Диктатор: спасти Союз - Руслан Ряфатевич Агишев

Помнится эти хитрые приемы по управлению массовым сознанием были хорошо показаны в американском фильме с Робертом Де Ниро и Дастином Хоффманом «Плутовство или хвост виляет собакой», который должен был выйти примерно через шесть лет. Сюжет незамысловат и прост, как сама жизнь: перед президентскими выборами в США действующий президент и одновременно будущий кандидат оказался вовлечен в «грязный» сексуальный скандал, который должен был уронить до земли его рейтинг. Нанятые пиарщики сделали довольно хитроумный ход, который должен был все поправить. Была придумана некая албанская террористическая организация, которая угрожала американским интересам, чем и обосновывалась необходимость вступления США в войну с Албанией. Снимались красивые ролики о вымышленных боевых действиях, несуществующих героях и победах, что вызывало у зрителей неподдельный живой интерес. Почти ежедневно по телевизору показывали мужественный профиль американского президента в военной форме, которые задумчиво стоял у некой карты военных действий и внимал докладами многозвездных генералов. В итоге, рейтинг президента пробил потолок и виртуальную войну быстро свернули, словно ее никогда и не было.

Сейчас же все эти технологии еще только развивались, но уже показывали свою невероятную эффективность. Поэтому он и хотел ударить первым и разбить врага не танками, ракетами и солдатами, а информационными технологиями. Ведь, через несколько часов, когда первый шок и растерянность пройдет, враг начнет действовать именно в информационном поле, там, где он особенно силен.

— Нужно перехватить инициативу, и тогда мы выиграем время, а потом уже можно и по старинке, — нехорошо ухмыльнулся Варенников, вспоминая, что он когда-то делал «по старинке». — Старая школа всегда остается старой школой, если нужен гарантированный результат.

Варенников решил сделать ход, который никто не должен был ожидать, а именно выступить на телевидении в качестве руководителя оперативного штаба сразу же после официального обращения дикторов. Сейчас перед ним стояли две первостепенные задачи. Во-первых, нужно, как говориться, показать «товар лицом». Население должно увидеть понятное и близкое им «лицо» ГКЧП, а не неких мифических «товарищей, занимающих ответственные государственные должности». Во-вторых, следует показать врагов во всей их неприглядной красе.

— … Это не они нас будут поливать грязью, а мы их… Хотя нет, мы их утопим, только не в грязи, а в дерьме. Поставим, и будем поливать из телевизионного брандспойта. Главное, чтобы дерьма хватило…

Действительно, ему понадобится много, очень много компромата на будущих «борцов с кровавой сталинской отрыжкой режима», как совсем скоро будут называть ГКЧП и его членов.

Варенников не сомневался, что компромат есть и его очень много. В будущем, когда начали валом публиковаться многочисленные мемуары, свидетельства и просто воспоминания участников сегодняшних событий всплывало много дурно пахнущий грязи. Если хорошенько покопаться, то среди сегодняшних идейных борцов за демократию можно найти и откровенных стукачей, и развратников, и извращенцев, и мошенников, и коррупционеров, и даже настоящих предателей. Фигура одного только Горбачева и его супруги вызывала столько вполне обоснованных подозрений, что в старые времена с ним давно бы уже разговаривали в темном подвале с пассатижами в руках. Никто бы точно не стал ни с кем сюсюкаться.

— Найдем, обязательно найдем. Чего-чего, а дерьма у нас всегда было в достатке, — хмыкнул он, двигая к себе ведомственный телефонный справочник. Его нужен был номер одно человека в системе КГБ, который мог «поделиться» компроматом. — Так… вот, генерал-майор Воротников.

Генерал-майор Воротников занимал должность руководителя одной интересной организацией в системе ГКБ, а именно Управления по защите советского конституционного строя КГБ СССР, бывшего 5-го Управления. Это ведомство работало по тем, кто занимался идеологической «раскачкой» строя, и, естественно, за время своей работы оно накопило достаточно компрометирующего материала на всех.

В своей время, когда Союза уже не стало, Варенникова всегда интересовал вопрос — а почему не дали ход всем этим компрометирующим материалам на самых первых лиц? Ведь, у КГБ в начале 90-х гг. были тонны железобетонных свидетельств на всех тех, кто буквально за одну ночь «перекрасился» из коммунистов в идейных демократов. Почему нельзя было почистить все эти авгиевы конюшни? И только здесь и сейчас он получил ответ на свой вопрос, который оказался до банального прост. У власти не оказалось человека с железными яйцами, который решился бы отдать соответствующий приказ. Все, кто находился наверху, предпочитали не ворошить муравейник и оставлять принятие тяжелых трудных решений «на потом». В итоге «потом» просто не наступило.

— Посмотрим, Валера, что там у тебя есть в запасниках.

Валерия Павловича Воротникова он прекрасно знал еще по Афганистану. Много раз пересекались в рабочих командировках, встречались на советских военных базах и афганских органах власти. Один раз даже вместе попали под обстрел моджахедов, когда на их колонну внезапно напала «шальная» боевая группа боевиков. Тогда по ним сильно отработали из пяти или шести РПГ, буквально снеся с дороги БТР передового охранения и следовавший сразу же за ним Урал с бойцами. Воротников, хоть и из штабных, но не испугался. Выскочил из автомобиля с пистолетом в руке, укрылся за валуном и начал стрелять в сторону боевиков. Кажется, даже снял одного или двух. Словом, боевой, проверенный товарищ, на которого в бою можно полностью положиться. К тому же в будущем, насколько помнил Варенников, ничем плохим он себя не запятнал. Спокойно работал, не строя из себя великого демократа и святого либерала.

— … Валера? Узнал? — услышав знакомый хриплый голос в трубке телефонного аппарата, Варенников улыбнулся. — Ха-ха, не быть мне богатым. Благодарю за поздравление. Выходит, уже слышал о моем новом назначении. Это хорошо, значит, о моих полномочиях тебе рассказывать не нужно. Собственно, я к тебе за помощью. Прямо по твоему профилю…

Естественно, вопрос был не простой, и раньше Воротников его бы и слушать не стал, несмотря на их довольно близкое знакомство. «Контора» всегда была отдельным государством в государстве и очень не любило делиться своими секретами. Однако 19 августа 1991 г. все кардинально изменилось, и многие невозможные вещи стали очень даже возможными. Система оказалась на грани, и для ее спасения нужна была координация всех сил.

— … Валера, я все прекрасно понимаю и осознаю, но времени на бумажную волокиту просто нет. Поэтому, как руководитель Оперативного штаба по обеспечению чрезвычайного положения отдаю тебе официальное распоряжение — немедленно передать мне все материалы о компрометирующих поступках следующих граждан. Записываешь? Это Горбачев, Ельцин, Руцкой, Хасбулатов, Шахрай, Бурбулис, Силаев, Полторанин, Ярошенко, Лужков, а также членов их семей и родственников. В