Время не властно над ней - Тата Шах

class="p1">Ермола давно ехал со мной на одной лошадке. Мы с ним без труда поместились на ней. Она была велика для меня, но я, помнится, в самом начале путешествия настояла на отдельной лошади, чтобы иметь личное пространство. Да и опыт езды у меня имелся. Родной отец с детства приучал меня к общению с ними. Он тогда говорил «хороший купец всегда сам следит за своей лошадью, дабы избежать всякого. Вот смотри, залетные какие в наш караван проникнут, могут и споить чем лошадь, чтобы мы не убежали и не спаслись. Только проверенная еда из собственной котомки и своими ручками принести воду, чтобы напоить лошадь».

Его паранойя определялась просто. Еще в самом начале своей купеческой карьеры его предал друг. Он скорее был другом деда, но взял под свое покровительство начинающего свое дело молодого купчишку. И как не нагреть его, такого наивного и доверяющего всем, смотрящего на мир восторженными глазами. Вот и тот не удержался.

Меня привлек необычный амулет на груди мальчишки. Все всматривалась, ища знакомые знаки, но они не были похожи на те, что делают в храмах. Может быть, я не уделяла достаточно внимания всем богам, но основных знала. Богов в свое время запомнила почти сразу, так как перед тем, как уйти из своего мира, читала занимательную книжицу о славянских обычаях и богах. Хорса называли здесь Артуран. Собственно, и мир назывался в честь главного бога. Светлые и темные в древние времена сошлись на нем и провозгласили бога солнца главным божеством.

Велеса, под властью которого находились знания, все животноводчество называли Агром. Богиню Мару звали Тимирой, она здесь заведовала не только тенями и смертью, но и земледелием. Вот Рада или Хара здесь оставалась со своим именем и была очень почитаема раньше. Сейчас в храмах иногда ей даже угла не отводят. Была здесь и своя Макошь, покровительница женских ремесел. Очень много мелких и менее значимых богов — охоты, войны, которая здесь не случалась давно, покровители леса, гор, водоемов.

Если темные знаки и символы я изучала впервые, то вот руны и символы всех богов знала еще с детства. Наука называлась "изучение храмовых традиций и обрядов". Отдельно были книги по магии, но чаще магов учили в семье. Специальных заведений и школ не было. Я, когда начала осознавать себя в этом мире, подумала, что буду как все попаданки — открывать учебные заведения, нести прогрессорство, но в этом не было нужды. Меня всему обучили и образование дали достойное. Отец всегда допускал в библиотеку и радовался, если я стремилась познавать мир.

Ученики и мастера были, а если ребенок оставался без родителей, его забирали родственники. Такие дети считались даром, им не смели портить жизнь и обучали наравне с другими детьми. Если же некому было забирать, то при храмах и воеводских казармах существовали мастерские, где им давали и кров, и возможность освоить свой дар.

Так вот руна на амулете Ермолы была мне определенно не знакома. Круг, в центре два скрещенных меча, три луча, ведущих в центр, и три луча, выходящих из круга. Мальчишка заметил мое любопытство.

— Понравился? Он защищает детей воинов. В крепости все отцы делают своим детям такие. Мой оставил о себе память, — расспрашивать об отце поостереглась. Вон и так у него на мордашке грусть, тоска взыграла. А вот о свойствах амулета уточнила. Оказывается, известный бог войны Перун, повелитель молний и грома, называемый здесь Акором, покровительствовал не только дружинам и воинам, но и их детям.

Деревня нас встретила лязгом оружия. Придется раскрываться раньше времени? Но нет, Ермола вывел нас на плац в стороне от основных построек. И спрыгнул лихо с лошади.

— Как и обещал. Вон он Арасан, — мальчик ткнул пальцем в громилу, сражающегося как раз в центре импровизированной арены, — он любит сам проверять своих бойцов.

Мы уже не слышали пояснения Ермолы, я забыла о том, что хотела спросить у него, как он будет добираться домой один в ночи. Лишь отметила, что мальчишка тут чувствует себя как рыба в воде. Его макушка промелькнула впереди и замерла возле воинов, наблюдающих за боем. Мы смотрели за разворачивающимся перед нами зрелищем.

Два витязя, не уступающих друг другу в силе и мощи, сошлись в поединке. Я вторила возгласам зрителей, не сдерживалась, когда меч достигал противника, пуская кровь. Это не были тренировочные мечи. Сталь светилась в отблесках уходящих солнечных лучей. Самые настоящие боевые. Их фигуры двигались пластично, заставляя забыть о габаритах воинов. Как такое возможно? И ведь они дерутся без магии. С самого первого мгновения я пыталась ощутить боевую магию на вкус, увидеть, какова она в деле.

Воин в серой кольчуге стремительно обходит Арасана. Тот в иссиня-черной кольчуге смотрится воином справедливости, витязем из легенд. Перекат, разворот, витязь успевает отражать атаки, крутясь на месте. Мечи звенят, вызывая страх. Вдруг кто попадет под смертельное оружие. Не успеет уйти от атаки. Пахло в воздухе смертельной опасностью. Можно было разобрать толику пота, взметнувшиеся вверх песчинки, свежесть крови и запах металла. Он выделялся особенно, словно мечи были самой магией.

Витязь выходит из круга, прерывая атаку второго воина, атакует его с разворота. Сейчас отрубит ему часть тела и дело с концом, но меч неожиданно замирает в сантиметре от шеи противника. Но тот не повел даже бровью, делает шаг назад, потом вперед, и Арасан повержен. Неожиданно было наблюдать за тем, как большая туша падает в пыль плаца, выбивая песчинки вокруг.

Разочарованно посмотрела на маму. Она прикрыла ладошкой лицо. Арасан проиграл второму воину. Казалось, за боем мы наблюдали вечность. На самом же деле прошло не больше минуты. Арасан не упал на землю, а подскочил лихо, вставая сразу на обе ноги, похлопал второго воина по плечу, признавая поражение, и вдруг посмотрел прямо на нас. Все вокруг замерло, воины перестали обсуждать бой, затихли, вытянувшись в струну, словно готовясь отразить атаку.

— Кто такие? — голос витязя раздался как гром среди ясного неба.

Мама уже пришла в себя? Когда успела? Она смотрела прямо на воина, и ее голос не дрожал.

— Хороший бой, витязь. Или следует говорить «воин в отставке»? Я Алиша Березная, у меня к тебе послание от старого друга, — она уже протягивала воину грамоту, ловко вынув ее из жилета.

— Подойди, женщина, — мама пошла к нему как добыча к удаву. Зачем? Стой! Он мужчина и сам должен прийти к нам. Но она была заворожена его голосом, властным и притягательным, не сумела сопротивляться