Химия кошек - Павел Ткачев

– А… ну разумеется, – забормотал Котреарх, взволнованно размахивая хвостом. – Это я, действительно, того самого… Мы с Эстер пойдем прямо сейчас.

Котреарх поднял хвост трубой и проворно соскочил на пол. Эстер только охнуть успела и побежала за ним вдогонку.

– Ну и знакомые! – воскликнул Котреарх, когда они отошли на приличное расстояние от храма. – Откуда богиня у вас в друзьях?

– Да это… не прям у нас, – смущенно ответила Эстер. – Я сама удивилась ее появлению. Бастет помогла Ртути победить монстра тогда.

– Я думал, это все сказки, – проворчал Котреарх.

– Куда мы идем? – спросила Эстер.

– К одной моей знакомой. У нее есть связи в кошачьем правительстве. Она нам точно поможет.

Теперь кот и кошка рысцой бежали по оживленным улочкам Зеленоградска, уворачиваясь от ног прохожих. Повеяло солью и йодом. Котики выбежали на узкую дорожку, скрывшуюся в тени деревьев и высоких заборов.

– Мы почти на месте, – сказал Котреарх. – На этой улице живут самые богатые кошки нашего города – первая линия, вид на море. Некоторое время назад город был заросшей деревней. Здесь стояли ветхие домишки с потемневшими стенами и грязными окнами. На том месте, где ты сейчас живешь, вообще было голое поле и паслись коровы с лошадьми. Котам было проще найти себе дома в зарослях, чердаков и подвалов на всех не хватало, представляешь! А теперь здесь высокие заборы и большие дома, теплые в любое время года. Все кошачье правительство подсуетилось. И, конечно, самые сладкие места достались приближенным… Так, прыгаем сюда.

Котреарх заскочил на красный автомобиль, а потом с него на каменный забор. Эстер последовала за ним, и ей тут же стало крайне неловко. Перед ней открылся двор, который занимал места больше, чем вся ее квартирка в старом доме. Здесь были и клумбы, и беседка, и каменная дорожка, ведущая ко входу. Да и дом был двухэтажным с небольшой мансардой, огромными окнами, прячущими внутреннее убранство за тяжелыми шторами.

– Ну, что расселась? – нетерпеливо мяукнул Котреарх, подталкивая Эстер.

– Котреарх! – раздалось из беседки ленивое мурлыканье. – Какой приятный сюрприз.

В глубине подушек плетеного кресла вальяжно гулял лоснящийся черный хвост, появилась аккуратная мордочка с яркими зелеными глазами.

– Здравствуй, Мадонна, – неловко промямлила Эстер.

– Ого, Грязну… в смысле, Эстер? – встрепенулась хозяйка богатого дома. – Э, я не думала… Эстер, это ты? Такой сюрприз. Я думала, ты не выходишь из дома. И ты с… Котреархом? Какими судьбами?

– Здравствуй, Мадонна, – с напускной важностью сказал Котреарх и запрыгнул на соседнее кресло. – У меня к тебе дело.

– Конечно, дорогой, для тебя все что угодно, – благосклонно махнула лапкой кошка, все еще с тревогой поглядывая на Эстер. – Может быть, сметанки? Если у вас непереносимость, то у меня и безлактозная есть…

– Спасибо, но мы ненадолго. Нам нужен свой хвост на железной дороге, – Котреарх перешел сразу к делу.

– Ну… Я, конечно, спрошу Левушку, – замурлыкала Мадонна. – А что нужно?

– Знаешь Ртуть, подругу Эстер? – спросил Котреарх, не давая Эстер вставить и слова. – Она хочет присмотреть за своим человеком, он скоро поедет на поезде в другой город. Да и… В целом нам нужно полное сопровождение на всем пути.

– Я немного не понимаю, – стараясь подбирать слова, мяукнула черная кошка. – А при чем тут ты?

