Химия кошек - Павел Ткачев

Слава Бастет, он уходит. Он не будет со мной жить, я бы не вынесла его запаха целую неделю. Яна принялась оттаскивать тяжелые шелестелки с прохода, мужчина начал пятиться назад, чтобы покинуть мою квартирку. Естественно, он чуть не наступил мне на лапу, задел морду пяткой грубых ботинок. Мне пришлось лавировать между взмывающей вверх поклажей и неуклюжими человеческими ногами.

Наконец дверь захлопнулась и два раза щелкнул замок. И только сейчас я осознала ужасную вещь: я оказалась по ту сторону двери – в подъезде. Внизу стремительно затихал лифт. Этот мужик даже не оглянулся, выманил меня за собой и пропал! Я осталась одна!

– Яна! – я оперлась лапками на дверь и громко мяукнула. – Яна, открой! Я в беде! Яна!

Из квартиры доносилось приглушенное шуршание – она все еще занималась шелестелками. Затем послышалась неразборчивая речь – снова беседы по телефону. От ужаса у меня потемнело в глазах. В порыве паники я обежала весь этаж, зачем-то поднялась по лестнице к чердаку, где тоже была запертая дверь, вернулась обратно и с воплями стала прыгать на ручку двери – безрезультатно. Я быстро выбилась из сил. Неужели и правда располнела… Раньше я могла прыгать весь день.

– Эй, что там за суета? – раздался приглушенный голос за спиной.

Я оглянулась. Судя по всему, говорили из соседней квартиры. Я подбежала к двери. Здесь жил рыжий кот – это я поняла по запаху. Мы никогда не пересекались и даже не говорили. Они жили напротив, а в нашей квартире слышно только собаку снизу, и больше никого. Я прислушалась, вдруг снова заговорит.

– Ты чего шумишь? – наконец спросил хозяин квартиры.

– Помоги мне, пожалуйста, – проговорила я, озираясь. – Я случайно выбежала из квартиры, а мой человек закрыл дверь.

– Можешь звать меня господин Камецкий, – неспешно ответил рыжий. – А, ты та самая соседка напротив?

– Да-да! – воскликнула я, сама не своя от ужаса. – Как бы тебя там ни звали, помоги!

За дверью послышались сопение, бормотание, а потом кот противно хихикнул:

– Ну все… Теперь ты бездомная.

– Не бездомная! – возмутилась я. Каков нахал, а еще кот. Господин, вот уж!

– Тогда почему ты здесь? – продолжал ехидничать рыжий.

– Мой человек не заметил… Я случайно, – против воли голос начал дрожать. Я ни за что не хотела плакать при этом бесчувственном коте.

– Ой, не заметила! – рыжий уже вошел в раж. – Да тебя просто выгнали, и все. Насикала в тапочку? Подрала обои? Добро пожаловать, сиротка!

– Я не сикала! – заверещала я, сатанея. – У меня есть лоток, а у тебя, видимо, нет!

– Хо-хо-хо! Зато у меня есть дом. – Кажется, Камецкий от злорадства даже пританцовывал за дверью.

– А бубенчиков нет! – выпалила я. Радость за дверью быстро стихла, на секунду воцарилась тишина.

– Ты это чего? – начал заикаться рыжий. – Все у меня есть.

– Да? А мой нос говорит об обратном. – Одержав над ним верх, я даже забыла о страхе перед подъездом. Ну и кто теперь господин?

– Дура! Зато у меня есть сметана, – мяукнул кот.

Послышались спешно удаляющиеся лапки. Я снова осталась одна. Может быть, не стоило с ним ссориться. Вдруг бы он помог мне. Но как? Только ехидничал и глумился, тоже мне собрат. Я еще раз попрыгала на ручку двери нашей квартиры. Пользы никакой.

Я не знала, что делать. В одиночестве снова начала накатывать паника. И хотя она была не такой, как на улице, но все равно… Лапки слабели, а в голове мутилось. От безысходности я бросилась на этаж ниже. Да, мы, кошки, не в ладу с собаками, но не могут ведь все быть такими ехидными, как Камецкий. Может быть, пес сможет громко тявкать и привлечь Янино внимание. Хотя как мне это поможет? Милостивая Бастет, чем я тебя прогневала?

Серой молнией я скользнула к двери квартиры строго под нами.

– Эй, кто там носится?! – послышался голос пса из-за двери. – Ты с девятого этажа? Твой запах?

– Да-да! – торопливо отозвалась я. – Я потерялась. Мой человек запер дверь и не заметил, что я снаружи.

– Ну и чего ты суетишься? – радостно пролаял пес. – Сходи погуляй. Вы же все любите гулять сами по себе.

– Куда погулять? Туда, на улицу?! – ужаснулась я. – Ты с ума сошел! Я хочу домой!

– Глупая ты какая-то. Я бы весь день бегал по улице, открой кто-нибудь эту дверь, – мечтательно произнес пес и залился радостным звонким лаем.

Я прислушалась. Ничего не изменилось. Да и чего я ожидала? Услышав лай пса, Яна вряд ли выбежит из квартиры. А вдруг… Вдруг она специально меня выставила… Сначала решила уехать, а потом и вовсе избавиться от меня с концами…

Спустившись еще на один лестничный проем, я запрыгнула на окно между этажами, посмотреть на свое будущее. Вот что меня ждало: страшная неизбежность. Мне предстояло готовиться к жизни на помойке. Рыться в контейнере, драться с другими кошками за рыбьи головы, прятаться от проезжающих машин и мерзнуть темными лютыми зимами. А потом вот так и помру где-нибудь под кустом, никто и не вспомнит обо мне. Нет, конечно, можно податься на главную улицу Зеленоградска, где гости города постоянно подкармливают уличных кошек и фотографируют их на свой телефончик… Неужели придется вот так продавать себя за еду?! Поселюсь в общем кошачьем домике, словно нищенка, и буду делить грязную лежанку с другими такими же брошенками.

Немыслимо. Я уже представила, как по городу пойдет слава обо мне. Единственная кошка, преданная своим человеком. Может, так эти люди и поступают? Пробираются к тебе в душу и в квартирку, а потом бац! И ты ни с чем… Так ли уж исключительна моя судьба? Сами ли уличные коты выбрали такую жизнь? Неужто в мире промышляет человеческая банда, отбирающая у честных кошек жилье…

Я не знала, что думать. Зачем тогда Яна купила годовой запас еды? Будет лежать на моей когтеточке, смотреть на львов и хрустеть моими сухарями? О, несчастная я!

С такими мыслями я спустилась на седьмой этаж, не сидеть же на подоконнике вечно. Тут мне никогда бывать не доводилось. Мы всегда ехали вниз на лифте, и если восьмой был виден с нашей лестничной площадки, куда я разок-другой выбиралась в переноске с Яной, то седьмой был пугающим новым миром, делающим судьбу на помойке реальностью.

– Эй, что случилось? – послышался очень тихий и неспешный голос.

Я не поняла, из какой квартиры точно, а потому просто безнадежно опустилась на пол посреди лестничной клетки. Я испачкаюсь, но кому какое дело. Скоро я стану затасканной и вонючей, как любая кошка, лишившаяся жилья из-за человеческой махинации.

– Ты там? – снова