Том первый. Грешник в сутане - Харитон Байконурович Мамбурин

сунув под нос недоуменно вскинувшему брови толстяку свой пистолет, — Это «кольт» сорок пятого калибра и у него очень… очень мягкий спуск. Почти неощутимый. Ты чуть не лишился мозгов, приятель.

— Это пустяки! — мягко, но небрежно отпихнул пушку от носа толстяк, — Со мной такое постоянно! Я безоружен, у меня есть к вам предложение! Отличное предложение! Просто супер!

— О какой сумме вознаграждения идёт речь? — вежливо осведомился опускающий своё оружие барон.

— Вознаграждение? — недоуменно моргнул незваный гость… чтобы тут же покинуть территорию нашего номера, негромко кряхтя от умеренной боли в заломленной руке.

Не успел я щелкнуть замком, как в дверь тут же забарабанили. Марий и Эрика переглянулись, а Юки робко пискнула, так и не покинув своё убежище:

— Может, выслушаем его?

— Зачем? — спросила её вампиресса, — Это же явный развод.

До появления толстяка, наша статная подруга была очень довольна собой. Как оказалось, кулаками она помахать любит и умеет, так что несколько расквашенных носов здорово снизили уровень стресса у брюнетки. Сейчас он незначительно повышался, потому что мы придумывали друг другу позывные и пока, в случае госпожи Хатсбург, лидировало прозвище «Недотрога», с ходу набравшее три голоса «за» и один «против».

Это была очень оживленная дискуссия и мы все хотели её продолжить. Стук в дверь отвлекал!

Пришлось Армэна аккуратно спускать по лестнице и выводить из отеля, мешая по ходу дела продолжить толстяку крамольные речи. В правильности этого поступка меня убедило поведение мужчины, сидящего за стойкой фойе. Увидев нас, он лишь устало выдохнул, пробубнив нечто вроде «опять этот псих за своё». Не самая лучшая рекомендация для возможного клиента.

— Мы наемники, работаем за деньги, — пояснил я на улице толстяку, держащемуся за слегка вывернутую руку, с помощью которой направлялся его ход, — Если у вас есть серьезное дело, то мы готовы его выслушать ночью, в «Жирном куске». Если у вас нет денег, то мы не заинтересованы. Понимаете меня, мистер?

— Вы даже меня не выслушали!

— А вы даже не знаете, кто мы такие и что можем. Тем не менее, вы пришли к нам, чуть ли не вломились, — приспустив очки я посмотрел на толстяка прямым и серьезным взглядом, — Больше так не делайте.

Почему-то его мой взгляд напугал куда сильнее, чем «кольт» с мягким спуском, отпечаток дула которого еще виднелся на лбу этого господина. Осунувшись и как-то сдувшись, толстяк развернулся и заковылял по дороге, продолжая придерживать руку. Я же, отвернувшись, пошёл делать внушение обслуживающему персоналу отеля, которому едва не пришлось вытаскивать труп из здания. Взгляд без очков и улыбка снова сработали, поэтому в номер я вернулся, неся ценные сведения.

— Это местный сумасшедший, — утолял я любопытство нашего отряда, — Живет в Старом городе уже лет пять. Агитирует местных принять участие в охоте за подводными сокровищами, у него есть оборудование, даже катер в аренде. Вроде бы профессор или еще кто, но сам нырять, как вы видели, не может. Стар и толст. Не трогают его потому, что он отличный инструктор по дайвингу, у которого берут уроки далеко не простые парни. Однако, за ним приглядывает весь Старый город…

— На случай, если он найдет команду, готовую работать за обещания, а потом и отыщет сокровища? — сделал верную догадку Марий.

— Именно так, барон. Портье предупредил, что этот Армэн может попробовать еще раз с кем-нибудь из нас поговорить, так что будьте в курсе. Итак, на чем мы остановились? Недотрога, Барон, Няшка, и…?

— Я? Няшка⁈ — сделала круглые глаза Широсаки, тыча себя пальцем в плоскую грудную клетку.

— Похожа на выдру, — задумчиво протянула брюнетка, видимо, смирившаяся с «недотрогой», — Мне нравятся выдры. Они няшки. А вот как назвать русского я не знаю. Ни одного приличного слова на ум не приходит. Старпер? Старик?

— Красовский? — сделал предположение Гритт, а затем сам мотнул головой, — Нет, это не позывной.

— Можно «Ворон», — пожал плечами я.

— Ворон? Почему так? — тут же посыпались вопросы из японки итальянского происхождения.

— Ну, у меня у самого идей нет. Но с самого детства вокруг меня всегда крутятся эти птицы. Думаю, если выглянуть в окно и поискать, одна-две обнаружатся.

— Ты сейчас серьезно, Пьотр? — Эрика сложила руки под грудью, — Мы в Тайланде. Тут нет ворон и воронов.

— Просто выгляни в окно, — вздохнул я.

Объяснений этому явлению у меня не было, но само еще как было. Трудно не заметить, когда тебя постоянно преследуют здоровенные вороны. Крупные, молчаливые, почти всегда обнаруживаемые сидящими на чем-нибудь повыше. Гонять их я никогда даже не пробовал, банально махнув на подобное рукой. В этом мире крайне таинственная, зыбкая и странная магия, может быть, кто-то проклял в детстве? Или это души покойных директоров детских садов?

— Действительно, — спустя пару минут, отозвалась вампиресса, оценившая вид из окна, — Смотрите, вон сидит. Какое чудовище…

— Значит, пусть будет Ворон, — решил блондин, критически взглянув на подавленную Юки, бормочущую, что она не похожа на выдру, и добивший её, — Вообще-то, похожа. С этим решили. Думаю, нам нужно попробовать поузнавать насчет легальной работы в городе, со свободным графиком. Дополнительные деньги лишними не будут, а нашей квалификации людей тут должно быть не так много.

— Тогда уж надо начинать с поиска постоянного места жительства, — не согласился я, — А оттуда уже искать работу.

— Этим займешься ты, — решил Гритт, — Заодно и Няшку выгуляешь. У нас с Недотрогой больше шансов устроиться на нормальную работу, чем у вас двоих. А еще…

Стук в дверь прервал его мысль, а заодно слегка выбесил и меня. Кажется, сейчас на одного городского сумасшедшего станет меньше. До этого момента я с каким-то легким удивлением диагностировал у себя сильное падение кровожадности по сравнению с опытом прошлой жизни, но тут, после того как по отношению к толстячку мной был проявлен максимум любви и понимания, старые привычки вспыхнули с невиданной силой!

— Мило, — хрипло заметил капающий на пол кровью человек при виде пистолета, уставившегося ему в солнечное сплетение. Был он загоревшим до черноты и избитым до полусмерти, но, вроде бы, без серьезных ран.

— Я могу вам чем-нибудь помочь? — снова сменив гнев на милость, поинтересовался я. Всё-таки люди, не боящиеся смерти, вызывают определенное уважение, а их в