Дракон против Богов. Том 2 - Алекс Голд

своим телом. Я смотрел на раба и видел, как медленно угасает жизнь в его глазах, как она тонкой багряной струйкой стекает из уголка его рта и разбивает незримые оковы, навсегда даруя ему свободу от божественной тирании.

— Спаси… Суо… — тихо прохрипел он и его синеющие губы дрогнули в едва уловимой улыбке. — Я знаю… ты… сможешь…

— Ах ты… — злобно процедила Охотница, явно разгневанная дерзостью своей игрушки. — Не сможет! И никто ему в этом не поможет! — отрезала она и я воочию узрел, что случалось со мной, когда эта гадина получала контроль над моей кровью.

Оказалось, что со стороны это смотрелось так же мучительно страшно, как и ощущалось на собственной чешуе. После нескольких секунд агонии, задыхающийся бедолага буквально взорвался изнутри. Кошмарное зрелище, которое мгновенно и навсегда ввинчивается в память. Я повидал множество жутких смертей, но даже меня столь отвратительная картина слегка шокировала. Но, несмотря на это, я не собирался упускать дарованный мне крохотный шанс, за который парень заплатил собственной жизнью. В тот миг, когда истерзанное тело невольника взорвалось, разлетаясь передо мной кровавой стеной и тем самым скрывая меня от взора Гельфриды, я вместо того, чтобы отскочить назад, сделал шаг в сторону, уклоняясь от копья, что устремилось вперед, повинуясь выпаду хозяйки, и, крутанувшись, взмахнул глефой. Острое лезвие Икирим блеснуло, рассекая воздух, обагрилось кровью несчастного и, в один удар, снесло голову его палача.

Глухой удар, застывшее на мертвом лице выражение неверия и звук завалившегося на бок обезглавленного тела, который сменился гробовой тишиной, в мгновение заполнившей внутренний двор крепости. Первые несколько секунд я и сам не мог поверить в то, что мой маневр удался, и у меня все-таки получилось прикончить Охотницу. Я просто стоял и смотрел на отрубленную голову, лежащую в луже крови, что осталась после мучительной гибели невольника и еще не успела впитаться в землю. Его жертва не стала напрасной…

Глава-8 — Она бы никогда, но он засомневался…

Оцепенение сковывало тело, а взгляд словно застыл на отрубленной голове Богини. У меня получилось? Нет, не так… В том, что удалось прикончить эту гадину, моей заслуги практически не было. Я потратил четыре жизни и, наверняка, профукал бы их еще больше, если бы не этот невольник, который подставился под удар Гельфриды и даровал мне возможность ее убить. Всего лишь несколько секунд, небольшая фора, которой мне так недоставало и шанс, который я, к счастью, не упустил. В сознании эхом звучала просьба, за которую парнишка отдал свою жизнь. Спасти Суо, значит…

— У тебя получилось! — возглас подлетевшей Яськи, выдернул меня из некоего ступора. — Ты прикончил эту мерзкую стерву! — она исполнила короткий бой с тенью, видимо, демонстрируя, как именно я это сделал, что в исполнении призрака, выглядело довольно забавно. — Значит… Она успела тебя ранить⁈ — девушка явно собиралась сказать что-то другое, но посмотрев на меня, встревожено замерла.

— Что? — я недоуменно посмотрел на эльфу, а затем на себя. Ох ты ж… — Нет, не волнуйся, я в порядке. Это не моя кровь, — успокоил я Кобру и даже сдержанно улыбнулся, в подтверждение своих слов, но она все равно продолжала буравить меня недоверчивым взглядом. Эх, женщина… — Идем, надо поскорее убраться отсюда, — проговорил я, направляясь к плененным девушкам и думая о том, что после надо будет отыскать какой-нибудь водоем, чтобы отмыться. Последняя часть боя была настолько стремительной и неожиданной, что я даже не обратил внимания на то, что при взрыве, меня знатно так окатило кровью бедолаги…

Чиу выглядела изможденной и слабой, но все же пребывала в сознании, что уже радовало. Освободив демонессу от цепей, я аккуратно усадил ее у стены и перешел к Суо. Уже снимая оковы со служанки, я ощутил некую тревогу, которая на мягких лапках закралась в душу. Что-то не так… Меня не покидало ощущение, что чего-то не хватало, будто из общей картины выпал кусочек, без которого ей никогда не стать полноценной. Отстегнув металлический наручник, бережно придержал девушку, которая слабо застонала, приходя в себя. Густые ресницы дрогнули, и невольница плавно открыла глаза, посмотрев на меня затуманенным взором.

— Нет… — едва слышно прошептала она, буквально вцепившись в мою окровавленную рубашку. Поначалу я подумал, что Суо страдает по погибшему рабу, но, как оказалось, причина ее беспокойства заключалась в другом. — Не… не обманывайся… Даже… отрубленная голова дракона… может укусить… — каждое слово давалось ей с трудом, но девушка, с ужасом косясь на тело Охотницы, продолжала торопливо говорить, спеша донести до меня важную информацию.

— Что? — я аккуратно усадил невольницу к стене, лихорадочно обдумывая сказанное ею.

Осознание пришло практически мгновенно. Резко подорвавшись на ноги, обернулся и застыл от жутковатой картины. Кровь, что осталась от парня, смешивалась с той, которая вытекала из трупа Гельфриды, бурлила и, словно прощупывая землю, подкрадывалась к отрубленной голове. У меня не возникло и тени сомнений, что когда она доберется до цели — чертова гадина восстанет. Она жива! Мерзкая кровавая магия даже сейчас поддерживала в ней жизнь и стремилась воскресить свою хозяйку! Где-то в глубине души зрело понимание — счет идет буквально на секунды. Если не расправлюсь с ней сейчас, то уже никогда не смогу ее победить!

Наказав девчатам держаться подальше и по возможности пробираться к выходу, я рванул к обезглавленной Богине. Поначалу просто хотел пронзить ее сердце и, если потребуется, порубить тело в фарш, но стоило мне приблизиться, как бурлящая субстанция устремилась ко мне. Не быстро, осторожно, но целенаправленно. Возможно, дело было даже не во мне самом, а в крови раба, что пропитала мою одежду, но рисковать я не стал и, на всякий случай, отступил. Пары метров оказалось достаточно, чтобы багряная жидкость потеряла со мной «связь» и вернулась к прежнему курсу. Конечно, можно было попросту метнуть в тело глефу, но я сомневался, что это поможет, а потому сделал первое, что пришло на ум — сжег стерву!

Ревущее пламя обрушилось на Охотницу подобно голодному зверю. Под противный пищащий звук, кровь начала извиваться, расплескиваться в разные стороны и чернеть. Внутренний двор крепости наполнился тошнотворным запахом паленой плоти, а к небесам устремился черный, с багровым отливом, дым. Я выжигал абсолютное создание до тех пор, пока от плоти и костей не осталось даже пепла, а бурлящая субстанция не испарилась до последней капли. Лишь когда внутри появилось стойкое ощущение, что теперь ей точно конец, я перестал изрыгать пламя и замер в напряжении. Нет, после такой прожарки не выжило