Идеальный мир для Химеролога 8 - Олег Сапфир

— Да чтоб вас… — проворчал я, натягивая одеяло на голову.

Очередной залп разорвал утреннюю тишину, заставив меня окончательно расстаться с мыслью о здоровом сне.

Ну всё… Они меня достали. Это ПВО работает настолько громко, что вреда от него больше, чем пользы. Шуму много, а толку нифига.

Я сел на кровати, спустив ноги на холодный пол. В голове уже зрел план. Хватит терпеть этот грохот. Мне нужна своя личная авиация.

Нужно вернуть часть сил, запечатанных в факториумах, и закрыть здесь всё воздушное пространство к чертям собачьим. Найду самых отмороженных, самых безбашенных попугаев в этом мире и натренирую их сворачивать шеи большим головам. Пусть это будет моя летучая гвардия. Они будут патрулировать небо, жрать элитные орешки и херачить всё, что посмеет нарушить границы моего покоя…

А Кешу поставлю главным. Он заслужил. Хотя имя у него, конечно… Кеша. Несерьёзно для воздушного маршала. Слишком просто, по-домашнему. Нужно что-то эпичное, внушающее трепет. Кешинарий? Звучит, как название болезни. Кешиус? Слишком пафосно. Ладно, над псевдонимом ещё поработаем…

Снаружи донеслись новые звуки — беспорядочная стрельба, вой сирен, крики людей и какой-то мерзкий визг, от которого сводило зубы.

— Похоже, завтрак отменяется, — констатировал я, вставая и натягивая джинсы.

Вышел из кабинета в приёмную и остановился. Мои сотрудники — Валерия, Андрей, Катерина и даже Роман — занимались перестановкой мебели. Они тащили к окнам всё, что не было прибито к полу: тумбочки, стулья, тяжёлые столы из кабинетов, шкаф с картотекой… Всё это громоздилось у оконных проёмов, образуя хаотичные баррикады.

— Вы что, прикалываетесь? — спросил я, наблюдая, как Андрей пытается запихнуть фикус в щель между шкафом и подоконником. — Это у вас новый дизайн интерьера такой? Стиль «Постапокалипсис и отчаяние»?

Валерия обернулась. Вид у неё был взъерошенный, в руках она сжимала швабру, как копьё.

— Вик! Ты проснулся? — выдохнула она. — Там трындец полный творится!

— Какой именно трындец? — уточнил я, подходя к баррикаде и заглядывая в щёлочку.

— Твари на улицах! — крикнул Роман. — Очень много тварей!

Я посмотрел в окно. Действительно, на улице творилось неладное. Дым, бегущие люди, мелькающие тени…

— Ничего, прорвёмся, — спокойно сказал я. — Мы и не такое переживали. Кстати, а где Рядовая? Я не вижу нашего главного специалиста по силовым вопросам.

Не успел я договорить, как входная дверь, которую, к счастью, ещё не успели завалить мебелью, открылась. В приёмную вошла спокойная, как удав, Рядовая в своём любимом плаще, а в руках она держала странную связку.

Она небрежно бросила свою ношу прямо посреди приёмной — на пол шлёпнулись шесть тушек. Я подошёл ближе, с интересом разглядывая трофеи. Это были странные создания — маленькие, жилистые, покрытые редкими перьями вперемешку с чешуёй. Напоминали они каких-то недоделанных велоцирапторов, скрещённых с общипанными зябликами. Длинные хвосты, острые клювы, когтистые лапы…

— М-да… — протянул я. — Выглядят жалко. Недостаточно мощные для серьёзной угрозы. Кто их вообще таких выпустил?

Я присел на корточки, собираясь провести стандартное сканирование. Протянул руку к ближайшей твари, чтобы считать генетический код и понять, откуда эта пакость выползла. Мои пальцы коснулись склизкой, холодной кожи…

И тут меня как кувалдой в грудь ударили. Сердце сжалось, на несколько секунд остановилось, а потом забилось в бешеном ритме, пытаясь выпрыгнуть из грудной клетки. Дыхание перехватило. В глазах потемнело, и я чуть не завалился прямо на трупы.

