Время не властно над ней - Тата Шах

купцу и людям этой лохани. Сильный порыв ветра чуть не снес хлипкую дверь. С сомнением покосилась на стены, просканировала плетение защиты. Темные всполохи отражали атаку водной стихии. В местах соприкосновения моей магии с холодными каплями воды темнота искрилась, словно подзаряжаясь от электричества. Удержит ли она стены каюты от разрушающей стихии?

На палубе было странно тихо. Порывы ветра норовились подтолкнуть меня к пропасти. Лохань опасно накренилась, и я ощутила весь спектр холодного ливня на себе. В миг промокла, задрожала, пожалев, что в этом мире нет дождевиков или плащей-палаток. Надо было покупать одежду не на зиму, а на холодную осень, может быть, и отыскали бы плащи с защитой от водной стихии. Но тут же выровнялась, подгоняемая играми моря.

Лишь спустя пару секунд разглядела двух матросов, привязанных к рулю. Они пытались в одиночку удержать его. Руль опасно кренился. Да уж, никаких тебе укрытий в виде капитанского мостика на лохани не было. Откуда пришла морская буря? Почему море вспенилось и нападает на нас? Ведь ничто не предвещало, что мы попадем в такой водоворот.

Стуча зубами, пробралась к матросам, стараясь перекричать вой волн, спросила.

— Где все? — боясь услышать, что их смыло за борт.

— В трюме. Его задраили, как велит протокол. Нас придут сменить через час. Вы бы лучше вернулись в каюту, маленькая барянина.

— Нет, — не смыло, значит, повоюем. Поступала ли я опрометчиво? Может быть, и да! Но я никогда себя не прощу, если ничего не сделаю, чтобы спасти всех. До этого я не сталкивалась с таким морским ураганом, но даже неопытная маленькая я видела, что здесь не обошлось без чужого вмешательства.

Накинула на матросов защиту, видя их удивленные лица от того, что вода перестала по ним хлестать, и вздохнула. Теперь укрепить лохань, борт, палубу, дно, чтобы они не рассыпались от натиска тонн воды. Наблюдая, как воспряли матросы, получив призрачную надежду, приступила к колдовству. Магия тонкой струйкой устремилась в щели лохани, задраивая их собой. Пошатнулась от натиска очередной волны, которая окатила борт, захватывая палубу, где я стояла. Почему моя защита пропускает водные капли, тогда как на других работает? Откинула ненужную мысль, вернувшись к колдовству. Я не скрывалась, применяя свой дар. Может быть, они оценят и не выкинут за борт?

Вновь не устояла на ногах, захлебнувшись потоком воды, но упрямо выпрямилась, чтобы магичить дальше. Добралась уже до дна, когда при очередной качке лохань буквально взлетела на гребень трехметровой волны. Отступила на шаг, бежать было поздно. Если сейчас лохань перевернется, от нас ничего не останется. Хотя те, кто находится в трюме, могут выжить. Очередная волна подхватит лохань, побросает по волнам и может вернуть все в правильное положение.

Последней мыслью было: «Чтобы лохань смогла удержаться на волнах, нужны рулевые». Накинула лассо на матросов, намертво привязывая их к рулю. Теперь можно и понаблюдать за тем, что подкинет стихия. Мы чудом перепрыгнули с этой волны на вторую, более высокую. Или мне так показалось? Вода пенилась, утробно зазывая в свои чертоги.

— Маленькая темная. Безрассудная, но ты остановила своей магией три пробоины. Трюм перестал заполняться водой. Матросы выкачают ее ведрами и останутся живы, — капитан тяжело вздохнул и обнял меня за талию, постепенно переместив руки на мои, раскинул их в стороны. Создавалось впечатление, что я лечу. Мы слились с капитаном в одно целое. Маленькая я, удерживаемая взрослым мужчиной. Стихия вдруг отступила, стала не страшна. Мужчина словно отгородил собой меня от всех страхов, — пора. Я буду произносить заклинание легкого пути, прокладывать короткий путь через ураган, а ты повторяй за мной.

— Но наш же дар разный? — удивилась его предложению, но не отказываясь, просто стремясь понять, как такое возможно. Он почему-то пренебрег опасностью, решив мне ответить.

— Морские волки передают из уст в уста, что магия темных хорошо работает в паре со светлым стихийником. Мы бы всем составом матросов не смогли бы провернуть подобное. А когда-то моря и океаны бороздили быстроходные корабли, которым не были страшны морские законы. Нам представилась возможность проверить эту легенду, малышка. Повторяй!

И я на автомате повторяла раз за разом слова светлого заклинания. Если мои заклинания напоминали стихи, то его больше походили на песню, посвященную морю. Мы пели синхронно. Его грубый мужской бас слился с моим звонким, детским, чистым голосом. Я видела нашу магию впереди, как она разливается на волнах, указывая путь к безопасному месту. Волна. Еще одна, лохань скользила по волнам, словно заговоренная. Я в восхищении зависала, наблюдая настоящее волшебство. Ай да капитан. Ай да морской волк!

Пусть кто-то кинет в меня камнем, отблагодарив не по-людски. Это того стоило. Когда еще смогу увидеть подтверждение легенды о союзе светлых и темных! К тому же капитан может сжалиться надо мной, прикрыть мою магию своей. На всякий случай у меня в запасе верное решение, заклинание, которое ни разу не подвело. Вновь заставлю всех позабыть о случившемся. А голоса наши продолжали звучать, разбивая грохот бушующих волн.

Музыка моря вокруг зазвучала, Прощай, безмятежный приют! Мы к суше найдем верный путь, В той дали спасенье, безбрежная гладь, Морские просторы сулят нам уют. Мы выйдем в тумане, Минуем стихии, Чтобы песня морская звучала. Мы верные нашей стихии,

И в море выходим,

Чтобы видеть надежды рассвет. Мы сольемся с волнами,

Воздвигнем защиту,

Чтобы стала родной

Морская стихия.

С последними словами впереди показался рассвет. Он освещал тонкой и еще неуверенной полосой береговую линию. Выдохнула, замолкая. Качка до конца не прошла, но пугающие высокие волны остались позади.

— Надо же, а легенда не врет! Это не тот берег, к которому мы плыли, но там тоже найдем приют.

Отпрянула от взрослого мужчины, продолжающего удерживать меня.

— К чему мне готовиться? — сорвался непрошенный вопрос.

— Не бойся, темная. Я всем расскажу, что легенда не врет. Может быть, наконец, люди вспомнят о том, что боги когда-то населили Арутан в равной степени темными и светлыми. Беги в каюту, уничтожь защиту на лохани. Мы прибудем к берегу через несколько часов.

Никто не заметил моей магии, лишь недоуменно косились на целехоньких матросов, а те как воды в рот набрали, пыжились и гордились собой. Видимо, капитан провел с ними беседу. Уже ближе к берегу, беседуя с купцом, мы выяснили, что капитан вольный корсар и не принадлежит флотилии Смоляного. От того он и осмелился скрыть правду ото всех или действительно верит в то, что тьма в дарах может быть доброй.

Все казалось, что капитан