Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

— Его нет. Это место магии, Драконы глухи к ней.

— Кто ты? — спросила девушка, вскинув голову. Аде хотелось, чтобы слова прозвучали смело и напористо, но она понимала: вид поверженной гарпии сейчас был способен вызвать сожаление, жалость, но не страх или уважение противника.

— Я амулет. Изготовлен Лилиан Вилтер для тебя, Ада.

— Помоги же!

— Я могу вернуть тебя обратно. В изначальный мир.

— Нет, я не хочу, — прохрипела Ада, безуспешно пытаясь встать на ноги. Туман придавливал к земле, словно был живым существом. — Ты должен мне помочь справиться с обетом.

— Зачем? Ты всем мешаешь. Пришлой не тягаться с Владеющей магией.

Ада вздохнула и сникла. Всё верно, у неё нет сил и умения, чтобы противостоять Лилиан, понимающей язык животных и плетущей сложнейшие амулеты.

“Амулет!” — усмехнулся голос Эммы, перед глазами мелькнула смешная солнечная рожица с тёмными, приделанными крыльями, как у вороны.

Ада вспомнила резиновую игрушку, утонувшую в ладони маленькой девочки, и выставила руку вперёд. Вырвавшаяся тонкая струйка света ослепила глаза, привыкшие к серому сумраку, девушку словно окатили ведром холодной воды. От ощущения собственной силы хотелось кричать. Свет становился всё ярче и ярче, пока Ада не почувствовала знакомое покалывание в кончиках пальцев рук и в груди.

Туман зашипел, как разогретая плита от капелек попавшей на конфорку воды, и рассеялся. Девушка стояла на зелёном июльском лугу, пьянящем запахом полевых трав, и подставляла лицо и раскинутые в стороны руки яркому солнцу. А вокруг в медленном танце кружили шаровые молнии.

— Ты принимаешь обет Благочестия? — спросила Эмма так, будто ничего не произошло.

— Да, — звонко ответила Ада и рассмеялась. — Я хочу стать частью Марка и принадлежать выбранному мной миру.

— Да будет так, — ответила Эмма. Девушка была уверенна, что ректоресса прячет довольную улыбку.

Свет погас, и Аду снова понесло потоком тёплового ветра, на этот раз вверх.

Глава тридцать третья. Последние тайны

Ада не помнила, как первый раз пришла в себя. Она снова и снова проваливалась в бесчувственную темноту и ненадолго просыпалась, чтобы увидеть то полное тревоги лицо Марка, то Далиду, спящую в кресле у её постели.

Забытьё, похожее на горячку, отпустило на рассвете. Ада очнулась от того, что ей стало холодно. Постель Далиды была пуста и несмята.

Девушка встала и приоткрыла створку, чтобы вдохнуть свежего воздуха. За окном медленно падал снег, укутывая луг белым одеялом зимы.

— Пришла в себя? — послышался за спиной спокойный голос Соль. Ада вздрогнула и обернулась, с удивлением увидев наряд гранды Фрирр. Синее платье с запахом висело на ней балахоном, лицо женщины казалось усталым и немолодым.

Но Ада была слишком взволнована событиями последнего дня, который она помнила, чтобы интересоваться чем-то, кроме самого важного:

— Как прошёл ритуал? Успешно? А где Марк? — от вереницы вопросов закружилась голова, и комната завертелась. Чтобы не упасть, девушка опёрлась на спинку кресла и только сейчас поняла, насколько вымотана.

— Присядь, пожалуйста! Только обмороков мне не достаёт!

Соль помогла Аде опуститься в кресло и хотела отойти, но девушка вцепилась в её руку:

— И Далида снова исчезла, — прошептала она со слезами на глазах. Аде казалось, что череде препятствий и неприятностей уже не будет конца. Стоит взять один барьер, как на пути вырастают три таких же!

— Всё получилось, — мягко ответила Соль и освободилась от мёртвой хватки. — Марк и Далида просто дали тебе отдохнуть.

— Сколько я спала?

— Почти сутки. По мне, так совсем недолго.

Соль обеспокоенно посмотрела на Аду:

— Идти можешь?

— Куда?

— К Эмме, конечно, — почему-то вздохнула Жилка и из маленькой сумки достала костяной гребень. Ада сделала упреждающий жест, означающий: мол, не надо, но Соль его проигнорировала, пояснив назидательным тоном, как маленькой:

— Это придаст тебе сил, расслабься и не дёргайся!

Ада устала сопротивляться, бороться со всеми и каждым в отдельности, она растратила свои казавшиеся бесконечными силы, и те ушли, как вода сквозь пальцы. Хотелось просто закрыть глаза снова ничего не чувствовать, не видеть и не знать.

— Молодец!

Голос Жилки сделался похожим на тихое мурлыканье. Гребень проводил по волосам, с каждым движением возвращая капельку энергии и возрождая огонь в груди и на кончиках пальцев. Аде давно не было так хорошо.

— Я готова! — откликнулась девушка, когда апатия уступила место жгучему желанию жить и действовать, не медля ни секунды.

— Так пойдём!

Ада могла бы и сама найти дорогу в кабинет ректорессы, потому что успела её изучить, как и коридоры замка, но обижать Соль, только что приведшую её в чувство, не хотелось. Должна быть причина, почему Жилка сопровождала её в этом недолгом путешествии на третий этаж.

— Вы тоже Богиня? — спросила Ада, желая прервать неловкое молчание.

— Когда-то меня считали таковой, но ни в одном из миров нет бессмертных.

— Можно спросить, как вы познакомились с Эммой?

— Можно. Только я не очень хорошо помню. Это было слишком давно даже для нас.

Путь оборвался у кабинета Эммы, И Ада пожалела, что он был недолог. Ей столько хотелось спросить!

— Мне надо туда идти одной? — она нерешительно посмотрела на Соль, и та молча, без тени улыбки, кивнула.

— Я потом навещу Эмму, — сказала она печально, словно речь шла о траурном прощании с близким.

Ада из вежливости постучала и проскользнула в открывшийся проём, из которого тянуло свежим воздухом и холодом. Ректоресса стояла лицом к приоткрытому окну, не обращая внимания на стужу и залетавшие снежинки.

— Ада, я рада снова тебя видеть! — сказала она, не оборачиваясь. — Ты добилась своей цели. Прими мои поздравления и восхищения!

— Спасибо, конечно. Но, боюсь, это только начало борьбы. Я могу выйти замуж за Дракона?

— Теперь, да. Вам с Марком больше никто не помешает.

Эмма повернула голову и испытующе посмотрела на девушку, опустившуюся в кресло для посетителей. Ада выдержала её взгляд, ощутив накатившую с новой силой усталость.

— Вы ведь знаете, кто стоит у нас на пути, — промолвила Ада. У Тагира много связей, сил, власти, а что есть у них? Пусть семья Марка поддержит, но хватит ли этого для устранения помехи в виде могущественного родственника, почему-то решившего, что Ада — бессловесный приз, достающийся самому влиятельному.

— Не беспокойся, это будет моим подарком на вашу помолвку.

Эмма подошла и погладила Аду по голове, чтобы тут же, словно устыдившись своей слабости, сесть за стол.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я не выйду за Тагира или кого-то ещё, кроме Марка! — ответила Ада, вскинув подбородок. Готовая сражаться, она ощутила в себе