– Мадонна, милая, – весомо произнес Котреарх, облокотившись на ручку кресла. – Это дело особой важности. Я бы не стал просить просто так. Будь хорошей кисой, поговори со Львом для меня. Распоряжение поступило с самого… верха.

– Даже так? – немного озадаченно спросила кошка. – Занятно-занятно. Ну, как скажешь…

– Вот и славно! Эстер пришлет тебе все, что нужно знать об этом человеке, – подытожил Котреарх. – Вы можете обменяться контактами.

Эстер неловко переминалась с лапы на лапу, пока Мадонна диктовала номер своего человека, чтобы держать связь независимо от котоинтернета.

– Спасибо, Мадонна, – смущенно сказала Эстер. – Ты будешь третьим лапопожатием.

– Что? – заинтересовалась черная кошка. – Что ты там бормочешь? Какие лапопожатия?

И Эстер принялась сбивчиво объяснять теорию, о которой узнала. Ртуть и сама Эстер образовывали первый контакт, Эстер и Котреарх были вторым лапопожатием, а Мадонна через Котреарха становилась третьим.

– Так-то я тоже знаю Ртуть, – надменно протянула Мадонна. – Мы общались… на котофоруме, да… А потому я могу считаться ее первым лапопожатием. Я не привыкла быть третьей, милочка моя!

– Как скажешь, – замялась Эстер, не решившись упомянуть, что все общение Мадонны и Ртути заключалось в издевательствах первой над второй. Если самодовольство Мадонны поможет им сохранить Яну в безопасности, то пусть эта задира думает как ей угодно. Хоть суперпервым лапопожатием себя назовет.

– Что ж, благодарю за гостеприимство, приношу извинения, что мы так вторглись без предупреждения, – вмешался Котреарх и, спрыгнув с кресла, устремился к забору. – Теперь мы откланяемся. Эстер, идем!

Но Эстер уже обогнала его и первая перепрыгнула через забор.

Глава четвертая, в которой я теряю все

Меня охватило уныние: Яна не отступилась от своего решения покинуть меня, бросить в холодной, одинокой квартире. И плевать, что на дворе май и солнышко светит, это будет серая, беспросветная жизнь! Дурацкий чемодан был собран и мрачно стоял у кровати, напоминая о неотвратимости судьбы. Что еще больше угнетало, суета на этом не прекратилась: Яна продолжала ходить туда-сюда, заглядывать в каждый шкаф, вечно разговаривала по телефону, как безумная, печатала на ноутбуке и, кажется, совсем про меня забыла. Она еще никогда так не суетилась, мне это не нравилось. От Эстер не было ни слуху ни духу. Я совсем отчаялась.

Вдруг в дверь постучали – я еще раньше услышала, как на нашем этаже открылись двери лифта, а после посторонний прошаркал к нашей двери. Яна долго смотрела в глазок после тилинькнувшего звонка, потом в телефон, а затем впустила незнакомца. Кто это? Неужели это он будет сидеть со мной! Чужой воняющий мужик! Этого нельзя было допустить. Я никуда не пущу Яну. Костьми лягу поперек порога!

Я спрыгнула со шкафа и понеслась в коридор. Незнакомец заносил шелестелки, среди которых была одна огромная, знакомая мне, с кошачьей фотографией. Годовой запас сухарей! Меня точно бросают…

– Ртуть, уйди, – шикнула Яна и попыталась оттеснить меня ногой, попутно общаясь с мужиком.

Ага, конечно. Я не собиралась никуда уходить, нужно было проинспектировать каждую шелестелку, что прибыла в дом. Выискать лазейку, разрушить Янины планы. Я сновала между сумками, пытаясь просунуть нос хоть куда-нибудь, и старалась не попасть под грязные ботинки мужской человеческой особи, неуклюже переминающейся с ноги на ногу.

– Спасибо большое! До свидания, – наконец сказала Яна.

– До свидания, хорошего дня, – ответил