Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

На беду девушку окликнула Келисия. Декан, как обычно, выглядела безупречно, умело балансируя в стиле одежды между бесстыдством и вульгарностью, при этом никогда не изменяя красному цвету. Аромат роз окутал Аду, стоило Келисии приблизиться на расстояние вытянутой руки.

Любезности и улыбка декана не сулили ничего хорошего.

— Я давно хотела с тобой поговорить, — начала она, увлекая Аду вверх по лестнице, на административный этаж.

Девушка увидела в этом знак судьбы и не пыталась сослаться на усталость. Может удастся узнать больше об обете Благочестия, который настоятельно советовала принять ей Эмма? Марк тоже утверждал, что это самый разумный способ получить разрешение на брак.

Но чутье настойчиво подсказывало: впереди расставлена ловушка.

— Ты витаешь в облаках, — заметила Келисия, поняв, что её не слушают. — Несомненное достоинство гарпии, но не в данном случае.

Розовый запах парализовывал волю и убивал в зачатке желание дерзить.

— Я не понимаю, что вы хотите от меня.

— Ничего такого, — пожала плечами огненно-рыжая декан и строго посмотрела на воспитанницу: — Это моя работа — интересоваться успехами подопечных, чтобы каждая в полной мере раскрыла свой потенциал. Тем более на моей памяти среди гарпий зеркальных дев не было.

Ада замечала смущённые взгляды, украдкой бросаемые на них проходящими мимо ученицами. Все знали, что Келисия не жаловала Грекову. Ада и сама была удивлена нежданным вниманием со стороны декана. Между тем, та всё продолжала болтать ни о чём, словно они были подругами или Ада вечно выступала в роли наперсницы декана.

Коридоры административного крыла встретили их молчанием, будто не одобряли слишком резвого щебетания Келисии, рассказывающей о временах своей учёбы в этих стенах.

— Я даже немного завидую тебе, — закончила декан разглагольствования, впустив Аду в свою обитель. Просторный кабинет поразил девушку скупостью обстановки: всё тут дышало аскетизмом, если не считать розовых букетиков, стоявших на столике и тумбе, и живописного вида на парк.

— Вы — мне? — поразилась Ада и тут же устыдилась собственной смелости.

Робкая Пришлая как-то незаметно для неё самой уступила место дерзкой гарпии, не признающей иных авторитетов, кроме тех, что выбрало её сердце. Шесть месяцев жизни в Дольнем мире преобразили её и внешне, и внутренне настолько сильно, что пролетевший на Земле двадцать один год теперь казался мутным сном.

— Именно, — вздохнула Келисия, присаживаясь на старенький, но ещё сохранивший былой лоск диван. — Я бы хотела найти истинную пару и прожить с ней свою жизнь. Это ведь правда, про метки?

Вместо слов Ада в который раз показала клеймо на бедре, чувствуя себя при этом диковинным зверьком в зоопарке.

— Удивительно, — довольно хмыкнула декан и хищно улыбнулась, на миг выйдя из роли заботливой воспитательницы. Актриса из неё была никудышная.

— Так что вы хотите?

— Присядь рядом, пожалуйста.

Ада подчинилась, чтобы побыстрее узнать, зачем она здесь и покинуть эти стены. Но Келисия медлила.

— Расскажите мне всё, что знаете об обете Благочестия? Есть ли побочные эффекты? — осмелела Ада, потеряв терпение от долгих изучающих взглядов декана.

— Хорошо. Но и ты мне помоги. Накануне принятия обета, ты подпишешь моё воззвание к Совету о смещении Эммы с должности ректора. Не читая сути послания.

Выделение голосом слова “ты” Аде не понравилось. Она уже сожалела, что согласилась на разговор и позволила затащить себя в кабинет, даже стены которого, казалось, сжимались и дышали угрозой.

— Эмма достаточно долго занимает пост ректора, — Келисия приняла молчание Ады за согласие. — Она не понимает, что времена Древних безвозвратно прошли. И тормозит развитие Кломхольма.

Декан откинулась на спинку дивана и, положив нога на ногу, продолжила:

— Я уже молчу о том, что она склоняет Пришлых к браку, будто это и есть главная цель женщины. Но ведь это не так, как считаешь?

— Мне сложно судить, — сухо ответила Ада, ища предлог, чтобы побыстрее уйти.

— Ах да, я совсем забыла, что ты решила посвятить себя Драконам и принять обет Благочестия. Будет больно, но если таков твой выбор…

— Да, я хочу этого.

— Отлично, — Келисия грациозно поднялась и отошла к окну. Солнце коснулось её волос, и Аде почудилось, что они ожили и превратились в расплавленную лаву. — Гарпии тоже любят огонь. Я научу тебя, как использовать силу стихии и принять обет почти безболезненно. А за то, что ты якобы предашь ректора, не беспокойся. Она не собирается тебя жалеть. Ты ведь в курсе, что на тебе хочет жениться четвёртый Драк? И что она сама ради него собиралась отказаться от своей благости Богини и стать подобной человеку?

Келисия подошла ближе и взяла Аду за подбородок:

— Сделай правильный выбор, зеркальная.

— Зачем мне принимать ваш сторону, если в итоге я всё равно стану женой другого Дракона? Лучше уж быть одной.

— Всё равно заставят. Из-за имени и сил, заключённых в твоём теле. Но во время процедуры принятия обета можно расстаться не только с ними, но и с жизнью. Об этом мало кто знает. А я помогу. Но только в том, чтобы успешно принять Благочестие, без последствий.

Келисия наконец отпустила жертву, и та поспешила встать.

— Я подумаю, гранда декан.

— До завтрашнего вечера. У нас обеих немного времени. Процедура начнётся при полной луне, через пять суток.

— Я поняла вас, — холодно ответила Ада, ожидая, пока Келисия даст знак, что можно уходить. У девушки было стойкое чувство: её хотят втянуть во что-то грязное и липкое, от которого потом не избавиться. Да и в помощь декана она не верила. Нужна ли ей будет зеркальная дева, связавшая свою судьбу с Драконами? Не проще ли дать ей погибнуть во время процедуры? Бумагу она уже подпишет…

— Надеюсь, — промолвила Келисия, смерив Аду подозрительным взглядом. — Рассчитываю на твоё молчание и разум. Для Эммы ты в любом случае, прежде всего помеха.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

* * *

Эмма который день пребывала в растерянности и печали. Всё валилось из рук и в одночасье сделалось неважным, помехой на пути эмоций, которые жаждали выплеснуться то ли слезами, то ли гневом.

С тех пор, как Тагир открыто объявил о своих намерениях, ректоресса продолжала делать вид, что в их отношениях ничего не поменялось. Она так же делила с ним спальню, вела дела института и занималась устройством судеб своих подопечных.

На её счастье, зеркальная без долгих уговоров согласилась принять обет. Эмма старалась просто наслаждаться своей пока не поменявшейся жизнью, но постоянно ловила себя на мысли, что та ей осточертела, если выражаться языком современных людей.

Земной мир нравился Эмме, она частенько туда наведывалась и бродила среди смертных,