Выжить в битве за Ржев. Том 2 - Августин Ангелов

Глава 8

Баня расслабила Ловца, он растянулся на гладко оструганных осиновых досках полока и закрыл глаза, представляя счастливые лица его дедушки и бабушки послевоенной поры, то будущее, которое в его реальности было навсегда перечеркнуто войной. И он не нашел в себе ни малейшего желания спорить с майором госбезопасности. Ведь так, как он предлагал, будет гораздо лучше, чем если бы дед остался в группе «Ночной глаз» на передовой. Картина, которую рисовал Угрюмов, была той самой мечтой, тем самым «исправленным» будущим, ради которого Ловец и старался с того момента, как провалился сквозь время в этот роковой 1942-й год.

Он лежал несколько минут, не в силах вымолвить слово. Но тишину нарушил майор. Его лицо в полумраке парилки было серьезным.

— Молчишь, значит согласен. Вот и славно, Коля, — он посмотрел на Ловца, и тот слегка кивнул. — Тогда будем считать, что договорились. Ты идешь к немцам в тыл, чтобы устроить там такой переполох, что их генералы застрелятся от позора. А я беру твоего деда и его семью под свое покровительство и строю мост в лучшее будущее, опираясь на твои сведения. И потому мне необходимо, чтобы ты, прежде, чем уйдешь в этот опасный рейд, предоставил мне об этом будущем все основные сведения, которые знаешь.

Угрюмов умолк, плеснув еще воды на раскаленные камни печки и дав пару немного рассеяться. Потом продолжил:

— Если все получится, ты станешь не просто безымянным героем, а человеком с огромными возможностями. Со связями. С прошлым контрразведчика-фронтовика с надежной легендой, которую я сам для тебя организую. Мы с тобой, Коля, сможем многое изменить. И не только здесь, под Вязьмой и Ржевом, а и в других местах…

В его голосе звучала не только уверенность, а железная воля стратега, продумывающего ситуацию на несколько ходов вперед. Он видел в Ловце не просто инструмент, а краеугольный камень в своей собственной, опасной, но грандиозной игре, которую он затеял внутри системы НКВД.

Тут вошел банщик. Он отстегал обоих березовыми вениками, потом окатил водой из деревянной бочки с помощью большого ковша. Наконец, банная процедура закончилась. Угрюмов вышел из парилки следом за банщиком и поманил Ловца за собой в предбанник. И там Ловец увидел, что на лавке вместо его камуфляжа, разгрузки и бронежилета аккуратно лежал свежий комплект формы — темно-синие галифе и шерстяная зимняя гимнастерка со знаками различия капитана НКВД на петлицах, новый полушубок, кальсоны, начищенные сапоги. Исчезло все, даже термобелье и шлем с натянутой на него ради маскировки белой ушанкой. В груди у Ловца все сжалось ледяным комом. Он попытался сохранить спокойствие, когда спросил:

— Петр Николаевич, а где мои личные вещи, одежда и снаряжение?

Угрюмов, вытираясь простыней, бросил на него быстрый взгляд и проговорил:

— Не волнуйся, Коля. Мой ординарец, Гаврилов, отнес твою одежду и снаряжение ко мне в кабинет. Очень уж нестандартное у тебя обмундирование. Хочу отдать образцы в НИИ, чтобы изучили. Оформлю, как кусок необычного трофейного материала. Броня твоя, кстати, впечатляет. Легкая и прочная, может многим жизни спасти. Думаю, наши специалисты заинтересуются и постараются повторить. Это же не электроника какая-нибудь, которую сделать очень сложно.

Ловец понял, что случилось страшное. Смартфона тоже у него больше не было.

— А где небольшой черный прибор? Плоский, со стеклянной поверхностью? — спросил он, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Это… устройство не только для чтения карт, но и для управления приборами. Там внутри необходимые программы и документы, — с трудом выдавил Ловец. — И оно крайне хрупкое. Одно неверное движение и полезнейшее устройство погибнет…

— Успокойся, капитан, — Угрюмов подошел ближе, и его голос стал тише, но тверже. — Я не собираюсь его ломать. Но я должен понимать, что это такое и как работает. Ты пойдешь сейчас со мной, и ты покажешь мне, как этим пользоваться. Расскажешь всю правду. Потому что мне нужно видеть те самые твои карты. И документы тоже. Думаю, что ты и сам все понимаешь…

Это был ультиматум. Открытый и беспощадный. Ловец понимал, что отказываться или врать уже бессмысленно. Угрюмов забрал у него все козыри. Конечно, главная его личная тайна, находившаяся в смартфоне, о том, что Денисов — это его родной дед, была уже майором разгадана. Но и за остальное он намеревался торговаться, хотя сам тоже понимал не хуже Угрюмова, что все свои «приблуды» из будущего тащить в тыл к немцам глупо. Оставался один путь — попытка выторговать для себя хоть что-то.

— Хорошо, — пробормотал Ловец. — Я покажу, как пользоваться. Но только не каким-то специалистам, а вам лично. Это устройство не для чужих глаз. Оно, пожалуй, самое главное из всего моего маленького «арсенала».

— Об этом я и сам подумал, когда заметил, что ты никогда не расстаешься с этим предметом. Мне же все докладывал Орлов… Потому я использовал повод изъять его у тебя без всякого насилия, — сказал Угрюмов цинично, но честно.

Ловец сжал кулаки, он был готов ударить Угрюмова со всей силой, припечатать ему в солнечное сплетение, вложив в удар весь свой вес, но в последний момент все же сдержался, когда майор произнес, как ни в чем не бывало, усаживаясь за стол:

— Давай только, Коля, сначала поедим, как следует, а уже потом пойдем ко мне в кабинет.

Запах и вид свежей еды рассеял злость, и Ловец, усевшись напротив майора, начал с аппетитом поглощать простую пищу. Наскоро пообедав, Угрюмов предложил:

— Сначала заглянем в столовую, проведаем твоих ребят после дезинфекции, а уже потом мы с тобой продолжим наш… инструктаж.

Они оделись в свежую форму. На фигуре Ловца новая одежда сидела непривычно, пахла казенным складом и нафталином. Он чувствовал себя голым и уязвимым без своего привычного тактического снаряжения, но больше всего его глодал страх за смартфон и информацию из будущего, таящуюся в нем. Попаданец чувствовал себя в ловушке, и стены этой «мышеловки» были выстроены из безупречной, железной логики Угрюмова.

— Теперь о твоей группе, — продолжал майор, словно не замечая нервного состояния Ловца, пока они шли к столовой. — Смирнов — твой заместитель и мои «глаза». Ветров — твой шифровальщик, он же будет отвечать за связь и рацию. Он это умеет. И я даю