Диктатор: спасти Союз - Руслан Ряфатевич Агишев

— Мы готовы к этому или нет? Что будут делать солдаты, когда на них пойдет толпа демонстрантов с плакатами? Стрелять в самом центре Москвы? — Варенников задавался все новые и новые вопросы, и не думая сбавлять натиск. Именно сейчас нужно идти ва-банк, потом будет уже поздно и останется только кусать локти. — Я отвечу: если исходить из того, что я только что услышал и увидел, то мы не готовы. Не готовы ни органы власти, ни армия, ни спецслужбы. Вот такие-то пирожки с котятами, получаются…

Какое-то время все напряженно молчали, возмущенно шептались, переглядывались, хотя никто и тянулся высказаться. Наконец, пошевелился Крючков, довольно громко положив шариковую ручку на стол.

— Гм, товарищ Варенников, никогда не думал, что вы такой… гм экспрессивный, — медленно, с паузами проговорил председатель КГБ. Ощущалось, что он довольно сильно выбит из колеи, и никак не мог собраться. — Много из того, что вы сказали, имеет место быть. Да, товарищи, эта критика совсем не лишена смысла, а даже, наоборот, крайне уместна. Очень вероятно, что, сконцентрировавшись на общих вопросах, мы совсем забросили информационный фронт нашей борьбы. Товарищ Варенников прав в том, что уже скоро на нас с вами выльется столько грязи, сколько мы еще никогда не видели. Нас и наши замыслы постараются выставить в самом неприглядном или даже преступном свете. В связи с этим, товарищ Варенников, поставил весьма своевременный вопрос — готовы ли мы к этом, как мы будем этому противодействовать? Геннадий Иванович, это ведь и ваша епархия. Готовы ли мы к информационной компании?

Варенников внутренне собрался. Сейчас-то и вылезет наружу то, что не было никакой информационной компании! Будет одно краткое всесоюзное сообщение об отстранении Горбачева и формировании Государственного комитета по чрезвычайному положению, которое больше напугает людей, чем их успокоит. Потом станут сутки крутить балет Чайковского «Лебединое озеро», окончательно ввергая людей в ужас. Народу в море совершенно диких слухов оставалось только лишь догадываться о том, что происходило в стране. А может уже началась гражданская война? Или западные страны начали интервенцию? Или где-то образовался еще один Чернобыль? Народной фантазии не было предела, и это пугало еще больше.

— … Э-э, мы подготовили информационное сообщение, которое вот-вот будет прочитано по всесоюзному телевидению, — нерешительно произнес Янаев и замолчал.

Ему больше и нечего было добавить, что сразу же поняли остальные.

— Может еще запланировать пресс-конференцию…

Генерал сделал над собой усилие, чтобы откровенно не заржать. Ведь, он помнил это убогое во всех смыслах мероприятия, когда на глазах у всей страны члены ГКЧП показали свою полную беспомощность.

Все говорило о том, что они проиграли информационную компанию, даже не начав её.

— Этого не может быть, — пробормотал кто-то растерянным тоном. — Кто ведь должен был этим заниматься…

Сидевшие за столом молча переглядывались, словно иза этого самого ответственного.

— … Товарищ Жижихин готовил информационное сообщение, — Янаев показал на худого мужчину с черной папкой в руках. Тот тут же вскочил со стула с безумными глазами. — Он должен был разработать и остальное… Наверное…

— Но такого поручения не было, — у Жижихина глаза полезли на лоб. — Мне не сказали.

Младшая группа, детский сад «Ромашка», штаны на лямках. Варенникову уже было не смешно, а горько. Эти спасители Отечества просто решили, что одного выступления по телевидению и двух газетных заметок с лихвой хватит для жителей страны и остального мира. Этот же просто верх некомпетентности в мире, где целые войны будут начинаться и заканчиваться в виртуальном мире сначала телевидения, а потом и интернета.

— Гм, — кашлянул Крючков, посмотрев на генерала. — Товарищ Варенников, а что вы предлагаете? Думаю, у вас есть конкретные предложения?

Генерал спокойно встретил его взгляд и кивнул.

— Есть.

Ему, и правда, было что сказать и что предложить. Ещё в самолете, когда за бортом остался Крым и резиденция Горбачёва, он уже размышлял над планом первоочередных мероприятий.

— Прежде всего, немедленно должен быть создан оперативный штаб ГКЧП, которому необходимо переподчинить отдельные органы власти и службы. В своём нынешнем виде комитет по чрезвычайному положению совершенно аморфен, и не может гибко реагировать на стремительно возникающие происшествия. В рамках информационной кампании необходимо постоянное, лучше круглосуточное наше присутствие в телевизионном и радиоэфире. Каждую минуту, каждую секунду мы должны разъяснять, что мы делаем и для чего мы это делаем. И главное, нужно как можно раньше донести до людей кто их враг. Иначе это сделают наши враги. Думаю, не нужно объяснять, что тогда произойдет…

Ровно в 5 часов утра 19 августа 1991 г. за час до официального объявления о смещении Горбачёва с поста президента Советского Союза члены ГКЧП подписали распоряжение о создании Оперативного штаба и назначении его главой Варенникова Валентина Ивановича.

Так начался первый день Нового мира.

Глава 8

В любой драке бей первым

Воспринимая все происходящее, как настоящую военную операцию, Варенников и готовился бить первым. Только его полем боя сейчас была не площадь перед Белым Домом в Москве и не просторный зал парламента, а необъятное виртуальное пространство. И сражаться он будет не за удержание территории или для уничтожения противника, а за умы граждан страны.

— … Люди должны слЫшать и слУшать нас, а не их, — несколько раз произнес генерал, посмотрев на циферблат наручных часов. Было пятнадцать минут шестого. До официального телевизионного сообщения о смещении Горбачева с поста президента Советского Союза и учреждении нового чрезвычайного органа управления страной оставалось ровно сорок пять минут. — В шесть утра Кириллов озвучит официальное сообщение, а потом — воззвание к народу. Насколько я помню, Ельцин со своей шушерой начнет шевелить ближе к девяти, когда поймет, что его никто не собирается трогать. Значит, нужно нанести удар не позже восьми утра.

Еще в будущем, когда из-за ранения он больше не мог заниматься «боевой» оперативной работой, в Главном разведывательном управлении ему пришлось с головой окунуться в новую для себя работу — противодействие противнику в информационной сфере. Помнится, в первые дни на новом рабочем месте коллеги ему рассказали о таких возможностях современных технологий управления массовым сознанием, что Варенников стал совсем другими глазами смотреть на традиционную диверсионную работу. В самом деле к чему забрасывать на