мы вдвоем с трудом протиснулись сквозь узкий проем, сдирая одежду, а кое-где и кожу о ржавый металл и острые края обвалившегося бетона. Даже Болтун недовольно завозился, чувствуя, как его вот-вот расплющит по моему телу.

Едва скользнули вниз, в удушливую темноту, как сверху послышался топот тяжёлых ботинок и раздраженные, полные злости крики.

— Черт! Ушли в нору! В канализацию! Ищите другой вход! Или ждите подмогу с фонарями и газовиками!

— Какая, на хер, подмога⁈ В канализацию не полезем. Надо просто перекрыть выходы и все. Бесконечно они там сидеть не будут!

Мы с Лорой переглянулись и сдвинулись вглубь канализационной трубы.

Сидеть пришлось в липкой, холодной грязи, в темноте, в удушливой вони старых сточных вод, фекалий и разложения. Сверху сквозь трещины сочилась влага, воздух был тяжелым, затхлым и едким. Чертов пепел даже сюда навалил.

Где-то в глубине туннеля раздавалось мерное журчание текущей воды. Единственным источником света был слабый, быстро исчезающий отблеск снаружи, через проем, который сужался по мере того, как мы отползали вглубь.

Я лежал, вжавшись в зловонную жижу, переводя дух. Сердце колотилось как бешенная птица в клетке. Звуки снаружи постепенно стихали, сменяясь лишь отдаленными криками и шумом начинающегося дождя, который барабанил по поверхности над нами. Мы были в безопасности… по крайней мере, от Патруля.

— Дерьмо, — выдохнула Лора, зажимая нос рукой. — Чуть не попались. Спасибо, Малек. Ты быстро сориентировался.

Я кивнул, пытаясь привести в порядок сердцебиение и не вдыхать тошнотворный запах. Спасибо, Малек…Да уж. Знала бы Лора правду.

Вонь была невыносимой, но сейчас это казалось раем по сравнению с перспективой попасть в руки Патруля.

А потом… Потом я вдруг тихо хмыкнул. Еще раз. Хохотнул. И в итоге, не выдержав, просто рассмеялся. Это был слегка истеричный смех, но я просто не мог с собой совладать.

Вот он я, лежу по уши в дерьме. Пацан, в чьей голове поселился какой-то могущественный тип, некромант. Человек, который всего лишь десять минут назад заставил тварь из Безмирья признать свою власть… В дерьме…ну разве это не смешно?

Глава 16

Прошло, наверное, не меньше часа. Даже в моей, скажем прямо, не самой радужной жизни, это был достаточно поганый час, проведенный в липкой, вонючей темноте.

Звуки погони наверху постепенно стихали, удаляясь, рассыпаясь на отдельные выкрики и приглушенный шум дождя, который теперь, кажется, лил вовсю.

Чертовы Синие. Задолбали своими аттракционами водной красоты. Они там радуют богатеев, а Нижний город утопает в пепельной срани. Потому что дождь никогда не прибивает пепел к земле. Наоборот. Он с ним смешивается и мы получаем — два в одном.

Мало того с неба льет без конца, так еще этот поток превращается в мутную грязь, смешиваясь с пеплом. А крыши закрывают лишь некоторые части улиц. Там, где их успели поставить. Потом кто-то очень важный решил, что Нижний город вовсе не нуждается в том же уровне защиты, как Верхний, и на строительство куполов просто забили.

Судя по всему, патруль все же переместился в сторону от того места, где мы находились. Думаю, они решили ждать нас возле ближайших выходов из канализации. А вот сирена еще долго выла где-то вдали, напоминая о том, что чрезвычайная ситуация пока не отменена.

Мы с Лорой лежали, вжавшись в грязь, прислушиваясь к каждому шороху. Болтун тихо сопел у меня за пазухой, его тепло было единственным утешением в этом холодном, мерзком месте. Лора дрожала — то ли от холода и сырости, то ли от пережитого и боли.

Она старалась делать вид, будто чувствует себя хорошо, но я видел по ее лицу, бледным пятном выделявшемся в полумраке канализации, что рана, нанесенная Охотником, причиняет девчонке очень неприятные ощущения.

В какой-то момент прямо над нами, возле самой решетки, послышался приглушенный разговор. Голоса были уставшими, раздраженными.

— Черт бы их побрал, этих уличных «крысят». Вот уж правда, не зря их так назвали. Юркие, хитрые, настырные, как самые настоящие крысы! — это сказал один. Голос был низкий, с хрипотцой.

— Да уж, — отозвался второй, моложе. — Кто ж знал, что тут нора в канализацию есть? Слушай, а мы точно правильно их вычислили? А то, может, шляемся под дождем, как дураки, без толку.

— Правильно. — Отрезал первый. — Информацию, вроде как, слил их вожак. Детишки из уличной банды. Видать, сильно они ему поперек печёнок стали.

— Это, да. Это я знаю. Может, он с местом ошибся? Или детишки были не те.

В голосе молодого слышалась надежда. Ему явно надоело отираться в трущобах Нижнего города, под дождем, возле канализации, из которой прилетали далеко не цветочные запахи.

— Нет. Все нормально. Он маякнул в Цитадель почти сразу, как они свалили. Ну не сам, конечно. Сначала связался с тем, кто у них тут всем заправляет. Черт… Погоняло еще такое дурацкое… Ладно, неважно. Сказал — проверить тупик за углом на перекрестке Проспекта Мира и Ладожской. Когда эта парочка ушла, он отправил за ними «топтуна». А тот видел, куда они нырнули.

Первый помолчал около минуты, а потом, хохотнув, добавил:

— Умные, сука, эти вожаки уличных банд. Сидят себе, жируют за счет детишек, которые им в клювике все блага́ приносят. Я вон разговаривал с нашим Координатором, который с этими бандами контакт поддерживает. Говорит, у каждого вожака в Имперском банке счет, на котором нулей больше чем в нашей годовой зарплате. А если кто-то из детишек начинает себя плохо вести, или догадывается об истинном положении дел, вожаки быстренько избавляются от ненужного балласта. А что? Попал в лапы патруля. Ой, какая досада.

Мужик снова заржал. На этот раз громче и увереннее.