— Твою ж мать… — прохрипел я, хватаясь за грудь. — Это что за больная фантазия намешала?..

Перед глазами, прямо в воздухе, начали всплывать формулы сложные, ломаные, перекрученные… Это была лютейшая, концентрированная, абсолютно химическая дичь.

Я видел структуру этого «коктейля», пропитавшего каждую клетку этих существ. Там была вся химическая таблица в полном составе, помноженная на амбиции сумасшедшего алхимика. Синтетические гормоны роста, боевые стимуляторы запрещённого класса, вытяжки из ядовитых желёз, тяжёлые металлы…

И среди всего этого кошмара я вдруг почувствовал знакомый вкус…

«Леденцы… — пронеслось в моей голове. — Мятные леденцы с эвкалиптом».

Это звучало как бред, но я знал этот состав. Я покупал эти леденцы неделю назад в ларьке, потому что мне понравилась упаковка. В них было столько красителя и ароматизатора, что ими можно было травить тараканов. И этот химический маркер был буквально вплетён в ДНК этих тварей!

Это просто какая-то полнейшая жесть… Как будто всё человечество всю свою историю занималось только тем, что создавало эту формулу, чтобы убить меня стыдом за науку. Они создали ходячую химическую бомбу, в которой не было атрибутов и магии. Там была просто мутировавшая, искажённая, перекрученная хрень, которая существовала вопреки всем законам биологии.

Рядовая, увидев, что мне плохо, подскочила и подхватила меня под локоть, не давая упасть.

— Всё нормально, — я отмахнулся, выпрямляясь.

Нужно было действовать быстро. Я направил поток энергии внутрь себя, к сердцу.

«Давай, работай», — приказал я своему организму.

Ткани сердца начали меняться. Стенки утолщались, обрастая дополнительными слоями мышц. Появились новые, дублирующие сосуды. Клапаны перестроились, став жёстче и надёжнее. Я буквально на ходу модифицировал свой «мотор».

Боль отступила, дыхание выровнилось.

— Ух… — выдохнул я. — Бодрит.

Я посмотрел на свою руку, которой касался твари. Кожа покраснела, но регенерация уже справлялась.

— Запомните, — сказал я своим ошарашенным сотрудникам, которые так и застыли с мебелью в руках. — Эту гадость в себя можно вгонять только подготовленным. Если бы кто-то из вас её тронул, уже бы в конвульсиях бились. Это не химеры, а токсичные отходы с ногами. Пойду подышу свежим воздухом…

Выйдя на крыльцо, я огляделся. Район погружался в хаос. Густой чёрный дым поднимался столбами в нескольких местах. Где-то горела машина, где-то ларёк. Люди бежали, толкая друг друга. Мимо пронеслась патрульная машина с включённой сиреной, но даже не притормозила.

Я подошёл к своему «дозору». Псих стоял, вздыбив шерсть, и рычал в темноту переулка.

— Что случилось? — спросил я у него.

Пёс повернул голову и гавкнул, кивая в сторону центра.

— Окей, — кивнул я.

Я достал телефон. Связь работала с перебоями, но мне удалось набрать номер.

— Агнесса?

— Виктор! Ты как? Всё в порядке?

— Со мной, да. Я тут у себя, наблюдаю конец света местного разлива. А у тебя? Помощь нужна?

— Нет, у меня здесь всё спокойно, — ответила она. — Это странно, Виктор. Как будто не прорыв. Я смотрю по камерам периметра — у нас тихо, никаких химер.

— Странно, — согласился я. — Ладно, спокойно. Пусть твои люди будут готовы, не расслабляйтесь. Ты там не умирай, а то я ещё должен за озеро тебя отблагодарить. Мы ещё шашлыки не пожарили.

— Постараюсь, —